ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В полдень Старик приказал им разбудить команду. Так они и сделали. Матросы, спотыкаясь и тяжело дыша, спускались вниз. Нужно было еще кое-что сделать. Утром, похоже, им предстояло поработать.

Гарри Мэлькольм доставал из оружейного ящика мушкеты, пистолеты и ножи и раздавал их матросам.

— Это тебе, — приговаривал он, — это тебе. А эту длинную пушку мы отдадим Полу Крэйгу. Ну-ну, не ругайся! Молитвы, Пол, принесут тебе гораздо больше пользы, чем проклятия.

— Я говорил тебе, что я не возьму эту громадину, — огрызнулся он. Лицо его покраснело от злости и он отвернулся.

— Бу-бу-бу-бу, — передразнил его кто-то и все рассмеялись.

— Твое счастье, Пол, — ответил Гарри Мэлькольм, Том Джордан сговорчивый и великодушный человек — Иначе от тебя бы и живого места не осталось.

Оружие было громоздкое и нескладное. Стрелять из него был тяжело. Гарри Мэлькольм достал другой мушкет и протянул его матросу.

— А это тебе.

Джейкоб тем временем все рассматривал порох из новой бочки. Старик стоял, облокотившись о перила юта, и сонными глазами наблюдал за группой матросов внизу, которые то собирались вместе, то расходились. Вилли Конти крепко держал в руке ружье. Он стоял на баке и заметно нервничал. Лицо его было бледнее обычного. Мальчик, прислуживающий капитану, и помощник повара притаились в углу и старались, как можно реже попадаться на глаза. Оттуда они расширенными от ужаса глазами следили за всеми приготовлениями. Такого «Роза Девона» еще не видела. Ее такелаж заново починили, течь устранили. Полуденное солнце светило сквозь пальмовые ветви и играло на палубе. Ветер раскачивал канаты. Матросы разделись до рубашек и не спеша передвигались по кораблю.

— Если мы воспользуемся этим ветром с моря, — сказал плотник, — то избавим себя от лишнего труда.

— Верно, плотник, но корабль, приходящий с моря заметен и ночью, и днем. Тогда как люди, спустившиеся ночью с гор, могут легко взять форт прежде, чем залает хоть она собака. И кто здесь будет жалеть потраченные усилия? — Старик огляделся вокруг, а плотник кивнул в знак согласия.

Матросы ели и пили. Только Пол Крэйг продолжал ворчать и это всех веселило. До рассвета они спали. Проснувшись, они сошла на берег и собрались под пальмами. Прежде, чем покинуть корабль, нужно было еще раз посовещаться.

— Нас сорок человек, — начал Старик, — Сорок человек — это очень мало. Вряд ли кто-либо проникнет на корабль в наше отсутствие, но, благоразумия ради, мы должны оставить здесь кого-то на посту до нашего возвращения.

— Да-да, на посту! — оживился Пол Крэйг. — Я, например, очень бдительный.

— Ты только подумай, Пол, как сытно ты сможешь поесть за этими холмами и как много ты сможешь выпить. Было бы неблагородно оставлять тебя здесь. Мы должны оставить кого-то более податливого и гибкого, у кого нет желания пускаться в тяжкое путешествие. — Старик усмехнулся. — Ты, Пол, и ты, Мартин, пойдете в авангарде.

Гарри Мэлькольм встретился с ним глазами и кивнул ему.

— Я сам назначу тех, кто останется на корабле, — продолжал Старик. — Это кок, Джо Кирк и Вилли Конти. Вы, ребята, зарядите оружия и приготовьте запасные мушкеты, чтобы они были под рукой в случае необходимости. Порох никогда не помешает. За корабль вы отвечаете жизнью. Кто знает, может быть, жизни всех нас зависят от вашей бдительности и мужества. Ты, Гарри, встанешь во главе отряда, поскольку хорошо знаешь дорогу. Пол и Мартин пойдут с тобой. Остальные — за вами. Замыкающими будем я и Джейкоб. — Он повернулся к тем троим, которые должны были остаться на корабле. — Если будут хорошие новости, я пришлю человека и вы приведете корабль в гавань. Там, с Божьей помощью, мы доверху загрузим его золотом. Если нам не повезет, то мы вернемся через день, два, неделю. А может быть и никогда.

