ЛитМир - Электронная Библиотека

Мэри дрожала не от ночной прохлады, а от отчаянного желания удержать Рафферти рядом с собой, и не на несколько мгновений блаженной страсти, но гораздо дольше. На время, которое она не хотела ограничивать даже в самом укромном уголке своего сердца. Она чувствовала себя с Джеем Ди настолько в безопасности, что это становилось уже не совсем благоразумным. Мэри совершенно ясно осознавала, что чувство, на которое она молилась, в конце концов могло обратиться в самообман. Но сегодня ночью, чувствуя себя такой разбитой и потерянной, она не смогла найти в себе силы сопротивляться собственному желанию.

– Останься на ночь, – прошептала Мэри, ужасаясь тому, что отчаянность ее желания заставила произнести эту просьбу дрожащим голосом.

Джей Ди пристально посмотрел на нее, понимая, что в эту минуту она просит у него то, что он мог позволить себе только на одну ночь. Мэри хотела от Рафферти большего, чем он мог дать.

«Только на сегодняшнюю ночь, – пообещал он себе. – Это только секс».

– Останься на ночь, – снова прошептала Мэри.

Джей Ди прильнул к ее губам; сердце его забилось чаше.

– Постарайся убедить меня остаться.

* * *

Дел увидел, как погасли огни в нижней части дома и зажглись в спальне, выходившей окнами во двор. Занавесок на окнах не было. Дел мог ясно видеть их в снайперский прицел. Не требовалось даже насадки для ночного видения. Янтарный свет лампы струился сквозь окно во двор, обрываясь совсем неподалеку от пикапа Джея Ди. Сам же Джей Ди и блондинка снимали друг с друга одежду. Целовались. Обнимались.

Тяжело дыша. Дел уткнулся носом в приклад винтовки; перед его глазами все плыло. Он, как мог, плотнее сжал губы. И все же слюна, смочив белое пятно шрама на скуле, сбежала на рубашку. Дел должен был что-то с этим поделать. И он знал, что. Блондинки день и ночь охотились за Делом. Они преследовали Джея Ди. Джей Ди говорил, что они охотятся за ранчо.

Эта блондинка, та блондинка, мертвая блондинка. Тигры в ночи. Псы, прячущиеся за деревьями, готовые выполнить свою грязную работу. Как мог Дел рассказать обо всем этом Джею Ди, если он был не в силах различить реальность и видения? Для Дела все было реальностью, но он понимал, что его племянник не видит по ночам мертвых девушек или тигров на горе.

Досада дрожала в душе Дела. Если бы он только мог что-нибудь поделать, чтобы прекратить все это! Если бы только мог прогнать блондинок навсегда. Если бы у него достало силы хоть немного просветить свой разум. Дел не просил многого от этой жизни. Если бы только он мог хоть ненадолго удержать в сознании эту вещь.

Дел попросил бы этого у Бога, но Тот не слышал Дела… или же дал свой ответ много лет назад.

Глава 17

Обитатели гостиницы «Загадочный лось» были возбуждены и напряжены. В зале все только и говорили, что о ночном вторжении. Кое у кого из отдыхающих опрос полиции вызвал вспышку неожиданного восторга. Приезжие выдвинули целый ряд странных и фантастических теорий относительно личности смывшегося бандита. По одной из них он был местным душевнобольным, охотившимся за женщинами. Другая предполагала, что он – местный оборванец, считавший богатых постояльцев «Загадочного лося» легкой добычей. Согласно третьей версии бандит был отвратительным похитителем драгоценностей, преследовавшим свою жертву от самого Голливуда. Или же он был отвратительным вором ночью, а днем – известным актером. Самым же возбуждающим в этих историях было то, что злоумышленника так и не поймали. Заверения руководства гостиницы в том, что подобное никогда не повторится, и появление в коридорах и холлах дополнительной охраны лишь подлили масла в огонь и создали для людей, впервые посетивших Новый Эдем, атмосферу, граничащую с истерической.

Наслушавшись страшных рассказов о маньяках и предположений по поводу происшествия в «Загадочном лосе», обслуживавшая столики Саманта стала беспокоиться о том, как будет ночевать одна.

