ЛитМир - Электронная Библиотека

После некоторой задержки, повинуясь природному инстинкту, который много лет дремал в ней, она приняла приглашение и легонько зажала своими мягкими губами его язык. В ту же секунду по всему его телу прошла сильная судорога, которая изумила Марли. Он простонал вслух, и от этого низкого звука затрепетала его грудь. Цветок радости от осознания того, что ее чувственность способна так взволновать мужчину, расцвел в ее груди.

Дейн вдруг отстранился. На лице его играл румянец, кожа на скулах натянулась.

— Для начала достаточно. Не будем увлекаться. Я сейчас уйду… пока еще в силах.

Глаза ее открылись и закрылись. В них поселилась истома. Марли была явно потрясена тем, что только что с ней произошло. Одновременно она как бы и не понимала, что именно это было.

А Дейн чувствовал себя просто ошарашенным. Последний раз он так заводился от простого поцелуя в пятнадцатилетнем возрасте, когда потерял невинность под трибунами стадиона в объятиях 17 — летней руководительницы группы поддержки одной из команд.

Дейн заставил себя подняться с дивана. Его так и подмывало совершить большую ошибку и передумать относительно своего ухода. Он поцеловал ее. Ему этого было недостаточно, но, возможно, большего она сегодня не вынесла бы.

В целом он не считал, что этот вечер пропал зря.

— Я позвоню тебе завтра, — сказал он и направился к двери. Она пошла его провожать, словно ее тянула к нему какая-то неведомая сила. Обернувшись у порога, Дейн подмигнул ей:

— Твой сексуальный голос способен завести меня даже по телефону.

Вдруг улыбка исчезла с ее лица. Как будто внезапно перегорела лампочка и погас свет.

— Я рада, что он тебе нравится, — бесцветным голосом проговорила она. — Когда Глин бил мальчика ножом, я так сильно кричала, что сорвала голос. Потом он восстановился, но стал не таким, каким был раньше.

Глава 9

Кэрол Джейнз ощущал такой мощный прилив жизненной энергии, что это даже причиняло ему боль. И еще сладостное ожидание, ощущение собственной силы. В какую-то минуту ему даже показалось, что он весь светится изнутри. Его всегда изумляло, как это люди не способны видеть силу? Впрочем, на его взгляд, большинство людей были последние дураки.

Это произойдет сегодня вечером!

Всего неделя миновала с прошлой пятницы. Такой короткий перерыв вроде бы выглядел необычно. Но предстоящее дело казалось удивительно легким, и он решил, что нет смысла откладывать. И потом, последний раз, в доме Виников, он пережил такие приятные ощущения, но они уже стали блекнуть. Пожалуй, не стоит брать недельный перерыв за правило. Хотя обычно ему даже нравилось оттягивать следующее дело, и порой ожидание длилось целый месяц. Время уходило на то, чтобы преодолеть различные препятствия и затруднения. С Жаклин Шитс все было проще простого. Она жила одна, и график ее жизни отличался навевающей скуку однообразностью. Нет, в самом деле, не надо откладывать.

Удивительно, но грубили ему почти одни только женщины. Правда, пару раз пришлось преподать урок и хамам мужского пола. Но с мужчинами все проходило хуже. Радости такие дела не приносили. И дело даже не в том, что мужчины физически сильнее женщин и их труднее наказать. Кэрол был достаточно крепок, чтобы разобраться почти с любым мужчиной, и постоянно поддерживал себя в хорошей форме, сделав из тренировок нечто вроде культа. Просто мужчины не могли подарить ему удовольствие, с ними сложно играть в «кошки-мышки». А именно от этой игры Кэрол получал особенное наслаждение. С мужчинами скучно, никакой остроты ощущений. Он ведь не гомосексуалист. Может быть, поэтому он иногда позволял себе снисходительно отнестись к мужской грубости. Да, он предпочитал женщин. Кому какое дело?

Весь день он что-то напевал себе под нос. Анетта отметила, что он, видимо, находится в прекрасном настроении.

— Должно быть, у вас большие планы на выходные, — произнесла она, и он уловил невольную нотку ревности в ее голосе. Ему это понравилось. Он, разумеется, знал, что Анетта хочет его. Но, увы, девица была не в его вкусе.

