ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты больше не подозреваемая, — перебил он ее. — Наверно, мне стоило сообщить тебе об этом раньше… Патрульный, который останавливал тебя в пятницу вечером, обеспечил тебя надежным алиби. Не могла же ты одновременно быть в двух разных местах?

Она замерла, сосредоточившись на том, что только что сказал Холлистер. Глаза их встретились. Ему стало немного неуютно, когда он понял, что своим взглядом она способна подчинять себе.

— Когда вы говорили с ним?

Ровный тон ее голоса не обманул его.

— Мм… Вечером во вторник.

Надо было соврать. Да и вообще сейчас не стоило вспоминать об ее алиби. Не стоило…

Она укусила его. Дейн, честно говоря, ждал удара кулаком, внутренне признавая, что вполне заслужил его. Он даже готов был не уворачиваться и принять удар на себя, чтобы это как-то разрядило обстановку и чтобы ей стало легче. К тому же он прижимал ее к себе так крепко, что при всем желании она не смогла бы ударить его сильно. Видимо, подумав о том же, Марли поступила иначе. Она просто наклонила голову и вцепилась зубами в его грудь.

— А! — взвыл Дейн, не ожидавший такой сильной боли. Она впилась в него хваткой бульдога. Не надо было ему в первую секунду дергаться: сам себе больней сделал. — Проклятье! Отпусти!

Она отпустила и посмотрела на него со злорадным удовлетворением, затем торопливо отступила назад. Он остался на месте, потирая грудь. Темный кружок на ткани отметил место укуса.

Дейн осторожно расстегнул рубашку и посмотрел, ожидая увидеть кровь. На коже четко отпечатались следы ее маленьких острых зубов, но кровоподтека не было. Однако от этого ему не стало легче.

— Профессор предупреждал, что иногда ты бываешь вспыльчива, — буркнул он. — Но о каннибализме он не говорил ни слова.

— Так тебе и надо, — ответила она. — Вот уже два дня ты знаешь, что я говорила правду, и тем не менее продолжаешь травить меня.

Он несколько смущенно взглянул на нее, продолжая потирать грудь.

— Мне нужен был предлог.

— Для чего?

— Чтобы видеться с тобой.

— И теперь ты думаешь, что в благодарность я проникнусь к тебе нежностью? — язвительно проговорила она. Отвернувшись от него, Марли взяла банку с кофе и поставила ее обратно в шкаф. — Кофе не будет. Уходи.

— Ты поужинаешь со мной завтра?

— Как бы не так!

Он скрестил руки на груди.

— Тогда я не уйду.

Она раздраженно стукнула рукой по столу и резко развернулась к нему лицом.

— Неужели тебе не понятно?! Я не хочу! Не хочу того, что ты предлагаешь!

— Не правда.

В его карих глазах вновь появился блеск. На этот раз от упрямства. Она уже давно подметила в нем эту черту. Положение было отчаянное. Как будто к ней в кухню забрался буйвол и не было никакой надежды сдвинуть его с места.

— Ты чувствуешь то же, что и я, — продолжал Дейн. — Тебя тянет ко мне, но ты боишься этого желания. Из-за Глина.

Она опустила глаза.

— Я не желаю говорить о Глине.

— Это мне понятно, но я не допущу, чтобы он встал между нами. Его нет. Он тебе уже ничего не может сделать. Жизнь дарит человеку много радостей, и нет смысла поворачиваться к ним спиной.

— И ты именно тот человек, который даст то, чего мне так не хватает, да? — саркастически улыбнувшись, проговорила она.

— Именно так, милая.

Она скрестила руки на груди и оперлась спиной о кухонный шкаф, лишь бы только держаться подальше от него.

— Я не люблю, когда меня называют «милой», — проговорила Марли.

— Хорошо. Я буду называть тебя так, как тебе больше понравится.

— Я не желаю, чтобы ты вообще меня как-нибудь называл! Почему ты все никак не можешь понять такой простой вещи? Между нами быть ничего не может! И точка!

Он неожиданно улыбнулся, и его грубое лицо от этой улыбки настолько преобразилось, что у нее даже екнуло сердце.

— Нет, может. Назови мне того, кто был бы способен разозлить тебя так, как я.

— Н-не могу, — признала она.

— Вот видишь? Во мне творится то же самое. Как только я увидел тебя в понедельник, настроение у меня сразу испортилось. Я злился на тебя за то, что ты стала подозреваемой. Злился на себя за то, что, несмотря на это, меня дико тянет к тебе.

— Может быть, мы просто проникнуты сильной неприязнью друг к другу? — предположила она.

