ЛитМир - Электронная Библиотека

Ты хотел свободы. Теперь ты ее получил, Вилли-парнишка. Но на свободу это было совсем не похоже. Это было похоже на изгнание. И Уилл почувствовал душевную боль от утраты вещей, которые ему никогда не были нужны. Ранчо. Жена.

Уилл выпрямился и позабыл о принесшем палочку Зипе. С холма галопом мчался большой мерин брата. Лица Джея Ди под широкими полями шляпы не было видно, но он остановился и спешился у пикапа, в чем Уилл усмотрел добрый знак. Жест вежливости. Это гораздо лучше, чем тычок в зубы.

Взглянув на осунувшееся лицо Уилла, Джей Ди почувствовал, как защемило у него сердце, и тут же позабыл все приготовленные гневные речи. И без того слишком много горьких слов было сказано братьями друг другу. Не время для обвинений. Джей Ди был виноват не меньше Уилла, только грехи у них были разные.

– Выглядишь не очень, – сказал Джей Ди, снимая шляпу и вытирая рукавом пот со лба.

Уилл поднял голову и попытался улыбнуться, но испытал при этом становившуюся уже привычной боль.

– Городской парень снял с меня часы. Зрелище было довольно жалкое.

– Могу себе представить. – Джей Ди, не выпуская из рук поводьев, сел на бампер рядом с Уиллом. Сержант потянулся вперед и ткнулся мордой в колено хозяина. – Похоже, очередная битва состоится не скоро.

– Не скоро, – понурившись, подтвердил Уилл. Подошедший Зип демонстративно положил палку у ног Уилла и замер, в ожидании новой партии в игре. – Похоже, я вообще не буду больше драться. Получил достаточно.

– А что Саманта?

– Если она и вернется ко мне, то лишь за тем, чтобы получить нужные бумаги или всадить нож в сердце. Не могу сказать, чтобы осуждал ее за это.

Джей Ди промолчал. Он посмотрел на дом, в котором они с Уиллом выросли, и попытался представить, как в нем будут жить чужие люди. Идея резанула сердце, как осколок стекла.

– А как насчет тебя и Мэри Ли? – спросил Уилл.

Джей Ди пожал широкими плечами, пытаясь избавиться от вопроса и испытующего взгляда брата.

– Не сработает.

– Потому что ты – упрямый сукин сын?

– Отчасти.

Уилл вздохнул и отколупнул от кузова кусочек ржавчины.

– Слабое объяснение для потери чего-то хорошего. Уж я-то знаю.

Джей Ди не ответил. Он считал, что Уилл вряд ли вправе давать советы по данному предмету, но говорить об этом не стал. Лежачих не бьют. Кроме того, если присмотреться внимательнее, в словах брата, возможно, была немалая доля истины, но пусть уж их отношения с Мэри Ли останутся только между ними и умрут естественным образом. Через неделю или две она вернется в Калифорнию. А жизнь будет продолжаться.

– Я решил отписать свою долю ранчо тебе, – сказал Уилл. – Чтобы избежать бракоразводного суда. Я продам тебе свою долю, если ты хочешь, чтобы это было на постоянной основе. Кажется, нам потребуется адвокат. В этой стране человек и повеситься не может без того, чтобы за процессом не проследил адвокат.

Джей Ди промолчал. Ведь это было то, чего он хотел всю свою жизнь, не так ли? Быть полновластным хозяином ранчо. Но, сидя рядом с братом, он почему-то не испытывал бешеной радости.

– Чем собираешься заняться? Родео?

– Нет. На родео много не заработаешь, если ты не звезда. А я недостаточно хорош, чтобы быть звездой, – без капли жалости к себе, решительно заявил Уилл. – Пора кончать с детскими играми. – Краешком глаза он посмотрел на Джея Ди и слабо улыбнулся кончиками губ. – Ты ведь никогда не ожидал услышать от меня подобное? – Уилл вздохнул и поморщился от очередного приступа пронзившей спину и плечи боли. – Думаю отправиться в Калиспел и найти работенку. У меня там есть приятель – продает катера кинозвездам. Мне кажется, если я вылижу достаточно знаменитых задний, то смогу очень быстро вернуть долг в шесть с половиной тысяч, что висит на мне в «Проклятых и забытых».

Джей Ди устало посмотрел на брата:

– Ты же ни черта не смыслишь в катерах.

– Разве мое полное невежество, – снова улыбнулся Уилл, – когда-нибудь от чего-нибудь меня удерживало?

