ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Два года? – Алексей улыбнулся. – Ну, тогда у вас найдется много о чем поговорить.

Торн жестом велел русскому взять со стола детектор. Внешне прибор напоминал датчики, которыми пользовались службы безопасности в аэропортах, однако его создали специально для того, чтобы находить устройства слежения Табулы. Формой и размером они напоминали бусину или жемчужину и испускали сигнал, который ловили спутники глобальной системы навигации. Некоторые из них издавали радиосигнал, другие – инфракрасный.

– Не трать зря время. Бусин на мне нет. Я Табулу не интересую.

– Лишняя осторожность вреда не принесет.

– Им известно, что я не Арлекин.

Детектор никакого сигнала не издал. Алексей вышел из комнаты, а Торн указал Майе на кресло. Она знала, что мысленно отец уже отрепетировал весь разговор, потратив несколько часов на выбор костюма и обдумывание того, как лучше расставить мебель. К черту все. Майя собиралась застать Торна врасплох.

– Симпатичный у тебя слуга, – сказала она и села в кресло, когда отец подъехал поближе. – Колоритный очень.

Как правило, они говорили друг с другом по-немецки. На сей раз Торн сделал дочери уступку. У Майи имелось несколько паспортов на разные имена и национальности, но сама она считала себя англичанкой.

– Да, роспись по коже. – Отец улыбнулся. – Один художник создает на теле Алексея картины Первой сферы. Не сказать, чтобы они выглядели очень приятно, но выбор его.

– Да. У нас у всех есть выбор. Даже у Арлекинов.

– Похоже, ты не особенно рада меня видеть, Майя.

Она собиралась вести себя сдержанно и невозмутимо, но слова полились из нее, как лава при извержении вулкана.

– Я вывезла тебя из Пакистана. Подкупила или запугала половину чиновников в стране, чтобы пронести тебя на самолет. В Дублине матушка Блэссинг взяла руководство на себя. Ну ладно, пускай. Как-никак это ее территория. Но назавтра я звоню ей на мобильный телефон, она говорит: «Твоего отца парализовало ниже пояса, он никогда не сможет ходить». Потом бросает трубку и тут же отключает телефон. Вот и все. Бац! Ни ответа ни привета. Два года от тебя нет никаких известий.

– Мы хотели защитить тебя, Майя. В наши дни столько опасностей.

– Рассказывай это своему расписному мальчику. Я-то знаю, что у тебя на любой поступок одно оправдание – опасность и меры предосторожности. Только теперь оно не работает. Войны больше нет. По правде говоря, Арлекинов тоже нет. Осталась какая-то горстка – ты, да Линден, да матушка Блэссинг.

– В Калифорнии живет Шеперд.

– Три или четыре человека ничего изменить не могут. Война окончена. Неужели ты не понимаешь? Табула выиграла. Мы проиграли. Wirwerloren1.

Немецкие слова, казалось, затронули Торна сильнее, чем английские. Прикоснувшись к пульту управления, он слегка повернул коляску, чтобы Майя не видела его глаз.

– Ты тоже Арлекин, Майя. Это твоя истинная сущность. Твое прошлое и будущее.

– Я не Арлекин, и я не такая, как ты. Пора бы уже понять.

– Нам требуется твоя помощь. Дело очень важное.

– Как всегда.

– Я хочу, чтобы ты поехала в Америку. Мы оплатим все расходы. Сделаем все необходимые приготовления.

– Америка – территория Шеперда. Пускай разбирается сам.

Голос и глаза Торна приобрели особую выразительность.

– Для Шеперда ситуация чересчур необычна. Он не знает, что делать.

– У меня теперь другая жизнь. Ваши дела меня не касаются.

Вращая рукоятку управления, Торн проехался по комнате грациозной восьмеркой.

– Ах да-а-а! Жизнь обывателя в Системе. Такая приятная и занимательная. Расскажи-ка мне о ней немного.

– Прежде она тебя не интересовала.

– Ты ведь работаешь в каком-то офисе, верно?

– Я промышленный дизайнер. Работаю в команде, которая создает упаковки для разных компаний. На прошлой неделе мы разработали новый флакон для духов.

– Звучит многообещающе. Уверен, что успех тебе гарантирован. А как насчет остального? Молодой человек у тебя есть?