— Не думаю, — ответил он и быстро опустил глаза вниз. — И смогу это, пожалуй, наглядно доказать.

Марли лишь невероятным усилием воли заставила себя не смотреть туда, куда смотрел он. После того, что она пережила накануне утром на крыльце, она и так знала, что может сейчас увидеть. Дейна явно смущала невольная реакция его организма, а она, несмотря на все свое сопротивление, была очарована этим его смущением. И лишь с трудом Марли удалось этого не показывать. Она понимала, что сможет оттолкнуть его от себя только в том случае, если будет стоять на своем, подчеркивать нежелание сближаться с ним. А как это сделать, если на самом деле она как раз всегда мечтала о нормальных отношениях с мужчиной? Просто сначала этому помешал ее дар, а потом Глин…

— Ничего не выйдет, — громко заявила она. Дейн вновь посмотрел на свои брюки.

— Ты так думаешь? Не знаю, не знаю… — Он с сомнением покачал головой. — Мне что-то подсказывает, что все может получиться как раз наоборот.

Неожиданно для себя она вдруг рассмеялась, запоздало прикрыв ладонью рот, чтобы приглушить этот звук. Он снова улыбнулся, и с его лицом вновь случилось чудо. Сердце Марли бешено забилось, несмотря на все ее старания сдерживаться. Детектив оказался намного опаснее, чем она предполагала: он мог заставить ее смеяться.

— Я не могу, — вновь взяв себя в руки, проговорила она. В ее тихом голосе просквозило сожаление, которое ей не удалось скрыть. — Глин…

Улыбка исчезла с его лица, как будто ее и не было. Он в два шага покрыл расстояние, которое было между ними, и сомкнул руки на ее талии.

— Глин мертв. Он не сможет тебе ничего сделать, если только ты не дашь ему воскреснуть в твоей голове.

— Ты думаешь, это так просто?

— Я вовсе так не думаю. Не забывай, я полицейский. Мне хорошо известно, как тяжело бывает жертвам насильников.

— Он не…

— Я знаю. Но пытался, а когда у него ничего из этого не вышло, он избил тебя. А переживания у тебя, возможно, точно такие же, какие были бы, если б ему все удалось.

Она снова рассмеялась, но на этот раз отнюдь не весело, как-то надтреснуто.

— Дело не в этом. Я даже жалею о том, что он меня не изнасиловал! Я лежу по ночам без сна и думаю о том, что, если бы он смог и если бы я не сопротивлялась ему так бешено… тот мальчик, возможно, остался бы жив! Но Глин все больше распалялся, а я продолжала отталкивать его… Вдруг он оставил меня и напал на ребенка. — Она замолчала на минуту, а потом сказала:

— Его звали Дастин. Родители звали его Дасти.

По рукам Дейна, которыми он обнимал ее за талию, пробежала конвульсивная дрожь.

— Ты ни в чем не виновата. Поступки сумасшедшего нельзя предугадать. Но я понимаю, как тебе тяжело жить с такими мыслями.

Его всего распирало от чувств, которые он испытывал. Он мягко провел рукой по ее волосам.

— Ты когда-нибудь рассказывала кому-нибудь о том, что с тобой стряслось в ту ночь?

Она покачала головой.

— Только в общих чертах. Без деталей. Это было так… отвратительно.

— Ты кому-нибудь рассказывала то, о чем сказала мне сейчас?

— Нет. — Она смущенно взглянула на него. — Не знаю, зачем я это сделала.

— Потому что ты была не права, когда говорила, что между нами ничего нет. Глупо это отрицать. Мы еще не привыкли друг к другу, мы скованны, но придет день, когда все образуется. Я могу подождать. И я дождусь той минуты, когда ты будешь готова лечь со мной в постель.

Досадуя на его упрямство и на свою неспособность к убеждению, Марли в безысходности покачала головой. Она не знала, смеяться ей или плакать.

— Ты так уверен в себе…

— Доверься мне, — почти прошептал Дейн. Он мягко гладил ее по волосам, и напряжение в ней куда-то уходило. — Сейчас ты задумаешься над этим. И чем больше будешь думать, тем быстрее привыкнешь. Тебе станет интересно узнать, как все у нас будет? Ты спокойно прожила последние шесть лет. Это уже большой шаг. Но ты должна понять, что это не все. Глин живет в тебе. И он окончательно умрет только тогда, когда ты снова сможешь довериться мужчине. Так что то, что тебя ждет впереди, вещь очевидная. И я могу обещать тебе только одно: если кто и ляжет с тобой в постель — это буду я.

26
{"b":"12222","o":1}