ЛитМир - Электронная Библиотека

Скрич нагнулся очень низко и пошел на четвереньках, мягкой, волнистой кошачьей походкой. Огроные валуны и камни пустишей сменились просторами пустыни, которая постепенно поднималась подножиям Гор Барьера, уже близкие силуэты которых неясно вырисовывались в ночном небе. На в основном песчаной земле попадались и каменные участки, то здесь то там росли чахлые кусты и невысокие деревья пагафа. Можно было время от времени спрятаться за большой кактус или куст ракитника, но по большей части место было совершенно открытое, хорошо просматриваемое даже в слабом свете неполных лун. Скрич почти вжался в землю, двигаясь невероятно медленно так, что со стороны его движение вообще было почти незаметно.

Если бы человек двигался так медленно и в такой неудобной позе, у него бы очень быстро свело все перенапряженные мышцы, колени были бы стерты буквально в несколько минут, а все руки были бы в царапинах и кровь лилась бы без остановки на землю из ран, оставшихся от песка, маленьких камней, сухих веток и иголок кактуса, разбросанных по всей поверхности пустыни.

Но руки Сорака были тверды и покрыты еще более твердыми мозолями, на коленях были слои твердой кожи, оставшиеся после многих лет ползания через колючие кусты. Он вообще не обращал внимания на крошечных насекомых, которые ползали по его рукам и ногам. Их жалящие укусы свели ли бы с ума любого обыкновенного человека, но Сорак привык к ним. А Скрич даже не знал об этих мелких тварях. Его внимание было полностью сосредоточено на лагерном костре, лежавшем прямо перед ним.

Два наемника натаскали целую гору хвороста, так что костер горел ярко и весело, его свет освещал всю площадь около лагеря. Большая часть хвороста, который они использовали для того чтобы разжечь костер, быстро прогорела, и теперь надо было постоянно подбрасывать в огонь новый. Но в сухих ветках ракитника, которые они добавляли в огонь, было много смолы, котороя горела жарче, а сгорала медленнее. Когда ветви ракитника как следует разгорелись, они начали добавлять их понемногу, они давали замечательный жар и який свет. Наемники не были зелеными навичками. Они оба работали не первый сезон, и хорошо знали искусство выживания в пустыне.

Когда Скрич подполз еще ближе, он увидел Ториана, сидевшего под сине-зелеными ветвями невысокого, раскидистого дерева пагафа. Риана была крепко привязана к одному из его стволов, принцесса стояла рядом с ней, привязанная еще крепче. Ни один из них не двигался. Стволы дерева пагафа были не толще бедра Сорака, но были невероятно тверды. Так что даже если бы Риана и принцесса были не так слабы и полностью истощены, как сейчас, а полны сил, они все равно не смогли бы сбежать.

Три человека очевидно спали по очереди. Сорак надеялся, что двое из них спят, а третий сторожит, но скоро увидел, что Ториан был более осторожен. Один из наемников растянул свой спальный мешок между деревом и костром, а его товарищ не спал и оставался рядом с Торианом.

Наемник, который не спал, ходил взад и вперед, чтобы постоянно быть настороже. Время от времени он подкидывал еще немного веток в огонь, но в основном он непрерывно шарил глазами вокруг, а его рука никогда не отрывалась от рукоятки меча. Когда он подошел поближе, Сорак понял почему. К рукоятке меча был прикреплен кожаный ремень, а петля на другом конце ремня была надета на руку наемника. Теперь любая попытка разоружить его через Путь не дала бы ничего, меч останется в его руке. Да, это люди учатся быстро.

Ториан сидел совсем близко к Риане, между ней и принцессой, опираясь спиной о дерево. Его обсидиановый клинок лежал у него на коленях. Одним молниеносным движением он мог перерезать ей горло. Он сидел совершенно прямо, и Сорак вначале решил, что он спит. Возможно, Ториан хотел, чтобы он так и думал. На самом деле он не спал, все слышал и видел. Любая попытка обойти его и напасть сзади, была бы замечена наемником, который постоянно бросал настороженные взгляды в том направлении. А если бы он напал сначала на наемника, то у Ториана было бы полно времени, чтобы убить Риану. И спящий наемник тоже проснулся бы и присоединился к сражению. Нет, Ториан определенно был не дурак. Но он никогда не имел дело с племенем в одном.