– Нет.

– Но был ведь какой-то адвокат, верно? Как его звали? – Разумеется, Торн знал имя, но сделал вид, что пытается вспомнить. – Коннор Рамси. Богатый. Привлекательный. Из хорошей семьи. Бросил тебя ради другой женщины. Причем, по всей видимости, встречался с ней все время, пока был с тобой.

Майе показалось, что Торн ее ударил. Следовало бы ожидать, что он использует свои связи в Лондоне и выяснит о ней все возможное. Казалось, он всегда все знал.

– Моя личная жизнь тебя не касается, – сказала она.

– Из-за Рамси расстраиваться не стоит. Пару месяцев назад по заказу матушки Блэссинг подорвали его автомобиль. Он теперь считает, что за ним террористы охотятся. Телохранителей нанял. Живет в постоянном страхе. Вот и хорошо. Правильно я говорю? Мистеру Рамси не следовало обманывать мою девочку.

Торн крутнулся на коляске вокруг собственной оси и улыбнулся дочери. Майя знала, что должна возмутиться, но не смогла. Она вспомнила, как Коннор обнимал ее на пристани в Брайтоне, а потом, три недели спустя, сидя в ресторане, объявил, что Майя не годится для брака. Она прочла о взрыве автомобиля в газетах, однако никак не связывала его с отцом.

– Тебе не следовало так делать.

– Но я сделал.

Торн вернулся к кофейному столику.

– Взрыв машины ничего не меняет. В Америку я все равно не поеду.

– Разве кто-нибудь упомянул Америку? Мы просто-напросто беседуем.

Выучка Арлекина подсказывала Майе, что пора переходить в наступление. Как и Торн, она приготовилась к встрече заранее.

– Скажи мне одну вещь, отец. Всего одну. Ты меня любишь?

– Ты моя дочь, Майя.

– Ответь на вопрос.

– После смерти твоей матери ты – единственное сокровище в моей жизни.

– Ладно. Представим на минуту, что так оно и есть. – Она наклонилась вперед. – Раньше Табула и Арлекины соперничали на равных, но Система изменила баланс сил. Насколько мне известно, Странников сейчас нет совсем, а Арлекинов осталось совсем немного.

– Табула использует электронные системы слежения и анализаторы внешности, имеет связи в правительстве и…

– Меня не интересуют причины. Разговор не о том. Я говорю о фактах и последствиях. В Пакистане тебя ранили. Двух человек убили. Мне всегда нравился Либра. Когда он приезжал в Лондон, мы с ним ходили в театр. А Уиллоу была красивой сильной женщиной.

– Оба воина шли на риск сознательно. Они погибли с честью.

– Да, погибли. Обученные, а потом уничтоженные ради пустой идеи. И ты хочешь, чтобы меня постигла та же участь.

Торн ухватился руками за поручни, и на мгновение Майе показалось, что он собрался усилием воли поднять себя с кресла.

– Случилось кое-что очень странное, – сказал Торн. – У нас впервые появился шпион на стороне противника. Линден поддерживает с ним связь.

– Очередная ловушка.

– Не исключено. Но пока что вся информация, которую мы получали, подтверждалась. Несколько недель назад мы узнали о двух вероятных Странниках в Соединенных Штатах. Два брата. Много лет назад я охранял их отца, Мэтью Корригана. До того, как он ушел в подполье, я дал ему талисман.

– Табула знает о братьях?

– Да. Наблюдает за ними круглые сутки.

– Почему Табула просто не убьет их? Обычно она поступает именно так.

– Я знаю только одно – Корриганы в опасности и мы должны срочно им помочь. Шеперд родился в семье Арлекинов. Его дед спас сотни жизней. Однако никакой потенциальный Странник ему не поверит. Шеперд простоват и несобран. Он…

– Он дурак.

– Вот именно. У тебя, Майя, получится все устроить. Единственное, что надо сделать, это найти Корриганов и доставить их в безопасное место.

– Может, они самые простые обыватели.

– Мы не узнаем, пока не поговорим с ними. В одном ты права. В том, что Странников больше не осталось. Корриганы могут быть нашим последним шансом.

– Я тут не нужна. Просто найми кого-нибудь.

вернуться

1

Wirwerloren (нем.) – мы проиграли.

5
{"b":"12214","o":1}