ЛитМир - Электронная Библиотека

Эта парочка всегда была исключительна близка, подумала Варанна, но теперь, когда они повзрослели, чувства Рианы к Сораку стали, без сомнения, намного сильнее. Они просто нарисованы на ней, все наружу, подумала Варанна, и в этом нет ничего плохого. У них нет общей крови. Однако на Сораке не нарисовано ничего, зато внутри намешано столько, что даже Варанна была смущена таким новым поворотом дела.

Риана была виличчи, но она была еще и человек, а Сорак был эльфлинг, возможно вообще единственный представитель своего рода. Если бы они провели остаток своих дней в монастыре, их связь не создала бы никаких проблем, но там, во внешнем мире, такие вещи так легко не принимались. Полукровки чаще всего были стерильны, но не всегда. Как виличчи, Риана никогда не сможет иметь детей, захочет того Сорак или нет. Эта могло стать, а могло и не стать проблемой, но было и еще много чего другого, что уж точно было проблемой.

— Он сражается как демон, — сказала Ниила, подходя к аббатиссе. Она встала рядом с ней и посмотрела вниз, во двор. — Он еще совсем юн, а уже лучше Тамуры. Возможно, со временем, он станет мастером оружия.

Варанна кивнула. — Действительно, он уже мастер меча, но ему еще много чего надо узнать. Возможно не о мечах, но о самом себе, о мире, о своем месте в этом мире. Я не думаю, что он останется у нас надолго.

Ниила нахмурилась. — Он говорил о том, что хочет уйти?

Варанна затрясла головой. — Нет, еще нет. Но скоро, Ниила, я чувствую это. — Она вздохнула. — Это было хорошее место для него, для того, чтобы вырости и твердо встать обоими ногами на землю, но теперь он должен поставить эти ноги на дорогу, по которой он пойдет по жизни, и эта дорога уведет его от нас.

— У него может найтись важная причина, чтобы остаться, — сказала Ниила.

— Риана? — Варанна покачала головой. — Нет, этого не достаточно.

— Они любят друг друга, — сказала Ниила. — Это ясно любому с первого взгляда.

Варанна опять покачала головой. — Риана любит его, тут нет сомнений. Но что касается Сорака… — Она вздохнула. — Любовь может быть трудным делом и для обычного человека. Для Сорака же она создаст такие проблемы, которые могут стать непереносимыми.

Ниила кивнула. — Тогда он должен покинуть нас, и это решит эту проблему. Это разобьет сердце Риане, но разбитое сердце можно излечить.

Варанна печально улыбнулась. — Скажи мне, Ниила, ты сама когда-нибудь любила?

Ниила взглянула на нее с удивлением. — Нет, Госпожа, конечно нет.

Варанна кивнула. — Я так не думаю.

Вторая Глава

Двор был полон звуком сталкивающихся деревянных мечей, а Сорак и Тамура двигались взад и вперед, подчиняясь изысканной хореографии боя. Сорак был более чем вдвое моложе Тамуры, и несмотря на предшествующую усиленную тренировку, все еще был полон сил и энергии. Однако и Тамура не ощущала усталости. Она была старшим мастером оружия в монастыре только по одной причине — она была лучшей.

В возрасте сорока трех лет ее физическое состояние было лучше, чем у большинства женщин вдвое моложе ее, а ее реакция была быстра, как всегда. Она сражалась в легком платье, которое защищало ее бледную кожу от солнца, ее светлые волосы были небрежно связаны на затылке. Сорак, потный после напряженного занятия, дрался с открытой грудью, жгучие лучи солнца ничего не могли сделать с его темной кожей. Его темные волосы свободно падали на плечи, на руках выделялись гибкие мускулы, очерченные сверкающими бусинками пота.

Риана чувствовала волнение в груди, глядя на него.

Многие годы она глядела на него, как на брата, хотя у них не было общей крови и они даже не принадлежали к одной и той же расе. Недавно, однако, Риана ощутила драматическую перемену в своих чувствах к Сораку. Все эти чувства медленно поднимались в ее душе, но тут вдруг настал момент, когда она была просто потрясена ощущением, что хочет его. Для нее пришло время разобраться в своих чувствах и привыкнуть к ним, хотя это было именно то, о чем они с Сораком не говорили никогда. Тем не менее она знала, что он должен понимать ее чувства. Они были слищком близки, и невозможно было что-то скрывать друг от друга. Однако он никогда не говорил или делал что-то, чтобы показало бы ей, что он хочет ее.