Скрич уже полз на животе, извиваясь как змея. Он приблизился настолько близко, что если бы даже чуть-чуть привстал на коленях, наемник немедленно увидел бы его. Своим замечательным ночным зрением Сорак тщательно отметил расположение лагеря и места, где лежали запасы еды и воды. Канки стояли справа от него, возможно в пятнадцати-двадцати футах от дерева. Наемник, который обходил лагерь по периметру, был вооружен мечом и маленьким арбалетом, который он нес одной рукой, уже взведенным и готовым к стрельбе. Рядом со спящим человеком тоже лежал арбалет, и его меч также был соединен с его рукой ремнем из сырой кожи. Ториан сидел под деревом, его ноги были вытянуты, одно колено согнуто. Меч лежал у него на коленях, а рука опиралсь на арбалет. Он заново вооружился тремя кинжалами. Они не пропустили нечего.

Скрич, сейчас, мысленно сказал Сорак.

Скрич распластался на земле, закрыл глаза и послал псионический сигнал. Мгновениями позже пришел ответ. Из области вокруг лагеря Ториана прибежало много маленьких, ярко-окрашенных ящериц, которые полезли на дерево пагафа. Без малейшего звука они проскользнули на стволы дерева за принцессой и Рианой, и начали грызть их веревки. Тем временем Скрич послал другой псионический призыв.

В четверти мили от них он достиг колонии пустынных антлоидов в их муравейнике. Королева ответила на призыв, и спустя несколько мгновений рабочие поспешили к гигантскому холму, который был входом в их подземный лабиринт. Гигантские муравьи потекли через пустыню параллельными линиями, один за другим, подобно пехоте, идущей через горный каньон, они двигались быстро и целенаправлено, безошибочно идя на призыв Скрича.

Риана первой осознала, что что-то происходит. Потеряв сознание после того, как Ториан безжалостно ударил ее головой, как молотком, по твердому стволу дерева, она приходила в себя медленно и болезненно. Голова казалась окутанной туманом. Потом она почувставовала, как что-то ползает между ее рук. Она попыталась пошевелиться, но поняла, что не может. Она с трудом разлепила глаза и увидела смутный силуэт лагерного костра. Медленно-медленно ее глаза сфокусировались на нем, потом она вспомнила, где находится и что с ней произошло — вспомнила как Ториан пинал и бил ее. Она почувствовала ствол дерева за своей спиной и поняла, что привязана к нему.

Она взглянула налево и увидела Ториана, сидящего рядом с ней, его голова упала на грудь. Он не совсем спал, но был очень близок к этому. Пока она смотрела, он слегка дернул головой, не давая себе уснуть, потом уставился на огонь. Риана опустила голову, делая вид что потеряла сознание. Несколькими мгновениями позже, через неплотно закрытые веки, она увидела, как голова Ториана опять упала на грудь. Потом она опять почувствовала, как что-то ползет по ее рукам. Змея? Она была беззащитна. Потом она почувствовала, как одна из ее веревок слегка ослабла. Он откинула голову назад, как можно дальше, и увидела весь ствол дерева, облепленный ярко-окрашенными ящерицами. И все они грызли ее путы. Она взглянула на ствол дерева, к которому была привязана Коранна, по другую сторону от Ториана. И там была точно такая же картина. По стволу сновали ящерицы и грызли веревки. Их было много, дюжины и дюжины. В это момент до нее дошло. Скрич!

Если бы Ториан сейчас проснулся и повернулся, если бы наемник-страж подошел бы поближе, любой из них мгновенно увидел бы ящериц. Но один из наемников спал, второй ходил взад-вперед около костра, вглядываясь в темноту. А Ториан и не подозревал о маленьких тварях, облепивших ветки дерева по обе стороны от него. Риана почувствовала, как одна из ее рук освободилась. Потом другая. Медленно она помогала ящерицам, вытаскивая свои руки и стараясь не шуметь. Потом она почувствовала, как одна из них прыгнула ей на спину, потом на шею и начала вытаскивать кляп, торчащий изо рта. Несколькими мгновениями позже ящерица вытащила кляп и Риана глубоко вздохнула.

46
{"b":"12207","o":1}