ЛитМир - Электронная Библиотека

Будет совершенно потрясающе играть эту игру до конца, смотреть на них, пока они будут наблюдать за ним, ожидая, пока он сделает следующий щаг и выдаст себя. Но такой глупости он не сделает. Он будет смотреть, как они будут мучаться от неопределенности, и при этом спокойно спать под их вопросительными взглядами, зная, что может совершенно спокойно повернуться к ним спиной, потому что они сохранители и не попытаются что-то сделать с ним без очень веского основания.

Даже сейчас они наверно думают о нем, обсуждают его, пытаясь решить, что им делать, если он выберет не остаться в Соленом Поле, но присоединиться к ним, когда они отправятся в Бодах.

Он уже решил, что он сам будет делать. Он приклеится к ним с упорством кактусового паука, он пойдет за ними в любое место Соленого Поля, под предлогом того, что он беспокоится о своих товарищах по путешествию. Вряд ли они будут протестовать, иначе это означало бы, что они не хотят его поблизости, что они не уверены в нем, не верят в то, что он им говорит о себе и о своих мотивах. А когда они отправятся в Бодах, он пойдет с ними, утверждая, что было бы безумием отвергнуть его помощь в таком месте, а они и так достаточно обязаны ему за то, что он пришел к ним на помощь. А он еще будет настаивать, что они обязаны дать ему шанс добыть легендарное сокровище, шанс на последнее, великолепное приключение для старого человека, который скоро уйдет на покой, чтобы доживать свой век в одиночестве, и у которого не останется ничего, кроме воспоминаний.

Они могут не поверить ему, но у них нет никакого способа узнать, сказал ли он им правду или нет. Они, в принципе, могут отказать ему, но скорее всего они так не сделают, нет. В городе немертвых им будет нелишней любая помощь, какую они могут получить, и неважно, агент ли он Короля-Тени или нет. И они, без сомнения, понимают, что у них нет никакой возможности помешать ему идти за ними…если, конечно, они не решат убить его, но будем надеяться, что их сохранительская мораль не даст им сделать это.

Он улыбнулся. Да, подумал он, это будет исключительно приятно. Это будет подходящая вершина его карьеры. Когда все кончится, Король-Тень обязан будет показать свою благодарность и богато наградить его. Его величайший враг будет уничтожен, Нибенай будет достаточно благодарен ему и даст возможность выбрать себе приз среди гарема его темпларов. Может быть он даже предложит ему еще какую-нибудь награду, а если нет, то Валсавис не побоится попросить сам.

Он уже знал, что попросит. Он попросит у короля-дракона заклинание, которое сделает его опять молодым. У него и так достаточно денег, спрятанных в разных местах, денег, которые он заработал на службе Короля-Тени, денег, которые он не тратил, так как жил одиноко и просто. Эти деньги он тщательно сохранял для старости, когда сила покинет его и он не сможет сам позаботиться о себе. С другой стороны, если его юность вернется, он сможет использовать эти деньги для того, чтобы купить себе другую жизнь. Например он может вернуться в Соленое Поле и осесть здесь, возможно приобрести гостиницу или построить игорный дом, который, через много лет, принесет ему намного лучше обеспеченную вторую старость. А тем временем он будет развлекаться и делать, что пожелает. Да, это была приятная фантазия, и, что самое приятное, вполне достижимая.

Две девушки закончили свой массаж. Их касания стали более легкими и мягкими, они скорее гладили его. То есть они старались настроить его на более интимные услуги. А что, подумал он, почему бы и нет? Прошло много времени с тех пор, когда он в последний раз развлекался с женщиной, и еще больше с того времени, как у него было две одновременно. Эльфлинг и монахиня могут подождать. Они уже согласились увидиться с ним за обедом, а потом вместе прогуляться по ночному городу. Кроме того он уже подкупил клерка, и тот должен сообщить ему, если они попытаются куда-то пойти без него. Он глубоко вздохнул и перевернулся на спину. Обе девушки дружно улыбнулись и начали массировать его грудь, понемногу опускаясь ниже. И тут его руку начало покалывать. — Оставьте меня, — немедленно сказал он девушкам. Те начали было протестовать, но он твердо сказал. — Я сказал выйдите, обе. Мне надо несколько минут побыть одному и отдохнуть. Я позову вас, когда я буду нуждаться в вас.

Убедившись, что их услуги не будут отвергнуты, обе девицы вышли за дверь, и Валсавис поднес кольцо к лицу. Глаз на кольце открылся.

