ЛитМир - Электронная Библиотека

По пути в отель они заехали в интернет-кафе, чтобы еще раз просмотреть имеющуюся информации о гриппе. Информации оказалось столько, что они в целях экономии времени заплатили за два компьютера сразу и разделили между собой объем работы.

В какой-то момент Лили заметила, как Суэйн, взглянув на часы, вытащил мобильный телефон и набрал длинный ряд цифр. Со своего места она не могла слышать разговор, но лицо Суэйна выражало озабоченность. Он говорил недолго и, отключившись, потер лоб, словно у него болела голова.

Пока у Лили загружался большой файл, она подошла к Суэйну.

— Что-то случилось?

— Да, один мой друг в Штатах попал в автокатастрофу. Я справлялся о нем.

— Ну и как он?

— Без изменений. Но врачи не теряют надежды. Он не умер в первые сутки, и это внушает им оптимизм. — Суэйн неопределенно махнул рукой. — Но опасность еще не миновала.

— Ты должен туда поехать? — спросила Л или. Она не представляла, что будет делать без Суэйна, но раз это действительно близкий друг…

— Я не могу, — коротко ответил Суэйн.

Лили поняла его слова по-своему, решив, что в Штатах он персона нон грата и въезд туда для него закрыт. Она с сочувствием коснулась его плеча. Ей ли не знать, что ощущает человек в таком положении. Возможно, ей тоже уже никогда не увидеть родину.

Просмотрев сайт Центра контроля заболеваний, Суэйн стал открывать следующие, связанные с ним. Наконец на экране возник длинный список, и он удовлетворенно крякнул.

— Наконец-то! — Суэйн нажал на печать.

— Что у тебя? — поинтересовалась Лили, заглядывая в экран через его плечо.

Понизив голос, чтобы никто из посторонних не услышал, Суэйн сказал:

— Список возбудителей различных инфекций и меры предосторожности, применяемые при контакте с каждой из них. — Он кивнул на компьютер Лили. — А у тебя что?

— Прогноз заболеваний и предполагаемая смертность во время следующей пандемии. Думаю, ничего ценного.

— Это только самая необходимая информация. Если потребуется что-то еще, мой приятель из Атланты восполнит пробелы. Надо бы сразу расспросить его поподробнее, но у меня не было времени обдумать вопросы. К тому же он обозвал меня паразитом, потому что я разбудил его своим звонком: у них там было три часа ночи.

— Его можно понять.

— Я тоже так подумал. — Суэйн накрыл своей ладонью руку Лили, которая все еще лежала у него на плече. — Давай-ка возьмем все это с собой в гостиницу. Закажем обед в номер, ты сможешь распаковать свои вещи и устроиться.

— Тебе придется предупредить, что теперь в твоем номере будут жить двое.

— Нет проблем. Скажу, что ко мне приехала жена. Только надень очки, чтобы никто не видел твоих глаз, и все обойдется.

— Если я буду сидеть в номере в темных очках, вид у меня будет довольно дурацкий. Уж лучше надеть цветные линзы.

— Дело не только в твоих заметных глазах. В тебе привлекает внимание все сразу — цвет волос, лицо. Поэтому, когда принесут еду, просто спрячься в ванной. А потом вряд ли кто-нибудь еще нас побеспокоит. — Суэйн вышел из Интернета и сложил все распечатанные страницы. Пока Лили собиралась, он расплатился.

Они вышли на улицу, и им в лицо сразу же ударил пронизывающий ветер. Несмотря на солнце, было холодно, многие надели шапки и кутались в шарфы. Лили натянула свою шляпу, спрятав под нее волосы, и они с Суэйном направились к машине, для которой ему повезло найти свободное пространство в городе, где парковочных мест постоянно катастрофически не хватает. Лили уже начинала склоняться к мысли, что Суэйн просто родился под счастливой звездой. Возьми он в аренду «хаммер», и его умудрился бы куда-нибудь приткнуть. От дальнейших выпадов в адрес «фиата» Суэйн воздерживался, но Лили все же расслышала, как он несколько раз снова издал все тот же едва различимый высокий жалобный звук. Дни становились совсем короткими, до зимы оставалось всего несколько недель, и, когда Л или с Суэйном добрались до отеля, солнце уже зашло за горизонт, стало быстро смеркаться. Темные очки пришлось снять, но, вспомнив, что у нее есть с собой другие, розовые, составлявшие часть ее наряда в Лондоне, Лили нашарила их в сумке. Очки были почти прозрачные, сквозь них все было хорошо видно, меняли цвет ее глаз и при этом не выглядели нелепо в темноте.

