ЛитМир - Электронная Библиотека

Наплыв страсти и удовольствия заставил Марли зажмуриться. Прошлой ночью, испытав оргазм, она, однако, не узнала и малой толики тех ощущений, которыми была переполнена сейчас. Теперь ее тело самостоятельно контролировало наступление экстаза, и Марли смаковала каждое мгновение этого мучительного ожидания. Она боролась с безумным желанием ускорить кульминацию, ибо хотела получить все от прелюдии к ней. Поэтому Марли пропускала в себя Дейна каждый раз лишь наполовину, а потом вновь приподнималась, чтобы вкусить гамму ощущений с самого начала. Нежные складочки то устремлялись вслед, то натягивались, когда он проникал в нее снова. Она громко застонала, чувствуя неумолимое приближение оргазма. «Не сейчас», — пронеслась в голове смутная мысль. Наслаждение и без того было слишком велико. Ей не хотелось торопиться.

Дейн уже не мог лежать неподвижно. Ему казалось, что еще немного — и он умрет. От частых и мелких погружений в ее лоно головка раздулась от гигантского внутреннего давления. Хриплый стон рвался из груди. Ему хотелось войти в нее рывком до конца, но он сдерживался из последних сил. Хозяином он будет потом, а пока пусть все делает Марли.

Судороги наслаждения пробегали по всему телу. Ему казалось, что сердце вот-вот разорвется на части. А в том, что у него сейчас взорвется его «приятель», Дейн уже не сомневался.

Марли внутри была вся мокрая, ритм ее движений ускорился. Незаметно для себя Дейн скомкал руками простыню. Тело его выгнулось настолько, что он касался матраса только плечами и пятками. В глазах плыл туман.

— Марли… — совершенно чужим, утробным голосом прохрипел он. Но больше всего он удивился мольбе, которую услышал в своем голосе:

— Глубже… прошу тебя! Глубже… Возьми его… до конца!

Но Марли даже если и услышала его, то просто не обратила внимания. Она была захвачена водоворотом собственных чувств. Руки ее уперлись в его грудь, глаза были закрыты, бедра мерно раскачивались. Через мгновение стон сорвался с ее губ, конвульсивная дрожь пронеслась по телу и она, полностью потеряв над собой контроль, отдалась во власть вихря бешеных ощущений, сотрясавших ее с головы до ног.

Последнее судорожное сокращение внутренних стенок ее влагалища смыло всю сдержанность Дейна как волной. Хрипло рыкнув, он вцепился руками в ее покачивающиеся бедра и погрузился в нее до самого конца. После первого же удара он кончил. Оргазм потряс все его тело конвульсивной агонией. Дейн крепко прижимал к себе Марли, а когда все закончилось, она сама без сил повалилась ему на грудь. Сердца их бились в унисон.

У Дейна появилось ощущение, что он уже до конца жизни не сможет шевельнуть ни рукой ни ногой. А Марли казалось, что она расплавленным воском растеклась по нему. Мысль о том, что им когда-либо придется расцепить объятия, была невыносима.

Он провел рукой по изящному изгибу ее спины, словно впервые узнавая, как она устроена. С другими женщинами, с которыми ему приходилось спать, у него никогда не было в постели такой бури ощущений, как с Марли. Она была уникальна в своем роде. В ней все казалось новым, незнакомым. Раньше Дейн никогда не был так очарован строением женского тела, его нежностью, ароматом… Впрочем, раньше он вообще не уделял женщинам столько внимания, сколько уделял сейчас Марли, подмечая малейшие перемены в выражении ее лица, угадывая тончайшие оттенки ее настроения. С самого начала Дейн настроился на нее и телом и чувствами. Он сейчас уже не мог вспомнить, как звали его последнюю любовницу. Всегда была только Марли.

Но несмотря на то что ему не хотелось двигаться, хотелось провести в этой постели весь день, циферблат часов, лежавших на тумбочке, напоминал, что неумолимое время не стоит на месте. Было уже пятнадцать минут девятого. А еще нужно сходить в душ, побриться, позавтракать и к десяти появиться у шефа.

— Надо идти, — пробормотал он. Она не подняла головы с его груди. Дейн продолжал водить рукой у нее по спине.

— Куда?

— В управление. В десять совещание у лейтенанта.

Он почувствовал, как она замерла.

— По поводу вчерашнего?

— Да. Ты была права: тот же самый парень.