Ты добился какого-нибудь продвижения? спросил Король-Тень.

— Большого, — ответил Валсавис. — Я присоединился к эльфлингу и монахине, как товарищ по путешествию. На них напали мародеры и я сумел помочь им. Сейчас мы находимся в Соленом Поле, вместе, и через час садимся обедать.

Они ничего не подозревают? спросил Король-Тень. Не знают ли они, кто ты такой на самом деле?

— Может они и подозревают, но не знают точно, — ответил Валсавис. — И это только делает вещи еще более интересными.

Они уже пытались встретиться с Молчаливым? спросил Нибенай.

— Еще нет, — сказал Валсавис, — но я не сомневаюсь, что они попытаются, и очень скоро. Возможно сегодня ночью.

Не дай им ускользнуть, Валсавис, сказал Нибенай. Ты должен не упускать их из вида.

— Я не потеряю их, милорд. Ты можешь рассчитывать на это. На самом деле я собираюсь проводить их в Бодах.

Что? Ты имеешь в виду, что поедешь вместе с ними?

— Почему нет? Весь мир слышал о легендарных сокровищах Бодаха. Разве это не должно соблазнить наемника вроде меня, у которого нет никаких немедленных предложений?

Будь осторожен. Ты играешь в опасные игры, Валсавис, сказал Король-Тень.

Мне нравится играть в опасные игры, милорд.

Не дерзи мне, Валсавис! Я послал тебя не для того, чтобы развлекался за мой счет, но чтобы ты проследил за эльфлингом и добрался до его хозяина.

— Именно это я и делаю, милорд. И согласись, намного проще следить за кем бы то ни было, когда едешь с ним бок о бок.

Тогда смотри, не стань слишком самоуверенным, Валсавис. Эльфлинг намного более опасен, чем ты думаешь. Это не тот, кого можно легко обвести вокруг пальца. Не недооцени его, Валсавис!

— Я уже обнаружил это, милорд.

И не забывай о Серебряном Нагруднике, сказал Нибенай. Он не должен попасть в руки эльфлинга.

— Я не забыл об этом, милорд. Будь уверен, даже если он найдет его раньше меня, он не останется у него надолго. Разве когда-нибудь раньше я подводил тебя?

Все на свете бывает в первый раз, устало ответил Нибенай. Смотри, чтобы это не был твой первый раз, Валсавис. Иначе, обещаю тебе, ты не переживешь этого.

Золотой глаз закрылся.

— Эй, девчонки! — позвал Валсавис.

Обе девушки вошли в изолированную личную комнату, одетые только в свои улыбки.

— Вот теперь я готов для вас, — сказал Валсавис. — Вперед.

Пятая Глава

На обед в столовой Оазиса подавали роскошные блюда. После плотного обеда жареным з'талом с гарниром из дикого горного риса для Валсависа и зажаренных овощей с соусом для Сорака и Рианы, они отправились прогуляться по главной улице Соленого Поля. Солнце уже село, но главная улица была ярко освещена огнем факелов и огромных свеч, высовывавшихся из медных канделябров. По стенам аккуратных, свежепобеленных зданий, стоявших по обе стороны улицы, плясали причудливые тени, а число продавцов только увеличилось, многие из них установили новые тенты в центре улицы, а некоторые просто разложили свои товары на кусках полотна, положенных на землю.

Характер города действительно изменился, как и предсказывал Валсавис. На улицах города было много людей, привлеченных прохладным воздухом ночи, едва одетые человеческие женщин и женщины-полуэльфы соблазнительно прохаживались по улице вперед и назад, предлагая себя прохожим. Перед входами в многичисленные публичные дома стояли зазывалы, приглашая зайти внутрь и соблазняя прохожах рассказами о чудесах, которые их ждут внутри. По улице бродили и небольшие группы актеров, которые останавливались ненадолго и давали маленькие представления, короткие сцены, за которыми обычно следовал призыв посмотреть остаток представления в расположенном недалеко театре. Много было акробатов, жонглеров и музыкантов, которые работали за монеты, брошенные в их шляпы или плащи, разложенные на земле перед ними. Валсавис объяснил, что совет деревни не препятствует устраивать уличные представления, так как актеры занимаются своим делом, играют или поют, а заодно добавляют колорит и настроение в атмосферу города одним своим присутствием, тогда как нищие только сидят в своем тряпье по колонадам и переулкам, и жалостливо мычат.

23
{"b":"12209","o":1}