ЛитМир - Электронная Библиотека

Ребенок. Положив ладонь на живот, Виктория посмотрела на свое отражение в зеркале. Внешне ничего не изменилось. Внутренние изменения были огромны. Виктория одновременно чувствовала облегчение и страх. Она носила ребенка Джейка.

Пусть он не любил ее, зато своего ребенка будет любить.

Молодая женщина, смотрящая на нее из зеркала, казалась счастливой и безмятежной. Полуодетая, в нижних юбках и тонкой рубашке, с распущенными волосами и бледным лицом, она была по-прежнему хороша. Глаза ее излучали спокойствие, хотя на душе было тоскливо. Виктория была потрясена своим открытием. Ей хотелось и плакать и смеяться одновременно. Ей нужен был Джейк, сейчас, немедленно, как только она почувствовала зарождение новой жизни. Ей нужны были его страсть и его сила. Она хотела растянуться с ним на белых простынях и вновь принять его, ощутить его плоть внутри себя.

Груди ее напряглись, и она положила на них ладони, прикрыла веки и замерла с чуть приоткрытыми губами. Впервые она не испытывала сожалений, она радовалась тому, что любит. Джейк сказал, что уезжает на целый день. Значит, ей еще предстоят долгие часы ожидания, прежде чем она сможет все ему рассказать. Виктория не знала, как лучше это сделать – сообщить сразу или дождаться момента, когда они окажутся в постели, и в конце концов решила подождать и посмотреть, в каком настроении он вернется. Это был сложный вопрос, который в течение тысячелетий стоял перед всеми женами. И поступит она так же, как и большинство из них. Если он вернется слишком усталым и раздраженным, она просто подождет, пока он поест и отдохнет.

В тот день Бен и Джейк вернулись гораздо раньше, чем обычно. Красный раскаленный шар солнца низко висел над горизонтом. Виктория помогала женщинам на кухне, как вдруг в коридоре раздался топот сапог. Виктория отбросила все дела, ее сердце радостно забилось, на губах заиграла улыбка. Она и сама не могла сказать, что ее так взволновало – мысль о ребенке или возвращение его отца.

– Виктория! – позвал Джейк.

– Я на кухне! – крикнула она и, вытерев руки, побежала к нему навстречу.

Джейк и Бен на этот раз были особенно грязны. На лицах лежал слой пыли, на которой струйки пота оставляли следы. Виктория с недоумением посмотрела на их заляпанные глиной сапоги, оставлявшие следы на чистом каменном полу, но ничего не сказала. Мужчины проследили за ее взглядом и выразительно посмотрели друг на друга. Раньше они не обращали внимания на свой вид, но за последние три недели им пришлось сильно измениться. Они постепенно привыкали к обществу трех воспитанных дам. Да, именно трех, поскольку Селия с каждым днем становилась все рассудительнее и спокойнее.

– Мы помоемся во дворе, – сказал Джейк, сдерживая улыбку, – принеси нам чистую одежду, и мы не полезем наверх в грязной обуви.

Хорошо, – ответила Виктория, еще раз многозначительно взглянув на их сапоги, и пошла наверх.

– А я-то надеялся принять горячую ванну, – разочарованно заметил Бен.

– Ну, а я не был настолько глуп, – ответил Джейк, и братья дружно рассмеялись.

Виктория вернулась с чистой одеждой, со свежими полотенцами и большим куском мыла.

– Как только помоетесь, приходите в столовую. Ужин вас ждет, – сказала она, протянув каждому из мужчин его сверток.

Около душа во дворе уже стояла вереница мужчин, и братья, чертыхаясь, вновь оседлали лошадей и поскакали к реке. Это было гораздо быстрее, чем дожидаться своей очереди. Раздевшись, они окунулись в холодную воду, от которой перехватывало дыхание.

– Лучше бы нам принять горячую ванну, – не унимался Бен.

– А заодно принять и сражение, а? – присвистнул Джейк и намылился. – А почему ты не попросил Викторию нагреть воды?

Она твоя жена, вот ты и проси.

Джейк ухмыльнулся. Он и сам был не прочь принять горячую ванну, но не хотел огорчать Викторию. Бен сказал, что она – его жена, и ему приятно, было это слышать. Он радовался тому, что она принадлежала ему, а он – ей. С тех пор, как она призналась ему в любви, Джейк был необыкновенно нежен и ласков с ней. Раньше он даже не подозревал, что способен на что-то подобное. Она больше ни разу не повторила своего признания, и грусть по-прежнему светилась в ее глазах, но все-таки Джейк чувствовал, как смягчается его душа, как слетает с нее твердая корка, покрывавшая ее с момента гибели матери. Теперь он спокойнее переносил манеру Виктории уходить в себя, он знал, что любим.