Улыбка Джей Ди перешла в смех, и он покачал головой:

– Самоуверенности тебе не занимать.

Веселье сошло с лица Уилла, сделав его по-детски открытым и беззащитным.

– Нет. Вовсе нет. Просто пришло время повзрослеть.

Срок настал.

Некоторое время они сидели молча, не в силах выразить свои чувства словами. Джей Ди понял, что сейчас ему предоставляется последний шанс изменить свою жизнь.

– Для тебя всегда найдется здесь место, если захочешь, – тихо сказал Джей Ди. – Кое-что надо будет изменить, но только не наше братство.

Уилл медленно кивнул:

– Может быть, через какое-то время. – Его слабый голос слегка дрожал. – Думаю, пока мне лучше уехать. Знаешь, встать на собственные ноги. Посмотреть, чего я стою без твоей опеки.

Снова воцарилось молчание. Братья сидели, прислушиваясь к своим чувствам, говорившим о том, что жизненные пути их расходятся, что теперешний момент очень важен, что это поворотная точка, перекресток. Но говорить об этом не хотелось. Это не в традициях Рафферти.

– Если сможешь подождать день-другой, я помогу перегнать скот, – предложил Уилл.

– Было бы отлично, – пробормотал Джей Ди, глаза которого неотрывно следили за выскочившим из-за деревьев джипом, несущимся на полной скорости, ревя мотором, к ранчо. За рулем сидел Орвис Слокам.

Глава 30

Она слышала отдаленный лай собак. Гремевшая где-то далеко за спиной гроза омыла горы на западе и, скатываясь в Эдемскую долину, предупреждала о своем скором появлении.

Саманта бежала через лес, и каждый шаг приносил ей невыносимую боль. Ребра и спина болели от полученных прошлой ночью ударов. Судороги сводили мускулы плеч, не отошедшие еще от неестественного положения, в котором она пролежала целый день, привязанная к кровати. Руки безжалостно ныли, после того как в них восстановилась нормальная циркуляция крови.

Ничего сейчас не имело значения: ни распухшие, посиневшие руки, ни отрезанные волосы, ни кровоточащая широкая рана, разрезавшая правую щеку от уха до подбородка. Не важно, как она будет выглядеть, принимая смерть. Все это потеряет всякий смысл, когда собаки настигнут и разорвут на куски. Она просто прекратит существовать. Исчезнет с лица земли.

Саманта подумала о том, кто пожалеет о ее смерти. Мысль была ошеломляющей, непостижимой. Ведь впереди – целая жизнь, а она должна умереть сейчас!.. Саманта заставила ноги двигаться с новой силой, решив не сдаваться, и продиралась сквозь ветви деревьев и кустов. Еловые лапы ранили голые ноги, кололи их тысячами кс лючек и цеплялись за болтавшийся на шее лоскут футболки. В голове постоянно гремели взрывы боли, легкие казалось, дышат уже не воздухом, а кровью, но Саманта продолжала бежать.

На юг. Саманта не знала точно, где находится, но полагала, что она все еще на территории Брайса. Если побежать на восток, то она лишь еще больше углубится в дики места Абсарокаса. Дорога на север приведет обратно к Шерон. На юг – к землям Рафферти. Саманта не знала как далеко они могут находиться. К тому же неизвестно как долго еще Шерон позволит ей бежать. Она запретил; себе думать об этом. Выбросив из головы все мысли, Са манта сосредоточилась только на том, чтобы одна нога еле довала за другой.

Лай собак тонкими, дрожащими волнами докатывала до Саманты сквозь частокол деревьев. Воздух в преддверии грозы был тяжел и тих. Звук в нем увязал и распадался на эхо, определить его направление становилось все труднее. Они по-прежнему у нее за спиной? Или Шерон, двигаясь кругами, зашла с другой стороны, чтобы отрезать eй путь к отступлению? Саманта оглянулась, прислушиваяа и пытаясь определить свое местоположение, и тут же упала, споткнувшись о толстый ствол поваленной сосны.

Ты умрешь здесь, Саманта. Голая, избитая, застреленная в голову сумасшедшей женщиной. Глупая девчонка! Глупая мечтательница! Конец мечтам.

«Глупая девчонка! Глупая и несмышленая. – Шерон ясно видела Саманту через прицел ночного видения, расположенный на ее винтовке. – Я могу убить тебя прямо сейчас, маленькая шлюшка».

89
{"b":"12202","o":1}