ЛитМир - Электронная Библиотека

Король-Тень медленно повернулся к нему, в упор глядя на него тяжелым взглядом. Валсавис ответил таким же. Он постарел, подумал Нибенай, но выглядит замечательно, как и всегда, и все еще движется с ленивой грацией кота. И по-прежнему так же вопиюще нахален. Даже его собственные жрицы трепетали перед Нибенаем и никогда не отваживались встретить его взгляд. Но не Валсавис. Полное отсутствие почтительности и полное отсутствие страха.

— Я послал за тобой… — начал было король-дракон, но остановился и тяжело вздохнул, когда волна ужасной боли прошла через все его тело. Боль была намного хуже, чем утром. — Подойди ближе.

Валсавис без колебаний сделал пару шагов вперед, встав в поток солнечного света, падающий из открытого окна башни.

— Ты стал намного старее, Валсавис.

— А ты стал намного уродливее, милорд.

Король-Тень зашипел от гнева, а его хвост задергался. — Не испытывай мое терпение, Валсавис! Я знаю, что ты не боишься смерти. Но есть намного худшие варианты судьбы, которые могут выпасть человеку.

— Я уверен, что ты знаешь их всех, милорд, — небрежно ответил Валсавис, оставив Королю-Тени гадать, имел ли он в виду двойное значение собственных слов. — Виела сказал, что ты нуждаешься во мне.

— Я не нуждаюсь, — ответил Король-Тень с раздражением. — Но есть вопрос, который должен быть решен. Так я желаю. Это касается бродяги из Поющих Гор.

— Да, Сорака-эльфлинга и его шлюхи, виличчи, — сказал Валсавис. — Я знаю о них. — Прежде, чем пойти во дворец, он побывал в нескольких тавернах, поговорил с несколькими своими старыми знакомыми, добавил то, что рассказала ему Виела, и ему не составило труда сложить всю историю из кусочков и отделить вероятное от невероятного. — Скорее всего они пришли из Тира, через пустые земли и Горы Барьера, чтобы устроить небольшой переполох для наседки в одном из твоих курятников. Насколько я понял, это закончилось плохо для твоей наседки, а девица, о которой идет речь, переметнулась в Союз Масок.

— Твои источники абсолютно точны, как всегда, — сказал Король-Тень. — Но меня заботит вовсе не измена восставшей дочки, а эльфийский миф.

— О том, что этому эльфлингу суждено стать королем эльфов? — с изумлением спросил Валсавис. — Мне сказали, что он носит меч древних эльфийских королей — Гальдра, если не ошибаюсь. Бродяга-незнакомец и зачарованный меч. Разве может быть лучший сюжет для менестреля? Он перерезает горло нескольким тупоумным великанышам, и пьяные барды делают его героем сказания. Все пляшут и поют от счастья. Конечно ты-то не веришь в такую чепуху?

— Это вовсе не чепуха, — ответил Нибенай. — Гальдра существует, но ты, похоже, слышал убогий вариант мифа. Носитель Гальдры вовсе не Король Эльфов, но, согласно пророчеству, Корона Эльфов. То есть, если легенда не врет, он не король, а создатель королей.

— Тогда должен ли я убить его?

— Нет, — твердо ответил Нибенай. — Еще нет. Сначала найди мне короля, которого этот Кочевник создаст. Корона должна привести тебя к королю.

Валсавис нахмурился. — Почему тебя так волнует этот будущий король эльфов? Эльфы живут кланами и племенами, и не хотят никакого короля.

— Корона Эльфов, согласно легенде, коронует не просто короля эльфов, а великого мага, правителя, который обратит все расы Атхаса в рабство, — сказал Нибенай.

— Еще один король-волшебник? — спросил Валсавис.

— Хуже, настоящий ужассс, — прошипел Нибенай. — Найди мне этого короля, и твоей наградой будет Кочевник, поступай с ним как считаешь нужным.

Брови Валсависа поднялись при мысли о грядущем правителе, худшем чем король-волшебник, но он предпочел сохранить свои мысли при себе. Вместо этого он обратился к более насущным проблемам. — Итак, я выслеживаю этого эльфлинга, нахожу и убиваю короля, которого он собирается сделать, и за все мои волнения ты не предлагаешь мне ничего, кроме эльфлинга, его бабы, и возможности сделать с ними все, что я хочу? Да кто захочет заплатить выкуп за эту парочку? Даже на эльфийском рынке за них не дадут больше нескольких серебряных монет, и это за все мои усилия.

