ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А в темных тенях вдоль реки сияли глаза хищника.

Глава ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Лорел проснулась от начинающейся головной боли… Глаза. Она чувствовала на себе чей-то взгляд. Из темноты на нее смотрели глаза. Но лицо разглядеть было невозможно. Она только знала, что ей знакомо это лицо…

Нет, это был только сон. Она села на кровати и медленно оглядела комнату. Но возникшее чувство тревоги не проходило. Шел дождь. На оконных с теклах были принесенные ветром капельки дождя. Погода менялась, Там, где должен быть рассвет, небо было еще серым.

Она провела рукой по лицу. Головная боль давила ей на глаза, от этой боли она зас.гонада. Лорел не знала, сколько она проспала. Час, может быть, и два. Вид скомканных простыней и одеяла свидетельствовал о ее беспокойном сне. Сделанные ею заметки были разбросаны.

Поморщившись от горького вкуса, оставленного сном, она усилием воли заставила себя встать, собрать бумаги и поднять ручку. Она поднимала листки по одному, следуя от одного листа к другому. Затем отыскала среди смятого постельного белья свои очки, надела их и руками попыталась разгладить челку. Механизм в ее мозгу с огромным скрипом пришел в движение, пытаясь уловить и отшлифовать всю информацию.

Болдвин, Купер, Леон, Росс. Все страницы испещрены именами и вопросами. Факты, чувства, подозрения. Законный суд не принимает чувства и подозрения. Уж это она знала даже лучше многих.

Она подошла к окну, снова мысленно перебирая свои бессвязные замечания. И вдруг это не Джек. Сердце вздрогнуло от простоты вывода, несмотря на очевидные факты против него — двуличие, способность внезапно появляться и исчезать в любое время, его прошлое, его профессия. Она поглубже спрятала эти мысли обратно в себя и представила на секундочку, что делает сейчас Джек. Жалеет ли он о тех вещах, что рассказал ей, хочет ли он так же сильно, как она, почувствовать, как знакомые руки обнимают его?

«Как давно ты знакома с ним? Неделю?»

Бог мой, неужели это так. Ей казалось, что это намного дольше. Минуты и часы прошедшей недели каким-то образом удлинились, увеличились, оказались плотно заполнены переживаниями, потребностями и страхами. Казалось, что это навсегда, но в то же время этого никогда не было достаточно.

Ни к чему не ведущие рассуждения. Он не хотел ее, не хотел даже установления каких-либо отношений. Он хотел одиночества и самоистязания… Он хотел поиграть в комнатное животное, а затем вернуться домой в свою; одиночку. А ей самой нужно было время, чтобы излечиться от старых ран. Ей нужно было установить свой мир. Ей нужен был новый старт, а не мужчина с прошлым.

Вдохнув свежего, очищенного дождем утреннего воздуха, чтобы слегка облегчить головную боль, Лорел разложила по столу заметки, отперла и распахнула двери, как делала уже сотни раз в своей жизни.

Из ее, горла вырвался вопль, и она отскочила в глубь комнаты прежде, чем осознала, что же именно она увидела. Прижав руку к сердцу, которое бешено стучало, она с усилием заставила себя вглядеться, заставила себя осознать то, что она увидела. На наружной двери висело обмякшее мертвое тело хлопковой змеи — водяного щитомордника.

— Я, черт возьми, полагал, что вы наблюдаете за ней, помощник шерифа Прютп, — проревел Кеннер. Худой молодой человек с посеревшим лицом, стоявший перед комнатой Лорел, выглядел так, будто размышлял о возможности прыгнуть со второго этажа.

— Да, сэр, я наблюдал, сэр — ответил он, безуспешно пытаясь проглотить комок в горле. Его кадык подпрыгивал, тогда как глаза метнулись на тело змеи. Святой Боже, всем было известно, что он ненавидел змей. Кеннер ведь захочет, чтобы он снял ее и затем упаковал в качестве вещественного доказательства. Она казалась добрых четыре фута длиной.

— Я заступил в четыре утра, сэр, и я клянусь, что ничего не видел. Я следил за домом, как ястреб.

Кеннер развязно подошел к двери, нагнулся и слегка щелкнул змею пальцем пониже головы. Она слегка дернулась, показав кремового цвета щитки на внутренней стороне шеи, и шлепнулась вниз, ударившись о дерево с глухим стуком.