— Предстоит жаркое свидание, — ответил он, не сдерживая дрожь в своем голосе. Пускай фантазирует.

Джейнз стал думать о Жаклин Шитс, которая ждала его. Он уже побывал у нее в доме, поэтому мог очень живо представить себе все происходящее. Он знал, где она сидит, когда смотрит телевизор, который был, похоже, единственным в ее жизни развлечением. Знал, как выглядит ее спальня и в чем она спит: практичные пижамки. Узнав об этом во время своего тайного посещения ее дома, он не удивился. Вообще Кэрол предпочитал ночные рубашки, но пижама так пижама. Нет проблем. Жаклин Шитс снимет ее перед ним. Они все раздевались перед ним, ловя глазами блики на лезвии ножа.

Он осмотрел ее кухню. Ножи у Жаклин пребывали в жалком состоянии. Лезвия тупые. Такими и банан-то едва разрежешь. Она явно не любила готовить, не то что эта Виник, у той ножи были в полном порядке. Джейнз выбрал нож для нарезания мяса и унес домой, где наточил его, как лезвие бритвы, на что ушло целых два вечера. Хуже некуда работать тупым инструментом.

День тянулся невыносимо долго. Он с нетерпением ждал наступления вечера, когда, как говаривал отец, «начнется обряд». А еще он учил: «За грубость всегда полагается наказание».

Дейн позвонил Марли в семь утра. Просто для того, чтобы снова услышать ее голос и спросить, хорошо ли она спала. В ответ на ее раздраженные нотки он рассмеялся. Мысленно она все еще сопротивлялась ему, телесно… Накануне все прошло даже лучше, чем он думал: он поцеловал ее, и она не только не испугалась, но даже получила удовольствие. Большой шаг вперед, если вспомнить ее прошлое.

Все время, пока он ехал на работу, с его лица не сходила идиотская улыбка. Он поцеловал ее! Ну и что? Таким поцелуем не удивишь нынче даже подростка. Впрочем, что они, эти недоношенные жеребцы, знают? Им только и нужно, что помять «сиськи» да несколько раз слепо и тупо толкнуться в партнершу. Но Дейн, слава Богу, не зеленый юнец и знал, что чем медленнее, тем лучше. Кто знает, может быть, к тому времени, когда он ляжет с Марли в постель, он уже будет разочарован. Но после того, что случилось накануне вечером, в том, что рано или поздно он ляжет с ней в постель, Дейн уже не сомневался. У него голова кружилась от счастья, а радостные предчувствия толкались в нем, словно пузырьки шампанского.

Когда Дейн появился на службе, Трэммел уже сидел, откинувшись на спинку своего стула, и заспанными глазами наблюдал за его приближением. Вокруг них постоянно кто-то ходил, отовсюду неслась болтовня, беспрестанно трещали телефоны, надрывался факс и копировальный аппарат. Самый обычный день, но на душе у Дейна был праздник. Он все еще улыбался, когда подошел к электрическому кофейнику и налил две чашки кофе. Отпивая из одной, он вернулся к столу и протянул вторую Трэммелу.

— Судя по всему, кофеек тебе сейчас не повредит. Опять выдалась поганая ночка?

— Спасибо. — Трэммел осторожно пригубил, глядя на Дейна поверх ободка чашки. — Ночка выдалась скорее длинная, чем поганая. Как у тебя? Удалось вчера узнать что-нибудь интересное?

— Есть немного. Во-первых, я уже не такой скептик, как раньше.

У Трэммела округлились глаза. Потом он спросил:

— А Марли? Чем она занималась последние шесть лет?

— Приходила в себя, — лаконично ответил Дейн. — Арно Глин избил ее, пытался изнасиловать, а когда не получилось, он на ее глазах убил ребенка. Доктор Ивел говорил, что полученная травма сильно повредила, а возможно, и уничтожила ее парапсихологический дар. Видение убийства Надин Виник, очевидно, было ее первым видением за все шесть лет.

— Значит, дар возвращается?

Дейн пожал плечами.

— Кто знает? Пока на том все и закончилось. — «Слава Богу!»— Вчера вечером я поговорил с ней, задал несколько дополнительных вопросов о том, что она видела в пятницу вечером. И знаешь? Ей удалось припомнить кое-какие детали.

28
{"b":"12222","o":1}