ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Прошел час. Вокруг стояла тишина, которую лишь изредка нарушали слабые шорохи. Для хитрых и тайных деяний нет лучшего времени, чем раннее утро. Боцман Маршам спал внизу. Капитан Кэндл — у себя в каюте. Капитан Джордан встал, потянулся и пробормотал, что он пойдет подышать свежим воздухом, а потом снова ляжет спать. Если бы капитан Кэндл не спал, он бы услышал его. Но Джордан произнес это таким голосом, что не потревожил сна капитана.

Капитан Джордан вышел из каюты и поднялся на корму. Отсюда он окинул взглядом гордый корабль, огромное небо и чернеющее внизу море. Это зрелище могло настроить человека с воображением на философский лад. Но капитан Том Джордан к таким людям не относился.

Многие, кто стоял в предрассветные часы под яркими звездами, ощущали свое родство с самыми ничтожными земными существами. Это чувство наполняло их смирением перед лицом всемогущих сил мироздания. Одна жизнь ничтожна по сравнению со Вселенной и люди понимали свою слабость.

Старик был не из тех. Он стоял на корме, закинув назад голову, и улыбался. Его лицо странно помолодело. Он ощущал себя пророком в руках Божественного Проведения. Стоя на корме, он был богом, которому ничего не стоило стереть с лица земли этот корабль и всех, кто на нем находился. На его лице опять появилось что-то, напоминающее дьявола со старинных гравюр. В том, что он ощущал себя центром мироздания, в его тщеславных мыслях в такой ранний час, действительно, было что-то дьявольское.

С кормы он спустился вниз, прошел мимо часового на вахте и поприветствовал его кивком. На верхней палубе он остановился. Он делал вид, что целиком поглощен морем и изучает урон, который нанес шторм кораблю. Но ни одна деталь из того, что происходило на палубе, от него не ускользнула. Он отметил всех часовых, стоявших на вахте, потом прошел вперед и остановился рядом с человеком, которого скрывала тень от баков.

— Мы встретились даже раньше, чем ты предполагал, — произнес он тихо.

— Да, мы долго плутали по дорогам, которые кого угодно собьют с толку.

— Видел своего брата?

— Конечно видел, черт его побери!

Старик негромко рассмеялся.

— Похоже, твой братец не питает большой любви к потерпевшим крушение морякам. Но в кораблях есть своя прелесть. Даже такой обжора, как твой братец, не отведает такого ужина, который подадут достойному моряку. Мы поговорим о нем в другой раз. Что ты думаешь об этом юнце, которого мы встретили на дороге? О, ты нахмурился! Сдается мне, ты не раз обжигался о его острый язык.

— Он слишком важничает. — Мартин запнулся, вспомнил о том, как Фил спас его, и добавил: — Хотя в нем есть что-то хорошее.

— Ты порядком натерпелся от него. Ну, признавайся!

— Ты грязный мерзавец! — Лицо Мартина вспыхнуло от злости.

— Он слишком шустрый для тебя. По правде говоря, он мне даже нравится. Я хорошенько понаблюдал за ним.

— Откуда тебе знать, что у него на уме?

— Ну почему. В худшем случае он просто исчезнет. Это случалось и не с такими, как он. И обстоятельства тогда были хуже.

— Гм!

— Это относится и к тебе. Мы должны быть осторожны с ним. Больше, кажется, опасаться нечего, но этот парень хитер и знает, что делает.

— Вы этот корабль искали?

— Чистая случайность свела нас с ним. Чистая случайность, Мартин, вновь столкнула тебя с твоим капитаном. — Старик посмотрел на Мартина и опять тихонько рассмеялся. — Да, Мартин, твоего капитана трогает та радость, с которой ты его встречаешь.

— Дьявол! — И Мартин стал бормотать про себя проклятия.

— Нам нужно отдохнуть, Мартин. Поспать и поесть. Нам еще предстоит потрудиться. Будет лучше, если они сами поведут корабль еще немного. Но наш час пробьет, и тогда ты должен быть наготове.

Старик ушел на корму. Корабль медленно двигался дальше. Часовые дремали. Старик обшарил палубу вдоль и поперек с видом человека, который привык быть хозяином, а не гостем, и скрылся.

ГЛАВА 11

ВСТРЕЧНЫЙ ВЕТЕР И СУРОВОЕ МОРЕ

— Без бизань-мачты нам далеко не уйти. За ночь ветер поменялся не в нашу пользу, — произнес капитан Джордан еще сонным голосом. Рано утром вместе с капитаном Кэндлом они поднялись на палубу.