Офицер слегка посерел… Кеннер нахмурился:

— Чертов… мальчишка. Вы приехали в четыре. Майер с уехал домой. Вы оба стояли…

Несмотря на бледность, немного краски появилось на щеках шерифа.

— Но ничего не происходило. Мы ничего не слышали.

С рычанием Кеннер с силой ткнул своего подчиненного пальцем в грудь.

— Что-то же происходило, а вы, черт побери, не слышали, — прорычал он.

Прютп сжал губы, несмотря на желание поморщиться.

— Да, сэр, — пробормотал он, чувствуя себя несчастным.

— Упакуй эту змею как вещественное доказательство и, черт возьми, не касайся больше ничего. Если ты смажешь хоть один отпечаток пальца, я впихну эту змею тебе в глотку. Ты понял, Прютп?

— Да, сэр. Очень хорошо. — Воображаемая картина удержала его от усмешки.

Кеннер резко отошел и повернулся к Лорел. Она сидела на кровати в джинсах и той же майке, в которой спала. Каролина стояла около нее, завернувшись, в шелковую робу белого цвета, со свирепым выражением, напоминая тигрицу, детенышу которой грозит опасность. Мама Перл, появившаяся в красном халате, разместила свое могучее тело на стульчике, который был полностью скрыт под ее формами.

— Вы, конечно, ничего не слышали, ничего не видели? — спросил Кеннер.

Лорел ответила, заставив себя встать:

— В четвертый раз — нет.

Она ничего не видела, ничего не слышала. Она проснулась от ощущения этого взгляда. Она почувствовала мурашки по коже.

Каролина скрестила руки и стала расхаживать около кровати, ее губы сошлись в тонкую линию, выражая неодобрение. Она кинула острый, мрачный взгляд на Кеннера.

— Это невыносимо, шериф. Моей племяннице досаждает какой-то психопат, и ваша служба не может сделать даже так, чтобы она была в безопасности внутри запертого дома?

— Дом находится под наблюдением, мисс Чандлер.

— Похоже на то, что убийца наблюдает за ним лучше, чем ваши сотрудники.

Кеннер метнул взгляд на Прютпа, —который почти позеленел, неумело возясь с длинным упругим телом мертвой змеи, затем он перевел взгляд дальше. Дальше, минуя балкон, двор, на тот дом, который занимал Джек. Бодро. Дом мертвой блудницы. Это было очень легко — наблюдать за передвижением, затем проскользнуть в сад, взобраться по лестнице. И обмотать мертвую змею за ручку двери — как это сделал убийца в книге «Кровь расскажет».

Прошлой ночью он внимательно изучил произведение Джека Бодро. После того как он познакомился с персонажами болезненного или испорченного человеческого воображения, не составило труда представить его в роли убийцы….

— Это больше не повторится, мадам, — проворчал он. Он закончил разговор, с Каролиной и направился в сторону помощника шерифа Уилсона, человека, который был создан для службы, но не отличался быстротой. Пойди посмотри, дома ли Бодро. Я хочу немного потолковать с ним.

— Почему?

Вопрос, заданный Лорел, утонул в коротком взгляде глаз шерифа.

— А почему бы и нет?

«Потому что я его знаю. Потому что я спала с ним». Эти ответы не разубедили бы шерифа.

Он вышел из комнаты большими шагами вместе со своим подчиненным, оставив несчастного Прютпа бороться со змеей и с содержанием собственного желудка.

Мама Перл встала с маленького туалетного стульчика и подошла к Лорел, чтобы похлопать по руке.

— Пойдем-ка вниз в кухню, Дорогуша. Я дам тебе чаю и бисквитов с медом.

— Прости, мама Перл, — ответила она, подходя к шкафу, чтобы найти одежду. — Я должна поехать в город в суд.

Брови Каролины резко сдвинулись.

— Лорел, ты не можешь этого сделать! Ты не имела возможности отдохнуть от одного ужасного потрясения до другого! Оставайся дома, — настаивала она, обнимая племянницу за плечи, как бы удерживая ее.

Внезапно у нее перехватило дыхание.

— Оставайся со мной, дорогая моя, — с трудом прошептала она. — Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты оказалась замешана в это. Я не хочу потерять и тебя тоже.

104
{"b":"12200","o":1}