ЛитМир - Электронная Библиотека

Второй Игрок увеличил ставку, — сказал Сорак. — Могу ли я сделать так же?

Криста улыбнулась. — Если хочешь.

— Тогда я ставлю три золотые монеты, — сказал он.

Юная женщина глубоко вздохнула.

— Ставка три золотые монеты или триста керамических, — сказал крупье. — Первый и Второй Игроки, если вы хотите остаться, это будет стоить вам еще сто сорок керамических монет.

Юная женщина поглядела на стол, затем замотала головой. — У меня нет таких денег, — сказала она.

— Второй Игрок отклоняет гамбит и участвует только в последнем круге, сказал крупье. Он повернулся к купцу. — Ваше решение, сэр.

Купец пристально взглянул на Сорака. — Я поддержу ставку, — сказал он.

— Ставки сделаны, — сказал крупье. — Все игроки участвуют в последнем круге, гамбит для Первого и Четвертого Игроков. Шестой и последний круг. Первый Игрок.

Купец взял все шесть костей, бросил долгий взгляд на Сорака, и бросил. Кости покатились, выпало пятьдесят. Он взглянул на Сорака и улыбнулся. Юная женщина бросала следующей, двадцать девять. Она глубоко выдохнула, когда осознала, что произошло. Он потеряла много, но не так много, как могла бы потерять, если бы участвовала в гамбите, даже на том уровне, на котором она хотела. Третий Игрок выбросил тридцать, что означало, что купец по-прежнему имеет высший балл. Он уже широко улыбался, предвкушая победу.

Сорак быстро вычислил общую сумму очков купца. В первом круге он выбросил три, во втором четыре, потом добавил последовательно одиннадцать, шестнадцать и семнадцать. Если к этому приплюсовать пятьдесят, которые он выкинул в шестом, получится сто один. Сумма самого Сорака сосавляла шестьдесят один, и если он проиграет последний круг, он будет в минусе на сорок, но это не считая гамбит. Выброси сорок один, сказал он Стражу.

Страж бросила.

Четвертый Игрок выбросил сорок один, — сказал распорядитель. — Выигрыш в последнем круге идет к Первому Игроку, двести сорок керамических монет, минус десять процентов дому, результат: двести шестнадцать монет. Гамбит Сокола идет Четвертому Игроку, шесть золотых монет, или шесть сотен керамических. Поздравляю, сэр. Следующая партия, ставка четыре керамические монеты, делайте ваши ставки.

— Одно очко, — сказал купец сквозь зубы, — одно проклятое очко.

— Не расстраивайся, повезет в следующий раз, — сказала ему Криста. Потом она повернулась к Сораку с настороженной улыбкой. — Для того, кто никогда не играл в эту игру раньше, ты действовал просто невероятно хорошо. Мне интересно, как бы ты перенес поражение?

— Не слишком хорошо, — сказал Сорак.

Она улыбнулась. — У тебя инстинкты игрока.

— Ты так думаешь? — ответил он. — Именно таким путем ты создала себе состояние?

— Один из путей, — сухо ответила она.

— Действительно? А какие же другие?

— Я не уверена, что у тебя есть такой же талант к ним, какой у тебя есть к игре, — ответила Криста, засмеявшись.

— Тогда, возможно, я должен заплатить за обучение, — сказал он. — На этот раз я куплю выпить, и ты поможешь мне отпразновать. Потом, я думаю, можно попробовать эту игру опять.

— Ты можешь попробовать за другим столом, вон там, — сказала она. — Там ставки повыше.

— Только если ты будешь стоять около меня и приносить мне счастье, — сказал Сорак.

Она улыбнулась. — Я сделаю все, что могу. Ну, а теперь, ты говорил о том, чтобы выпить…

Восьмая глава

После того, как Сорак выиграл первый круг, Криста пошла по залу, приветствуя других игроков. Она пожелала ему удачи, заставила его пообещать, что он увидится с ней прежде, чем уйдет. Он оставался у стола достаточно долго, чтобы выиграть несколько партий и проиграть несколько других, играя так, чтобы всегда быть в выигрыше. Потом он поднялся и пошел к следуюшему столу. Там играли в другие игры, некоторые довольно простые, где игроки ставили на маленький деревянный шар, бегавший внутри колеса, другие более сложные, где использовались карты и ставка основывалась на стратегии. Сорак решил сосредоточиться на игре, которую он знал лучше. Все прошло гладко, никто и не заподозрил, что он мошенничает, хотя глаза Кристы глядели на него всю ночь.