— Ты что, собираешься торговаться со мной? — сказал король-дракон, его хвост зло заходил взад и вперед.

— Нет, милорд, я не собираюсь торговаться. За эту работу я хочу десять тысяч золотых и не монетой меньше.

— Что? Да ты сумашедший, — сказал Нибенай, скорее пораженный, чем разгневанный такой наглостью.

— Это цена, которую ты легко сможешь заплатить, — сказал Валсавис. — Такая сумма ничто для тебя, а для меня она означает спокойную старость. С таким стимулом я буду делать свое дело изо всех сил. Без этого я обречен на старость, одиночество и нужду. — Он пожал плечами. — Если ты откажешь мне, лучше убей меня сразу, я не хочу умирать такой смертью.

Король-дракон хихикнул, против своей воли. Наглость наемника рассмешила его, а ведь прошло много лет с тех пор, как он смеялся в последний раз. — Очень хорошо. Ты получишь свои десять тысяч золотых. И я могу даже прислать тебе одну из моих юных жен, чтобы она заботилась о тебе, на время твоей старости. Ну как, этого стимула тебе достаточно?

— Я сам могу выбрать из твоего гарема? — спросил Валсавис.

— Какую хочешь, — ответил король-дракон. — Они не значат для меня ничего.

— Очень хорошо. Считай, что дело сделано, — ответил Валсавис, поворачиваясь и собираясь уйти.

— Погоди, — сказал король-дракон. — Я еще не отпустил тебя.

— Есть что-нибудь еще, милорд?

— Возьми это, — сказал Нибенай, протягивая ему своими пальцами-когтями странное на вид кольцо. Оно было сделано из золота и напоминало закрытый глаз. — Благодаря ему я смогу наблюдать за тобой, видеть как у тебя идут дела. И если тебе понадобится моя помощь, ты сможешь связаться со мной через это кольцо.

Валсавис взял кольцо и опустил себе в карман. — Теперь все, милорд?

— Да, ты можешь идти. — Огромный наемник повернулся к двери. — Смотри, не проиграй, Валсавис, — сказал Король-Тень.

Валсавис остановился и бросил взгляд назад, через плечо. — Я никогда не проигрываю, милорд.

* * *

— Сорак, остановись! Ну пожалуйста! Я должна отдохнуть, — сказала Риана.

— Мы остановимся отдохнуть на рассвете, — ответил тот, продолжая идти.

— Но мои родители не эльфы и не халфлинги, я не так сложена, как ты, — устало сказала она. — Я обыкновенный человек, и, хотя я и виличчи, есть предел и моей выносливости.

— Хорошо, — сказал он, сдаваясь. — Мы остановимся. Но очень ненадолго, и потом нам придется поднажать.

Она благодарно кивнула, опустилась на колени и достала мех с водой.

— Экономь воду, — сказал он, когда увидел, как она сделала несколько больших глотков. — Нельзя сказать, когда мы найдем еще.

Она озадаченно взглянула на него. — Почему мы должны бояться, что нам не хватит воды, — спросила она, — когда мы всегда можем выкопать ямку и, используя друидское заклинание, наполнить ее водой?

— Ты, наверно, очень устала, — сказал Сорак. — Ты что, забыла, по чему мы идем? Это же соль. А соленая вода не утолит твою жажду, наоборот, будет только хуже.

— О, — сказала она с недовольной гримасой. — Какая я глупая. — С сожалением она опять повесила мех с водой на плечо. Затем она взглянула вперед, где темные силуэты Гор Мекилота неясно вырисовывались в ночном воздухе. — Кажется, что они не ближе, чем день назад, — сказала она.

— Мы достигнем их через три или четыре дня, не больше, — ответил Сорак. — Если, конечно, мы не будет слишком часто останавливаться для отдыха.

Она глубоко вздохнула, потом испустила длинный, усталый выдох, и встала на ноги. — Ты прав, — сказала она. — Я готова идти.

— Рассвет будет где-то через час, сказал Сорак, глядя на небо. Тогда мы остановимся и сможем поспать.

— И поджариться, — сказала Риана. — Даже сейчас, ночью, я чувствую, что иду по теплой соли. Мои ноги чувствуют тепло, даже через мокасины. Эта соль впитывает дневную жару как камень, помещенный в огонь. Не думаю, что я когда-нибудь еще посыплю солью свои овощи.

5
{"b":"12209","o":1}