Лили водрузила их на нос и повернулась к Суэйну:

— Ну и как я выгляжу?

— Сексапильно и стильно. — Суэйн показал ей большой палец. — Только прикрой немного глаза, будто после перелета ты еще не привыкла к новому времени, и все будет тип-топ, комар носа не подточит.

Он оказался прав. Появившаяся в вестибюле гостиницы пара с саквояжами ни у кого не вызвала особого интереса. Из своего номера Суэйн позвонил администратору и уведомил его о том, что к нему приехала жена, так что в номере теперь двое постояльцев. Затем Суэйн позвонил горничной и попросил дополнительные полотенца. Лили в это время распаковывала вещи, раскладывала по полкам и развешивала в шкафу свою одежду рядом с одеждой Суэйна, вставляла в ванной туалетные принадлежности.

Поставив туфли рядом с ботинками Суэйна на дно шкафа, Лили застыла, пораженная этим интимным соседством ее маленьких изящных туфелек с его ботинками. Она вдруг четко осознала, что, каковы бы ни были их с Суэйном цели и намерения, теперь они живут вместе.

Лили подняла глаза и встретилась взглядом с Суэйном, от которого не укрылось ее замешательство.

— Все будет нормально, — мягко сказал он, раскрывая ей свои объятия.

Глава 25

Лили подошла к нему и прижалась щекой к его плечу. Она почувствовала тепло его тела, и напряжение, не отпускавшее ее последние часы, стало постепенно спадать. Суэйн поцеловал ее волосы.

— Повторяю: сегодня можем обойтись и без секса. Если такая перспектива тебя смущает, можно подождать.

— Правда? — тихо отозвалась Лили. — Я обычно жду дольше. Двух поцелуев и одного объятия слишком мало, чтобы…

Суэйн отрывисто рассмеялся.

— Наверное. Но понимаешь, мы с тобой знакомы все го несколько дней, а мне кажется, будто я знаю тебя давным-давно. Ну, может, целую неделю, — поддразнил он Лили. — А я что, только один раз обнимал тебя?

— Я помню только один.

— Ну, значит, так оно и есть, потому что забыть мои объятия просто невозможно. — Суэйн погладил Лили по спине, и ее сведенные судорогой мышцы под его ладонью стали расслабляться.

— Может оказаться, что эта ночь у нас единственная, — заметила Лили, стараясь говорить об этом как о чем-то обыденном, но не сумела скрыть тоску, и та явно прозвучала все голосе. Эта мысль мучила Лили весь день. У них совсем не было времени поближе узнать друг друга. Но завтра она может погибнуть, и ей казалось таким несправедливым провести свою последнюю ночь на земле в одиночестве, умереть без любви, хотя бы раз не заснув в объятиях Суэйна, прильнув к нему так тесно, чтобы слышалось биение его сердца. Пусть это случится, и не важно, любовь ли это на самом деле. Но Лили так хотелось на это надеяться!

— Эй, — заворчал Суэйн. — Не забывай о силе позитивного мышления. Сегодня не единственная, а первая ночь.

— Ты всегда такой неисправимый оптимист, как Поллиана?[4]

— Поллиана находила хорошее во всем без исключения. Я же, к примеру, в «фиате» не вижу абсолютно ничего, что могло бы меня порадовать.

Лили, не ожидавшая столь резкой перемены темы, засмеялась.

— Зато я вижу. Ты в «фиате» меня здорово повеселил. Суэйн весь подобрался.

— Так ты нарочно выбрала эту машину, чтобы подрезать мне крылья?

Лили ничего ему на это не возразила, только потерлась щекой о его грудь и умиротворенно вздохнула.

— Мне хотелось понаблюдать за тобой. А машина замечательная. У меня когда-то был «фиат», я знаю, какой это надежный и экономичный автомобиль. А посмотреть на тебя, так ты просто мученик в аду.

— Тебе придется заплатить за это, — сурово сказал Суэйн, качая головой. — Обещанным массажем тут не отдерешься. Это не шутка. Надо подумать.

вернуться

4

Поллиана — героиня рассказов для детей американской писательницы Э. Портер (1868—1920), находящая причины радости в самых бедственных ситуациях.

50
{"b":"12219","o":1}