— Я знаю. — И после паузы:

— Чем вы будете заниматься?

— Сравним материалы, собранные по обоим делам, чтобы попытаться определить, что же все-таки могло быть общего между жертвами. Создадим опергруппу, которая будет работать исключительно по убийце. Может, свяжемся с ФБР.

Она твердо сказала:

— Если нужно будет, чтобы я показалась перед ними, я покажусь.

Он знал, чего ей стоило предложить такое, но знал и то, что она уже твердо решилась. На нее обрушатся насмешки, недоверие, затем подозрения. Именно такую реакцию выдал сначала он сам. И это несмотря на то, что она понравилась ему как женщина с первого взгляда. Марли знала, на что идет, и шла на это добровольно.

Он прижал ее к себе.

— Я не хочу этого.

— Но тебе придется подключить меня в случае необходимости.

— Да.

К его облегчению, она не обиделась. Марли смирилась. Он мягко провел рукой по ее волосам.

— Я кое-что должен тебе сказать, — с неохотой проговорил Дейн. — Не хочу, чтобы ты вдруг прочитала об этом в газете или узнала из телепередачи.

Она молча ждала, уже чувствуя, что известие будет не из веселых. Дейну не хотелось говорить ей, он откладывал до последнего. Вчера она была не в состоянии смотреть телевизор, но сегодня — другое дело. Мысль о том, что его не будет рядом, когда она узнает об этом, была для Дейна невыносима.

— В пятницу вечером Ансел Виник покончил с собой.

Дыхание ее задержалось и потом вырвалось прерывистым вздохом. «Господи, столько горя», — подумала Марли печально.

— Значит, уже трое, — проговорила она. — За одну неделю он убил троих.

— Мы его поймаем, — заверил ее Дейн, хотя они оба знали, что оснований для выражения такой уверенности у него было маловато.

Он снова посмотрел на часы, — восемь двадцать, — и мягко расцепил их объятие.

— Хочешь принять душ вместе со мной?

Она тоже глянула на часы.

— Нет, я приготовлю завтрак. Когда ты выйдешь из ванной, он уже будет ждать тебя.

— О'кей. Спасибо, моя сладкая.

Подивившись тому, как быстро он согласился с тем, что она приготовит ему завтрак, Марли оделась и ушла на кухню. Сама она обычно завтракала кашей и фруктами, но здоровяку Дейну этого явно будет недостаточно. Она поставила кофе и вытащила вафельницу, которой сама почти не пользовалась. Пока та нагревалась, Марли замесила тесто. Сколько он съест, интересно? Сама она не осилила бы и одной вафли, но подозревала, что Дейн слопает две, если не три.

Марли вдруг взглянула на все как бы со стороны. До нее доносился шум воды из ванной. Дейн что-то насвистывал. Кофеварка шипела и булькала, как ей и положено. Сама она стояла на кухне и готовила завтрак. Какая домашняя картинка!.. Просто поразительно! У нее даже руки опустились. За всю жизнь ей еще ни разу не приходилось готовить еду для другого человека!

Шесть лет она жила спокойной, самой обыкновенной жизнью. Одна. И вдруг в течение всего лишь недели эта жизнь полностью изменилась. Марли словно потеряла равновесие и до сих пор не могла его восстановить. Покой исчез без следа. Как и одиночество. Но ведь Марли не так чтобы уж очень и возражала против одиночества. Ей нравилась самостоятельность. Раньше она могла читать всю ночь напролет, если ей того хотелось. Есть что угодно и когда угодно. До того кошмара с Глином она мечтала о нормальных отношениях с мужчиной, о браке, детях. После Глина ей хотелось только одного: чтобы ее оставили в покое.

Но как бы не так! В ее ванной принимает душ мужчина. И не просто мужчина, а Дейн Холлистер: мрачный, грубый, пугающе сильный. Детектив полиции, который и шагу без пистолета не ступит. И вместе с тем самый великодушный человек на свете. Он отдался ей, чего она от него никак не ожидала, забыл о враждебности их первых встреч. Когда она обратилась к нему с отчаянным призывом о помощи той страшной ночью в пятницу, он приехал к ней без промедления. И с тех пор она видела от него только ласку и нежность. Как мужчина, он и раньше привлекал Марли, но любовь пришла тогда, когда она убедилась в его исключительном великодушии. Она нуждалась в нем, и он появился. Все очень просто.

49
{"b":"12222","o":1}