— Мне это не нравится, — ответил Кэндл.

— Это можно исправить, если поменять направление и взять новый курс. Здесь уже искать нечего. А вот если двинуться к югу, то затраченные усилия будут вознаграждены.

Кэндл ничего не ответил на это предложение. Он осматривал поврежденные части корабля. Плотник уже работал здесь, пытаясь восстановить хоть что-то.

— Чтобы привести корабль в порядок, понадобится парусина, доски, чтобы задраить борта, и деготь, чтобы все хорошенько просмолить, — произнес Старик и улыбнулся. Его поведение задевало капитана.

— Я и сам об этом думал, — ответил он, раздраженно встряхнув головой. Ничто не утомляет так сильно, как назойливость и самоуверенность гостя, от которого нет никакой возможности избавиться. Это делает человека особенно беззащитным. Терпение капитана Кэндла уже начинало изменять ему. — Помощник, прикажите боцману осмотреть парусину. Пусть плотник приготовит все необходимое. И передайте «вруну», чтобы он готовился спуститься за борт. Это собьет с него спесь.

— Слушаюсь.

Капитан выхаживал по палубе взад и вперед. Старик ни на минуту не отходил от него. Он тщательно все продумал и хитро выполнял свою роль. Наконец, капитан Кэндл не выдержал и резко произнес:

— Я должен вернуться в каюту и проверить судовой журнал.

— Я составлю вам компанию.

— Нет!

Старик еле заметно улыбнулся. Когда капитан удалился, его улыбка сменилась злобной усмешкой.

Боцман Маршам и одноглазый плотник спустились в трюм. Кок и его помощник были на кухне. Десять часовых крепко спали внизу. Но одиннадцатый часовой — Мартин Барвик — находился на палубе. Все одиннадцать спасенных матросов были наверху. Капитан Кэндл сидел в своей каюте и занимался журналом. Из всей команды «Розы Девона» оставалось еще восемь человек и помощник. Один из восьми стоял сейчас у штурвала. Все это Старик просчитывал, пока шел на ют.

Крепкий сон и сытный ужин придали силы Старику и его людям. Они беззаботно слонялись по палубе. Один из них стоял как раз за спиной помощника капитана. Двое другие околачивались возле рулевого управления.

— Ваш боцман — отважный парень, — обратился Старик к помощнику.

Он остановился прямо перед ним и скрестил на груди руки.

Помощник кивнул. Он не доверял гостям еще больше, чем капитан.

— Отважный парень, — повторил Старик. — Он может пригодится.

— Вам?

— Да, мне.

Помощник сделал шаг назад. Его собеседник подошел почти вплотную к нему. Он уже собирался ответить, но не успел произнести и слова. Старик поднял руку и человек, стоявший за спиной помощника, всадил ему в спину кинжал по самую рукоятку. Нож прошел между ребер в самое сердце. Старик успел подхватить помощника, когда тот падал. Он умер у него на руках.

— Хорошо сработано, — похвалил Старик своего человека.

— Не так хорошо, как хотелось бы, — ответил тот, вытирая нож о рубашку убитого. — Умер-то он тихо. Но нож задел ребра, а этот звук действует мне на нервы.

Старик рассмеялся:

— У тебя слишком нежное нутро, давай-ка лучше перекинем его за борт.

Все произошло быстро и бесшумно. На палубе около лестницы юта находилось всего три человека — Старик, матрос из его команды и помощник. Со стороны все выглядело так, будто Старик дружески протянул помощнику руки. Удар от ножа был скрыт под одеждой. Но голова помощника вяло опустилась на грудь. Четыре матроса с потонувшего корабля видели это и сразу сообразили, что случилось. Они бесшумно проскользнули через дверь в рулевую рубку и захлопнули люк, ведущий на главную палубу. Один встал на крышку люка, двое — у двери в главную каюту. Четвертый незаметно подошел к матросу у штурвала, быстро вытащил из рукава нож и всадил ему в спину.

Удар был ловкий, но не такой меткий, как тот, что убил помощника. Матрос вскрикнул и выпустил штурвал из рук. Ноги его подкосились, но он сделал попытку защитится от нападавшего. Тот снова набросился на него с ножом. Дело было сделано. Матрос упал. Изо рта у него пошла кровяная пена, пальцы судорожно дернулись и замерли. Человек, который убил рулевого, встал у штурвала и негромко позвал Старика:

19
{"b":"12215","o":1}