Бен нырнул с головой и выскочил, отдуваясь.

– С дамами масса хлопот, не то что со шлюхами.

– Но ведь они делают жизнь красивее и приятнее.

– Приятнее? Нет, повтори, что ты сказал! Значит, по-твоему, мерзнуть в этой мерзкой реке приятнее, чем принять горячую ванну? И все потому, что тебе, видите ли, не хочется огорчать свою добропорядочную женушку! Оказывается, мы принесли грязь! И это ты называешь красивой жизнью? Да ты спятил!

– Перестань, вспомни лучше, что мы приобрели. Теперь у нас всегда чистая одежда, белоснежные простыни, а в столовой нас ждет вкусный ужин. Когда ты прошлый раз сам наливал себе суп в тарелку или зашивал рубашку? Наши дамы очаровательны. Они пахнут чистотой, а не дешевыми духами, как шлюхи, которых тебе так не хватает.

– Может быть, но теперь приходится следить за каждым словом.

– Зато пуговицы тебе пришивают, – Джейк примиряюще улыбнулся. – Перестань притворяться и сознайся, у тебя проблемы с Эммой?

– Черт побери, конечно! – ответил Бен с возмущением. – С этими дамами ничего не бывает просто. Они ведь считают, что мир перевернется, если они пустят мужчину к себе в постель. Со шлюхами таких проблем не бывает.

– Ну конечно. Шлюха пустит к себе в постель каждого, кто заплатит. Уж не хочешь ли ты, чтобы Эмма так поступала?

Услышав подобное предположение, Бен выскочил на берег и начал яростно растираться полотенцем, глаза его метали молнии.

– Нет, этого я не хочу, – зло возразил он.

Джейк выбрался следом и стоял, пока вода стекала с его тела. Он отлично понимал брата, ведь еще недавно ему самому пришлось бороться с твердыми принципами и представлениями Виктории о том, что пристойно, а что нет. Конечно, с дамами сложнее, чем с продажными женщинами. Дамы требуют от мужчин гораздо больше, чем те привыкли отдавать, но зато взамен дарят им многое другое. Они приносят в жизнь мужчин тепло, покой и ощущение душевного равновесия. Они преподносят им каждую ночь свои нежные тела. Да, за такую жизнь, жизнь женатого человека, приходилось платить, но она того стоила. Внезапно Джейка осенило. Ведь он женился бы на Виктории независимо от того, принадлежало бы ей ранчо или нет. Он поднял глаза к вечернему небу, окрашенному всполохами заката, и задумался.

– Ты мог бы жениться на Эмме? – спросил он брата после минутного молчания.

– Ты же знаешь, Джейк, я не из тех, кто женится. Это навсегда, – ответил Бен, яростно натягивая одежду.

– Ну, а если тебе просто хочется переспать с бабой, ступай к Анжелине. Она всегда к твоим услугам.

– Не нужна мне Анжелина. Эта подстилка уже перестала отличать одного мужика от другого.

– Да, ты прав.

Бен продолжал молча одеваться. Ему нужна была Эмма, но жениться он не собирался, а это, похоже, был единственный способ заполучить ее. Прежняя жизнь, когда они с Джейком скитались, по стране, не имея пристанища и преследуя единственную цель – добраться до Мак-Лейна, – казалась ему такой простой и легкой. Теперь у них появилась собственность, за которую они несли ответственность. Теперь уже нельзя было внезапно собраться я тронуться в путь, если место или люди им надоели, и Бен вовсе не был уверен, что ему это нравится. И дело вовсе не в самом ранчо. Стоило им с Джейком получить его назад, как огромная тяжесть спала с его души. Его раздражало совсем другое. Домашний уклад, семейный быт были ему непривычны, необходимость следовать правилам хорошего тона раздражала его. Он хотел Эмму и не мог ее получить, этому мешали дурацкие предрассудки, которые придумали так называемые «уважаемые люди». Бен понимал, что никогда не станет одним из них, так же, как и Джейку вряд ли удастся превратиться в добропорядочного землевладельца. Слишком много лет они провели в мире насилия, и старые инстинкты были живы до сих пор, скрытые тонким покровом респектабельности, и Бен не знал, как ему поступить.

57
{"b":"12221","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Начало пути
Всё, что должен знать образованный человек
Чему подобно Царство Небесное? Восемь притч Иисуса Христа
Безопасник
Неизвестная пьеса Агаты Кристи
Те, кто пошел в пекло
Немецкая тетрадь. Субъективный взгляд
Я спасу тебя от бури
Придумай. Сделай. Сломай. Повтори. Настольная книга приемов и инструментов дизайн-мышления