ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Через пять сотен ярдов Габриель свернул с дороги. Остановив мотоцикл, молодой человек спрыгнул с него и бросился бежать. Холлис повернул за ним, а Майя выскочила из фургона и кинулась следом. Она отставала слишком сильно. Габриель мог вот-вот уйти, и Майя, не сбавляя скорости, закричала первое, что пришло в голову:

– Габриель! Мой отец знал твоего отца!

Габриель остановился на краю холма. Еще несколько шагов, и он полетел бы вниз по крутому, заросшему кустарником склону.

– Он был Арлекином! – Майя. – Его звали Торн.

Последние слова – точнее, имя – попали в цель. Габриель выглядел изумленным и, казалось, отчаянно хотел о чем-то спросить. Не обращая внимания на оружие в руках Майи, он сделал шаг ей навстречу и задал вопрос:

– Кто я?

24

Частный реактивный самолет «Вечнозеленых» летел на восток, над квадратами и прямоугольниками фермерских земель Айовы, а сидевший в нем Натан Бун смотрел сверху вниз на Майкла Корригана. До вылета из аэропорта Лонг-Бич молодой человек еще спал. Теперь выражение его лица было вялым и невыразительным. «Может, дозу не рассчитали», – подумал Бун. В таком случае мозг вполне мог оказаться поврежденным навсегда.

Натан развернулся в кожаном кресле и взглянул на врача, который сидел сзади. Доктору Поттерфилду платили, как и всем остальным наемным работникам, однако медик упорно делал вид, будто имеет какие-то особые привилегии. Буну нравилось ставить его на место.

– Проверьте состояние пациента.

– Я пятнадцать минут назад его осматривал.

– Осмотрите еще раз.

Доктор Поттерфилд присел рядом с носилками и, приложив пальцы к сонной артерии Майкла, проверил его пульс. Затем послушал сердце и легкие, оттянул веко и проверил зрачок.

– Пульс нормальный, а дыхание становится слабее. Я бы не рекомендовал вводить очередную дозу.

Бун бросил взгляд на наручные часы.

– Как насчет следующих четырех часов? За это время мы как раз успеем приземлиться в Нью-Йорке и добраться до нашего центра.

– За четыре часа хуже ему не станет.

– Надеюсь, когда он очнется, вы окажетесь поблизости, – сказал Бун, – и если возникнут какие-то проблемы, всю ответственность возьмете на себя.

Доктор Поттерфилд потянулся дрогнувшей рукой к черному чемоданчику. Достав цифровой термометр, он вставил зонд-датчик Майклу в ухо.

– Долговременных последствий возникнуть не должно, но вы ведь не думаете, что он сразу же будет способен взобраться на отвесную скалу. Это похоже на восстановление после общего наркоза. Какое-то время пациент чувствует слабость и головокружение.

Бун снова повернулся к маленькому столику посреди салона. В Нью-Йорк Натан летел неохотно. В Лос-Анджелесе один из его сотрудников, молодой человек по имени Причетт, сейчас допрашивал раненых мотоциклистов, которые преследовали Габриеля Корригана. Исходя из показаний, Майя все-таки нашла союзников и с их помощью похитила Габриеля. В Лос-Анджелесе требовалось присутствие Буна, однако остаться там ему не позволили полученные ранее инструкции. Проект «Переход» имел чрезвычайно важное значение. В тот момент, когда в руках Табулы оказался один из братьев Корриган, Бун обязан был лично доставить его в Нью-Йорк.

Основную часть полета он провел за компьютером, пытаясь разыскать Майю в сети. Все поиски велись через нелегальный центр интернет-наблюдения, расположенный в Лондоне.

Тайна частной жизни давно превратилась в фикцию. Кеннард Нэш как-то раз прочел по этому поводу целую лекцию сотрудникам фонда. Новые электронные методы наблюдения изменили все общество. Теперь все люди будто переселились в традиционное японское жилище, где все внутренние стены и перегородки сделаны из бамбука и бумаги. В таком доме вы слышите, как люди чихают, разговаривают и занимаются любовью, но, следуя общественной морали, делаете вид, будто ничего не замечаете. Вам приходится притворяться, что стены крепкие и не пропускают никаких звуков. Точно также люди чувствуют себя, проходя мимо камер видеонаблюдения и пользуясь сотовыми телефонами.

