ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы обязаны помочь Арлекинам и их союзникам не только молитвами, но и собственными сыновьями и дочерьми. Именно поэтому я сюда и пришел. Я хочу, чтобы Виктори-Фром-Син Фрейзер помогла нашей армии. Я прошу ее вступить в наши ряды и разделить с нами все невзгоды.

Он поднял правую руку, словно призывая Вики. Она поняла, что сейчас ей предстоит сделать самый главный выбор в своей жизни. Вики посмотрела на мать и увидела, что Джозетта плачет.

– Благослови меня, – шепнула ей Вики.

– Не ходи. Они убьют тебя.

– Это моя жизнь, мама, и мой выбор. Ты знаешь, что я не могу остаться.

Джозетта со слезами на глазах обняла дочь, крепко прижала ее к себе, а затем отпустила. Вики вышла в проход между скамьями и встала рядом с Холлисом.

– Прощайте, – сказала она всем, кто сидел в церкви, и сама удивилась той силе и решительности, с которыми прозвучал ее голос. – В скором времени я могу попросить кого-нибудь из вас о помощи, а сейчас идите домой и молитесь. Решайте, хотите ли вы к нам присоединиться.

Холлис взял Вики за руку и быстро повел к выходу. В боковом переулке их ждал пикап с крытым кузовом. Они сели в автомобиль. Холлис достал из-за пояса автоматический пистолет и положил его на сиденье между собой и Вики.

– Через дорогу от церкви дежурят двое наемников, – сказал он. – Будем надеяться, что у них нет второй команды и за нами никто не следит.

Холлис медленно поехал вниз по грязной подъездной дороге между двух рядов зданий. Они отъехали от церкви на несколько кварталов и добрались до мощеной дороги, а Холлис все оборачивался назад.

– С тобой все в порядке? – спросила Вики. Холлис улыбнулся.

– У меня была небольшая стычка с тремя «склейками». Расскажу позднее. Вообще последние дни я в основном ездил по городу, ходил в библиотеки, сидел там за компьютерами. Связался с одним Арлекином из Франции, его Линденом зовут. Это он мне деньги высылал.

– А кто еще в той армии, про которую ты в церкви говорил?

– Ну, пока только мы с тобой, Майя да Габриель. Она привезла его обратно в Лос-Анджелес. И знаешь, что самое главное? – Холлис стукнул кулаком по рулю. – Габриель перешел через барьеры. Он самый настоящий Странник, представляешь?

Они повернули на автостраду, и Вики стала смотреть на встречные автомобили. Тысячи людей сидели, запертые в металлических коробках на четырех колесах, и, глазея на бамперы других автомобилей, слушали радио и твердо верили, что их мир – единственная реальность из всех возможных. Для Вики все стало совершенно иным. Странник порвал узы, которые удерживали людей в их мире. Дорога, автомобили и водители были не единственной реальностью, а только одной из возможных альтернатив.

– Спасибо, что пришел за мной в церковь, Холлис. Ты здорово рисковал.

– Я знал, что ты обязательно там будешь, и вспомнил про переулок за церковью. И потом, я собираюсь попросить у собрания разрешение. Мне кажется, большинство из них меня поддержат.

– Какое тебе понадобилось разрешение?

Холлис откинулся назад и рассмеялся:

– Мы прячемся в Аркадии.

Аркадией называли церковный лагерь на холмах к северу от Лос-Анджелеса. Одна белая женщина по имени Розмари Кун очень любила петь церковные гимны вместе с последователями Исаака Джонса и однажды подарила им сорок акров земли на одном из ранчо Малибу. И Вики, и Холлис в детстве ездили в Аркадию. Ходили там в походы, плавали в бассейне, а по субботним вечерам пели песни у костра. Несколько лет назад в лагере вышла из строя водозаборная скважина, и районный совет обвинил его руководство в целом ряде нарушений. Теперь церковь Исаака Джонса пыталась продать Аркадию, а наследники Розмари Кун обратились в суд, пытаясь вернуть землю себе.