Ночь после вечеринки Саманта провела в гостевой комнате в доме Брайса. Голова кружилась от мыслей, вызванных восторженными впечатлениями от блестящего вечера, и сон долго не приходил. Возможно, на вечеринке она и чувствовала себя не в своей тарелке, но по ее окончании вспоминала каждую сцену с энтузиазмом: она размышляла о людях, с которыми познакомилась, и о разговорах, сопровождавших эти знакомства. Все представлялось сном, путешествием в совершенно новый, загадочный мир: высший свет, прекрасный наряд Саманты, музыка, шампанское, бассейн, сияющий среди сползавшей с гор тьмы.

Саманта криво усмехнулась, подавая «Фальстаф» и «Шевье» парочке, приехавшей из Беверли-Хиллз. Волшебная сказка!.. Саманта Рафферти в роли Золушки и Эван Брайс в роли сказочного крестного. Но часы пробили полночь, очарование закончилось, и она вернулась в суровую реальность беготни и чаевых в гостинице «Загадочный лось». Отработав вечернюю смену, ей предстояло вернуться в свой маленький, тусклый домик и лечь спать в одиночестве.

Саманта повернулась, чтобы вернуться к бару, и тут ее взгляд перехватил Брайс. Он сидел за своим обычным столиком, попивая «Пеллегрино» с лимоном. Компания его на этот раз была невелика: лишь Шерон, Бен Лукас и еще один человек, которого Саманта мельком видела на вечеринке, – высокий, крепкий мужчина, должно быть, один из боссов телевизионных новостей или голливудский заправила эпохи Кирка Дугласа. Из всей четверки, казалось, один лишь Брайс проводит время с удовольствием. Он улыбнулся Саманте и, взмахнув рукой, подозвал к столику.

– Эй, красавица, в котором часу ты заканчиваешь работу? Саманта криво улыбнулась, не совсем уверенная в том, какой должна быть ее реакция. Если бы она не прожила всю жизнь в Новом Эдеме, штат Монтана, то, возможно, и ответила бы Брайсу какой-нибудь остроумной шуточкой, но она чувствовала себя ужасно неловко, пытаясь придумать что-то утонченно-заумное, в чем не имела никакого опыта.

– Они заставят тебя собрать сегодня неплохой урожай, – сказал Брайс. – Кажется, все в этом зале намерены изрядно нагрузиться в свете сегодняшнего нападения, о котором мы краем уха услышали.

– Да. – Саманта поднесла к груди пустой поднос, благодарная Брайсу за теплое к ней отношение. Он пришел к ней на выручку, представляя Саманту более важной персоной, чем она – и Саманта понимала это – являлась на самом деле. Она с жадностью приняла любезность Брайса и постаралась не беспокоиться о том, как это воспримут его друзья и что, возможно, о ней подумают. – Вы слышали, чей это был номер? – возбужденно спросила Саманта, радуясь возможности сообщить нечто, что было известно немногим. – Мэрили Дженнингс. Она была у вас на вечеринке.

Бен Лукас приподнял бровь и взглянул через столик на другого мужчину – Таунсенда.

Брайс, нахмурившись, потер подбородок.

– В самом деле? Это ужасно! Она не пострадала?

– Бандит ударил ее по голове. Я слышала, что у Мэрили контузия, но она не в больнице, и ничего страшного. Ей повезло.

Взгляд Брайса стал отсутствующим, будто он что-то подсчитывал в уме.

– Да, кажется, она была, – пробормотал он.

– Это просто возмутительно! – слегка поежившись, сказала снова почувствовавшая страх Саманта. – Раньше здесь никогда ничего такого не случалось. Чтобы на людей нападали, грабили и все такое.

Брайс посерьезнел, прищурив голубые глаза. На его высокий лоб легла печать озабоченности, брови сдвинулись к переносице.

– Ты сейчас одна в доме. С тобой все будет в порядке?

– Конечно, – ответила Саманта без особого энтузиазма.

– Нет, нет и нет! – замотал головой Брайс. – Мне эта идея совершенно не нравится. Приезжайте и ночуйте у меня на ранчо.

Услышав приглашение, Саманта часто заморгала, почувствовав в душе непреодолимый соблазн. В воображении ее, подобно рекламному плакату дорогой гостиницы, всплыл образ гостевой комнаты во дворце Брайса.

– Нет, я не могу, – машинально отказалась она.

– Разумеется, можешь. Мы будем рады принять тебя, не правда ли, Шерон?

53
{"b":"12202","o":1}