В аэропорту Хитроу уже использовались особые рентгеновские установки, способные просвечивать одежду пассажиров. Конечно, неприятно осознавать, что различные организации наблюдают за вами, прослушивают ваши разговоры и следят за тем, что вы покупаете. Именно поэтому большинство людей предпочитали этого не замечать.

Правительственные чиновники, которые сотрудничали с Братством, предоставили ему коды доступа к секретным базам данных. Самым крупным источником сведений была Система полного информирования, созданная правительством Соединенных Штатов после того, как приняли Закон о патриотизме. Базы данных этой системы разрабатывались с тем, чтобы обрабатывать и анализировать все сделки, осуществленные через компьютер. Когда человек использовал кредитную карточку, брал в библиотеке книгу, перечислял деньги за границу или отправлялся в путешествие, сведения об этом поступали в централизованную базу данных.

У такого вторжения в частную жизнь отыскалось и несколько противников. Правительство тут же передало контроль над программой в службу разведки и переименовало ее в Систему информирования о террористической деятельности. Как только в названии упомянули терроризм, все критические голоса смолкли.

Другие страны тоже принимали новые законы о безопасности и создавали собственные системы контроля над населением. В дополнение ко всему несколько частных компаний собирали личные сведения о персонале. Если сотрудники компьютерного центра в Лондоне не могли раздобыть коды доступа, они использовали такие программы, как «Глазок», «Ножовка» и «Кувалда», которые взламывали любые средства защиты и проникали во все существующие базы данных.

Бун считал, что наиболее действенным оружием в борьбе с врагами Братства станут новые программы «вычислительной иммунологии». Первоначально такая программа была создана в Великобритании, для того чтобы наблюдать за почтовыми сетями, а Братство разработало еще более мощные программы. Они рассматривали всемирную компьютерную сеть как одно человеческое тело. Программы «вычислительной иммунологии» действовали, словно электронные лимфоциты, отыскивая опасные идеи и сведения.

Последние несколько лет программисты Братства активно работали во всемирной сети. Их автономные программы незаметно проникали в тысячи компьютерных сетей. Иногда они, словно лимфоциты, проникали в чей-то домашний компьютер и ждали, не появится ли у его владельца какая-нибудь заразная идея. Обнаружив нечто подозрительное, программа отправляла сведения на главный компьютер в Лондон и ожидала дальнейших команд.

Кроме того, ученые Братства опробовали и новую интерактивную программу, которая могла расправиться с недругами Табулы, как группа белых кровяных клеток – с инфекцией. Эта программа выслеживала тех, кто во время общения в сети упоминает Арлекинов или Странников. Если такое упоминание было найдено, программа автоматически запускала на компьютер подозреваемого вирус, который уничтожал все данные. Из всех наиболее опасных компьютерных вирусов некоторые создавались самим Братством или его союзниками в правительстве. Вину же за их создание без особого труда перекладывали на какого-нибудь семнадцатилетнего хакера из Польши.

Майю удалось выследить с помощью обоих видов компьютерных программ. Тремя днями раньше она побывала в магазине автомобильных запчастей и убила там двух наемников. Покинув магазин, она должна была или передвигаться пешком, или использовать транспорт – купить автомобиль или сесть на автобус. Специалисты компьютерного центра в Лондоне проверили, не упоминается ли в отчетах лос-анджелесской полиции молодая женщина, похожая на Майю. Проверка результатов не дала, и лондонские специалисты проникли в компьютерные системы компаний-перевозчиков, чтобы узнать, кто заказывал в Лос-Анджелесе такси в течение четырех часов после убийства. Полученные адреса сравнили с данными, полученными от программ «вычислительной иммунологии». В центральном компьютере хранились имена и адреса тысяч людей, которые могли помогать Странникам или Арлекинам.

38
{"b":"12214","o":1}