Он поднял брови и бросил через плечо монетку на счастье. Вместе с Джейкобом они двинулись вслед за остальными. Матросы ушли вперед, взбираясь по крутому подъему и сгибаясь под тяжестью оружия. Дорога была трудной. Старик и Джейкоб шли медленнее остальных и, когда стихли шаги впереди идущего, они остановились.

— Странный ты, — сказал Джейкоб. — Я бы свернул шею не задумываясь.

— Это просто мрачная шутка. Только ради забавы, — ответил Старик. — Он запутается в собственных сетях и сам затянет петлю у себя на шее. Но когда он будет умирать, он поймет, что я знаю то, что знаю.

— Странный ты.

— Я могу навести порядок среди своих матросов лучше любого капитана королевской службы. Такая игра заставляет человека думать. Мы увидим то, что должны увидеть.

Джейкоб свернул в сторону и исчез, а Старик догнал идущих.

Все это утро, никем не замеченный, Джейкоб просидел за скалой. Ему было видно и слышно все, что происходило на корабле. Пальмы скрывали его от посторонних взоров. Он выбрал такой уголок, где никто не мог подкрасться к нему сзади или подойти спереди, не попав в его поле зрения. Все утро на корабле не происходило ничего особенного, но в полдень раздался чей-то голос и Джейкоб мог легко разобрать слова:

— Кому-то следует наблюдать с земли. Нам бы пригодился человек на вершине горы.

Ему ответил второй голос.

— Иди ты, Вилли, иди ты! Мы не пойдем.

Послышался стух шагов по доскам, скрежет гальки и шелест листьев. Мимо Джейкоба прошел человек по дороге в гору. Джейкоб быстро встал и последовал за ним на безопасном расстоянии.

Юноша, а это действительно был Вилли Конти, добрался до вершины и окинул взглядом море от края до края. С корабля его видеть не могли. Хитрый Джейкоб спрятался между деревьями так, что заметить его было нельзя. Это было его правилом. Отсюда из-за скал он мог наблюдать за Вилли, который находился чуть выше него. Так он просидел около часа. Вдруг Вилли резко вскочил, осторожно огляделся по сторонам, стащил с себя рубашку и стал размахивать ей в воздухе.

Он размахивал рубашкой добрых полчаса, время от времени останавливаясь, чтобы передохнуть. Похоже, он не добился того, что хотел, потому что вяло натянул рубашку и направился обратно к кораблю.

Джейкоб еще некоторое время не выходил из своего укрытия, откуда он наблюдал за происходящим. Ему было понятно, что к чему, и он узнал то, что хотел узнать. Он поднялся с земли и пошел по следам Старика и его людей. Он шел размеренным, уверенным шагом, оставляя позади себя холмы и долины, ущелья и овраги. За два часа он прошел то расстояние, на которое морякам, нагруженным ружьями, мушкетами и мечами, потребовалось три часа. Он шел по тем приметам, которые они оставляли для него, и еще до наступления ночи он догнал их на привале в лощине.

В тропиках ночь настанет быстро. Темнота уже окутала землю, как перед матросами вдруг неожиданно появился Джейкоб. Они сидели и тихо разговаривали о том, что им предстоит. Ружья лежали рядом. Джейкоб молча кивнул Старику и уселся среди других. Старик прекрасно понял, что значит этот жест.

На небе взошла луна. К полуночи они доели последние запасы хлеба, которые взяли с сбой с корабля. Все уже было оговорено. Час настал. Старик, Гарри Мэлькольм и Джейкоб знали, что им следует делать. Друг за другом они стали подниматься на холм. Их было чуть меньше сорока. На вершине те, что шли впереди, остановились, чтобы подождать идущих сзади. Все подтянулись и вместе они стали спускаться вниз. Перед ними между холмами лежал город.

Сейчас он был темный и молчаливый. Взошедшая луна тускло освещала призрачные дома. Гавань сверкала серебренными бликами. Огней в домах не было. Кругом стояла тишина. В гавани они заметили стоящий корабль и стали шептаться, что это может быть за судно.

— Дорога ведет прямо к скале, — произнес Гарри Мэлькольм.

— И кто-то уже пошел по ней, — прошептал Джейкоб. — Я верну его.

Он свернул на эту дорогу и вернулся вместе с Полом Крэйгом, который волочил за собой ружье. Его вид выдавал трусость. Старик приставил к его груди нож и гневно зашипел:

— Если ты еще раз замешкаешься или свернешь с дороги, этот клинок вспорет твое свинячье брюхо.

29
{"b":"12215","o":1}