ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Когда Шания очнулась, то поняла, что лежит, полностью обнаженная, на постели, покрытой черным шелком. Подняв глаза, она увидела, что рядом с ее ложем, в дубовом кресле с резным орнаментом, расположился странный человек — такой, каких дочь вождя козгаров никогда раньше не встречала. Лицо незнакомца было мертвенно-бледным, на месте глаз зияли черные провалы, череп был лишен следов растительности. Он кутался в широкую хламиду, скрывавшую его фигуру от самой шеи до пят.

— Ты появилась здесь очень кстати, красавица, — заговорил странный человек резким свистящим шепотом. — Много лет в башне Шангара не было ни одной молодой женщины, а нам, людям Туманных гор, древней расе народа вершин, необходима свежая кровь. Ты красива, сильна и молода; ты родишь много прекрасных наследников — и мне, и моим сыновьям.

Девушку затрясло от ужаса и омерзения, но запугать гордую дочь племени козгаров было не так-то легко.

— И ты воображаешь, что я, дочь вождя, чьи предки были вождями в течении ста поколений, стану твоей наложницей и рабыней твоих ублюдков?! — гневно воскликнула она. — Да я скорее брошусь с обрыва в пропасть, чем подпущу к себе кого-нибудь из вас, мерзких псов! Выпусти меня отсюда, или, клянусь священным очагом, даже стены крепости не спасут тебя от копий козгарских воинов!

Губы незнакомца искривила презрительная усмешка:

— Глупая девчонка, о чем ты говоришь? О каких копьях, каких воинах? Нас надежно защищают туманы перевала Бханбар, так что забудь и думать о том, что кто-то из смертных придет к тебе на помощь. Ну, а если ты не проявишь должной покорности, тебе придется горько пожалеть, что ты родилась на свет! Думаешь обмануть судьбу, бросившись в пропасть? О, нет, нет! Тебя будет ждать куда более страшная участь!

Зловещая улыбка не сходила с его уст.

— Если не покоришься, твое прекрасное юное тело, твоя плоть будет отдана Безымянному — тому, кто долгие века наводит ужас на путников в Туманных горах, а теперь верно служит народу вершин. С его помощью были разбиты много веков назад войска правителя Турана, и остались от них только истлевшие кости да ржавые доспехи… Но в те дни народ вершин был многочислен и могуч, а сейчас нас осталось совсем немного… но страшиться нам по-прежнему некого: туманы и горы скрывают нас от нежеланных гостей, а если кто-то сумеет преодолеть всю преграду, Безымянный уничтожит дерзких пришельцев. Сейчас ты посмотришь на него, и у тебя не останется сомнения, какую судьбу избрать.

Человек с бледным лицом хлопнул в ладони, в комнате возникли двое его соплеменников, таких же бледных, но выглядевших моложе. Повинуясь жесту старшего, они отодвинули тяжелые каменные створки — нечто вроде дверей, скрытой в нише одной из стен. За ней, видимо, находилось еще одно помещение, затянутое густым клубящимся туманом. Сквозь него можно было разглядеть огромный бесформенный силуэт, чудовищный и ужасный; и когда девушка догадалась, кто предстал пред ней, она вскрикнула и потеряла сознание.

* * *

Конан изнывал от скуки и бездействия. Он уже довольно долго просидел в засаде за своей каменной пирамидой, но в башне не замечалось никакого движения, и его чутких ушей не достигал ни единый звук. Однако острый мускусный аромат, который доносили порывы ветра, ясно подсказывал, что обезьяны скрылись именно здесь, в этом массивном строении из цветного камня. И потому киммериец терпеливо ждал, а его рука продолжала непроизвольно сжимать эфес кривой сабли.

Наконец, его долгое и тоскливое ожидание увенчалось успехом: на вершине башни появилась какая-то фигура, облаченная в широкие развевающиеся одежды. Конан зловеще усмехнулся, отложил меч, сбросил с плеча лук и колчан, а затем натянул тетиву. Тонко просвистев в воздухе, стрела вонзилась в грудь стоявшему на площадке башни человеку; без единого звука, не вскрикнув и не застонав, тот покачнулся и полетел вниз головой в казавшееся бездонным ущелье.