Все вокруг знали, Риана была уверена в этом. Каждая знала. Это было что-то такое, что было невозможно скрыть, да она и не желала скрывать. Она много раз говорила себе, что нет ничего плохого в том, что она чувствует. За редким исключением все монахини виличчи были девственницами, но это не было результатом какого-то запрета или закона, это просто был их выбор. Она была уверена, что ее любовь к Сораку не нарушает никаких монастырских табу. Тем не менее были среди ее сестер такие, которые пытались отговорить ее.

— Ты встала на опасную дорогу, Риана, — сказала ей Салин, когда они вместе работали на своих ткацких станках. Салин была старше, почти двадцать два, и она видела, как Риана смотрела на Сорака, когда тот прошел мимо их окна. Он шел к аббатиссе, и Тигра крался за ним следом.

— Что ты имеешь в виду? — ответила Риана.

— Сорак, — сказала Салин, улыбнувшись. — Я видела, как ты смотришь на него. Все видят.

— Ну и что из того? — вызывающе спросила Риана. — Не хочешь ли ты сказать, что это неправильно?

— Возможно нет, — мягко ответила Салин. — И не мне судить, но я думаю, что это … неумно.

— И почему же? Только потому, что он эльфлинг и племя в одном? — сказала Риана. — Да мне наплевать на это!

— Да, тебе, может быть, но не ему, — возразила Салин. — Ты ближе к Сораку, чем любая из нас, но именно твоя близость мешает тебе видеть то, что мы все, остальные, видим совершенно ясно.

— Что же это? — задиристо спросила Риана.

— Ты смотришь на Сорака так, как смотрит женщина на мужчину, которого она любит, — сказала Салин. — Сорак же смотрит на тебя, как брат смотрит на сестру.

— Но он не мой брат, — запротестовала Риана.

— Это абсолютно все равно, если он смотрит на тебя, как на сестру, — сказала Салин. — Да и кроме того, ты же понимаешь, что любить Сорака совсем не тоже самое, что любить любого другого мужчину. Я не думаю, что я настолько умна, чтобы понимать пути в этом мире, Риана, но я много раз слышала, что даже двум людям трудно найти любовь вместе. А с Сораком будет не два человека.

— Я хорошо знаю это, — резко ответила Риана. — Я не дура.

— Нет, — сказала Салин. — Никто этого не говорит. Но я предполагаю, что ты не знаешь тех, кто еще живет в теле Сорака. Они говорят только с ним и аббатиссой. Никто из нас, остальных, не удостоен такой чести, кроме тебя, быть может. Но, насколько я знаю, ничто не указывает, что все внутренние личности Сорака смогут полюбить тебя. Тебе даже не поможет, если ты полюбишь их всех. Все они должны полюбить тебя. И даже если это произойдет, к чему это приведет? Куда это может привести? Виличчи не выходят замуж. Мы не заводим себе … пару.

— Я знаю, что нет и правила, запрещающего это, — сказала Риана.

— Так ты забыла свои клятвы: полностью посвятить все мое сердце и душу сестрам, посвятить вся мою энергию изучению науки, искать всех других, таких же как и я, гарантировать им помощь и кров, отвергнуть все мои плотские желания и материальный конфорт . Ты сама дала все эти клятвы, Риана.

— Но нет ничего, запрещающего выходить замуж или завести любовника, — сказала Риана.

— Возможно, но это твоя интерпретация, — сказала Салин, — а я очень сомневаюсь, что аббатисса, или другие высшие настоятельницы, согласятся с тобой. Помни, что Сорак никогда не приносил эти клятвы, потому что он не виличчи. И он больше не ребенок. Он почти взрослый мужчина. Наша жизнь здесь, в монастыре, с нашими сестрами. Сорак — мужчина, наполовину эльф, наполовину халфлинг. Эльфы вообще настоящие кочевники, а халфлинги недалеко от них ушли. Это в их крови и в его крови. Ты действительно веришь, что Сорак может быть счастлив, оставшись здесь на всю жизнь? Если он решит уйти, Риана, никто и ничто не сможет задержать его. Но ты принесла свои обеты!

8
{"b":"12208","o":1}