Свернув на автостраду номер один, Холлис направил пикап в сторону побережья, а затем оказался на двухрядной дороге через каньон Топанга. Возле почты Холлис опять повернул налево. Дорога стала узкой и вела вверх по очень крутому склону. По обе стороны дороги стояли дубы и тянулись заросли чапарели. Наконец пикап проехал под ветхой деревянной аркой с надписью «…КАДИЯ» и оказался на самой вершине холма. Длинная подъездная дорога, сильно размытая водой, вела на посыпанную гравием стоянку.

Здания самого лагеря за последние двадцать лет ничуть не изменились. Здесь имелись отдельные домики для мальчиков и для девочек, пустой бассейн с раздевалками и большое центральное здание, в котором обедали и проводили церковные службы. Длинные белые строения с красной черепицей на крышах были выстроены в испанском стиле. Цветочные клумбы и огород, когда-то тщательно ухоженные, заросли сорняками. Все окна были разбиты, а на земле валялись пустые пивные банки. С вершины холма открывался прекрасный вид на горы, а если смотреть на запад, то и на океан.

Сначала Вики показалось, что они с Холлисом здесь совсем одни, но потом из центрального здания появились Майя с Габриелем и направились к стоянке, чтобы встретить их. Майя выглядела такой же, как всегда – сильной и опасной. Вики внимательно посмотрела на Габриеля, пытаясь понять, изменился он или нет.

Его тело и лицо остались прежними, а глаза смотрели как-то по-новому, пристальнее, чем раньше. Вики стало немного не по себе, но Габриель поздоровался, обнял ее, и неловкость тут же пропала.

– Мы так волновались за тебя, Вики. Здорово, что ты приехала.

До церкви Холлис успел съездить в армейский магазин, где купил походные кровати и спальные мешки. Переносная печка, бутылки с водой и запас консервов уже стояли в кухне общего здания.

Отыскав старые метлы, они подмели пол, а затем все вместе сели за длинный стол. Майя включила компьютер и нашла информацию об американцах их возраста, которые недавно погибли в автокатастрофах. В течение следующих нескольких недель Майя надеялась получить их свидетельства о рождении, водительские права и паспорта. Затем, с новыми документами, они могли отправиться в Мексику и найти там безопасное место.

– Мне совсем не хочется окончить свои дни в мексиканской тюрьме, – сказал Холлис. – Если мы уезжаем из страны, значит, нам понадобится много денег.

Майя сказала, что Линден уже отправил в Америку антикварную статуэтку Будды с несколькими тысячами долларов внутри. В данный момент посылка находилась у торговца антиквариатом в Западном Голливуде. Идти за деньгами сейчас было очень опасно. Табула разыскивала их везде. Холлис вызвался дежурить у заднего входа, пока Майя войдет к торговцу через парадную дверь.

– Я не могу оставить Габриеля одного, – сказала Майя.

– Со мной все будет в порядке, – ответил ей Габриель. – Никто об этом месте не знает. Даже если узнают, им придется ехать по той извилистой дороге, и мы заметим чужой автомобиль за десять минут до того, как он будет здесь.

За обедом Майя дважды меняла решение и наконец согласилась, что сейчас очень важно раздобыть денег. Габриель с Вики вышли на стоянку и наблюдали, как пикап Холлиса уезжает вниз по холму.

– Что ты думаешь о Майе? – спросил Габриель.

– Она очень храбрая.

– Отец очень жестко ее воспитывал, чтобы превратить в Арлекина. Мне кажется, она вообще никому на свете не доверяет.

– Как-то раз Исаак Джонс написал письмо своей двенадцатилетней племяннице Евангелине. Он сказал ей, что родители дают нам защитную броню, а когда мы становимся взрослыми, то сами решаем, усиливать ее или нет.

– У Майи броня очень сильная.

– Да, но под броней она самая обычная женщина. Все мы внутри одинаковые.

Вики снова взяла старую метлу и начала подметать полы. Время от времени девушка смотрела в окно и видела, как Габриель расхаживает взад-вперед по грязной стоянке. Что-то не давало Страннику покоя. Он напряженно обдумывал какую-то проблему, пытался найти способ ее решить. Вики закончила подметать и принялась вытирать влажной тряпкой столы. В дверном проеме появился Габриель.

– Я должен перейти барьеры прямо сейчас.

– Зачем?

– Мне нужно найти брата, Майкла. Я видел его перед барьером огня. Может, он до сих пор в одной из тех реальностей.

86
{"b":"12214","o":1}