Уже скоро его кошелек потяжелел от выигрыша, хотя он перевел все керамические монеты в золото и серебро. Он убрал большую часть в рюкзак, так как кошелек не мог вместить все. И когда он уже шел к выходу, с Тигрой у ноги, то внезапно обнаружил, что егу преградили дорогу три великаныша, вооруженные тяжелыми, узловатыми дубинами из дерева эфари.

— Леди хочет поговорить с тобой, — сказал один из них.

Он быстро нырнул вниз, давая возможность Стражу проверить его мысли. Их оказалось немного. Простые, жестокие мысли и простые, жестокие желания. Великаныш ничего не знал о нем и его делах. У него был приказ привести Сорак к «леди». Все.

Низкое, угрожающее рычание вырвалось из горла тигона. — Все в порядке, Тигра, — сказал он. Потом он взглянул на великаныша и улыбнулся. — Показывай дорогу, — сказал он.

Стражи привели его обратно в зал, туда, где была лестница, ведущая на верхние этажи. Они поднялись на второй этаж и пошли по длинному коридору, потом остановились около тяжелой двустворчатой деревянной двери, не доходя до холла. Один из великанышей постучал, и дверь открыл мужчина-полуэльф. Сорак заметил, что полуэльф был вооружен железным мечом и несколькими кинжалами. Великаныши не вошли вместе с ним.

Он вошел в роскошную гостинную, где еще три полуэльфа стояли на страже. Все были вооружены. На дальнем конце гостинной была арка, под которой на двух тяжелых железных столбах висел занавес из бус. Полуэльф указал Сораку на занавес. Сорак пошел вместе с Тигрой, а все остальные остались снаружи, в гостинной. По другую сторону занавеса оказалась довольно большая комната с тяжелым, искусно вырезанным деревянным столом у дальней стены, стоявшим прямо под арочным окном, выходившим на игровой зал внизу. Окно было завешено еше одним занавесом из бус, так что было совсем просто отодвинуть пару нитей с бусами и, оставаясь невидимым, смотреть на события в зале.

Перед столом стояли два стула, и в каждой стене комнаты было по двери. Криста сидела за столом, переливая воду из кувшина в бокал. Она взглянула на него.

— Так как тебе не понравился мой мед, я взяла на себя смелость предложить тебе воду, — сказал она. — И я попросила принести сырого мяса з'тала для твоего тигона. Садись, пожалуйста.

Когда он сел на стул, который она ему указала, Тигра начал жадно есть из большой миски, поставленной рядом со стулом.

— Ты нарушил свое обещание, — сказала Криста. — Ты сказал, что не уйдешь не попрощавшись.

— Я забыл, — соврал Сорак.

— И ты думал, что у меня тоже дырявая память, а? — спросила она с настороженной улыбкой. Не дожидаясь ответа, она продолжала. — Как я поняла, сегодня ночью тебе повезло.

Сорак пожал плечами. — Удача новичка.

— О, я думаю удача не имеет никакого отношения к тому, что произошло, — ответила она, открывая маленький, лакированный деревянный ящищек и предлагая его Сораку. Он был полон аккуратно скрученных, черных палочек. Сорак потряс головой, и Криста забрала его обратно, взяв одну палочку для себя. Она зажгла ее от ароматной свечи, горевшей на ее столе и глубоко, с наслаждением вдохнула остро-пахнувший дым, потом выдохнула его через ноздри. — Неужели ты на самом деле думаешь, что можешь использовать псионику в моем игорном доме и остаться незамеченным?

Она знает, что мы жульничали , встревоженно сказала Кивара,

Как она может знать ? сказал Эйрон. Страж почувствовала бы, если бы кто-нибудь попытался проникнуть в наши мысли. Она просто гадает. Она надеется запутать нас, чтобы мы сами признались в своей вине.

— Не понял, — сказал Сорак, нахмурясь.

— Брось, — сказала Криста с кривой гримасой на лице. — Не обижай меня играя в невинность. Я заплатила бешенные деньги, чтобы нанять самых лучших крупье в городе. Каждый из их великолепно вычисляет шансы и замечает любые странности при выбрасовании костей. Грубые трюки — например замена наших костей на другие, более тяжелые, — они видят немедленно. А через три или четыре круга они замечают, если кто-нибудь использует псионику для выбрасывания костей. Ты очень силен. Понадобились три полных партии, прежде чем стало ясно, что ты мухлюешь.

36
{"b":"12208","o":1}