Не мешкая, киммериец потянулся к колчану и достал еще одну стрелу. На этот раз ждать пришлось значительно меньше: потом в каменном подножии башни, у самой земли, распахнулась кованная железом дверь, из нее высыпала большая стая безволосых обезьян. Они помчались к нему, но рассеявшийся туман теперь не мешал киммерийцу стрелять, и каждый выпущенным им снаряд находил свою цель. Мерзкие твари одна за другой падали с обрыва в пропасть.

На все них, правда, стрел не хватило: когда колчан Конана опустел, на тропе еще оставались две неуклюжие огромные фигуры. Бросившись на них с саблей в руке, киммериец без труда увернулся от неумелого выпада одного из противников и вонзил клинок ему в брюхо. Но со второй обезьяной возникли проблемы: пока Конан пытался освободить застрявшую в мертвом теле окровавленную саблю, он едва избежал сильного удала по голове. Потеряв равновесие, он рухнул на колени в опасной близости от края обрыва. Яростно взвыв, обезьяна бросилась на него, пытаясь столкнуть в пропасть, но Конан откатился в сторону, а безволосая тварь, не рассчитав усилия и споткнувшись об его ногу, полетела вниз с обрыва.

Дело было закончено, путь к башне свободен. Преодолев с полсотни локтей, киммериец приблизился к двери, рванул ее на себя — и тут прямо над его плечом просвистел клинок. Реакция опытного воина не подвела и на этот раз: он нырнул в сторону и ответным выпадом поразил врага. На сей раз это оказался человек, а не обезьяна — одетый в черное воин, стоявший за дверью. Сабля Конана пронзила ему горло, и он мгновенно захлебнулся кровью. Склонившись над телом, киммериец присмотрелся к противнику повнимательнее: перед ним лежал высокий, хрупкого сложения мужчина с остановившимся взглядом мертвых глаз, состоящих как бы из одного черного зрачка. Его лицо прикрывала маска из странного, прозрачного, неведомого Конану материала. Повертев ее в руках, он на всякий случай спрятал маску за поясом и шагнул внутрь башни.

Теперь перед ним была широкая, спирально поднимающаяся вверх лестница с истертыми каменными ступенями. Быстро преодолев ее, киммериец очутился в большом круглом зале, с нишами и каменными дверьми, темневшими в их глубине. У стен зала в неподвижности замерли с десяток существ в черных одеждах, таких же высоких, тонких и хрупких, как убитый у подножия башни человек. Люди эти сжимали в руках клинки с длинными острыми лезвиями, а в самом центре зала возвышался огромный каменный алтарь, и на его гладкой полированной поверхности недвижно застыла нагая красавица.

Великий Кром, то была Шания! Слегка вздымавшаяся при дыхании грудь говорила о том, то девушка еще жива, но находится либо в глубоком обмороке, либо под воздействием какого-то наркотического снадобья.

К Конану повернулись бледные лица с жуткими, пылающими злобой ненавистью черными зрачками. Затем молчание нарушил высокий мужчина с голым черепом:

— Зачем ты явился сюда, чужак? Откуда ты? Что тебе надо? Хоть ты и носишь облачение туранского воина, я вижу, что ты — не туранец! Так кто же?

— Конан, туранский ун-баши! Запомни это имя, безволосый! Конан, родом из Киммерии! А теперь вернемся к нашим делам. Я пришел за этой девушкой, и если вы отпустите ее добром, то не буду вступать с вами в ссору и отправлюсь своей дорогой. А не отпустите… Что ж, тогда Кром поглядит, какого цвета у вас печень!

Казалось, предводитель бледнолицых не обратил внимания на эту угрозу. Оглядевши Конана с головы до ног, он произнес:

— Киммерия? Никогда не слышал о такой стране. А раз так, то ее и не существует! Ты, пришелец, похоже, смеешься над нами? Только запомни, что народ вершин не любит шуток!

— А ты запомни, что Киммерия, моя страна, лежит далеко на севере, и что киммерийцы тоже не очень-то любят шутить. И не грози мне! Я могу в одиночку выпустить кишки всей вашей компании!

Конан угрожающи вскинул меч и уставился на безволосого:

3
{"b":"122132","o":1}