ЛитМир - Электронная Библиотека

Джейн чуть ли не каждый день приходилось выслушивать подобные замечания — абсолютная неизбежность, если работаешь в компании, хотя бы отдаленно связанной с автомобильной промышленностью Детройта.

— Куплю, когда осилю, — ответила она, как всегда. — Я недавно приобрела дом. Если бы отец не отдал мне «додж», мне вообще бы не на чем было ездить.

Последние слова были ложью, но люди верили. К счастью, никто не знал ее отца — давнего приверженца «форда». Он был шокирован, когда узнал, что дочь позарилась на какой-то «додж», и не уставал отпускать ехидные шуточки на этот счет.

— А отец-то куда смотрел? — удивился охранник.

— Он совершенно не разбирается в машинах. — Джейн на мгновение затаила дыхание, ожидая, что за такую наглую ложь небеса вот-вот поразят ее молнией.

Припарковав машину в дальнем углу стоянки, Джейн направилась к входу. Компания «Хаммерстед» занимала четырехэтажное здание из красного кирпича. Шесть закругленных ступеней вели к тяжелым двойным дверям, но главным входом пользовались только посетители. Сотрудники же проходили через боковую металлическую дверь с электронным запором и попадали в узкий зеленый коридор, где располагались хозяйственные службы, электрики и очень темная комната с табличкой «Склад». Что в нем хранилось, Джейн не имела ни малейшего представления.

В конце зеленого коридора начиналась лестница, приводившая ко второй металлической двери, за которой начинался коридор, устланный серым ковром; коридор этот тянулся через все здание, и отсюда, словно кровеносные сосуды, разбегались во все концы проходы и коридорчики. Два нижних этажа занимали говорившие на непонятном языке компьютерные чудаки, и вход сюда был ограничен. В коридоре с серым ковром было два лифта, но для особо тренированных имелся и лестничный пролет.

Остановившись у лифта, Джейн увидела написанный от руки плакат; он висел прямо над кнопками вызова. Ярко-красные буквы гласили: «Все сотрудники обязаны принимать смесь» Виагры»и «Гинкго», чтобы не забывать, в каком дерьме оказались «.

Джейн хихикнула. Видимо, чудаки сегодня были в ударе. Впрочем, подобные объявления то и дело появлялись на стенах и висели до тех пор, пока кто-нибудь из руководства не приходил их сорвать. Вероятно, глаза какого-нибудь весельчака следили сейчас в щелочку за реакцией остальных сотрудников.

Джейн нажала на кнопку вызова. Тут дверь за ее спиной открылась, и Джейн, взглянув через плечо, невольно поморщилась.

Ли Стрит работала в кадрах и совершенно не воспринимала юмора. Эта женщина, ничего не смыслившая в управлении, рассчитывала пробиться в начальство. Правда, носила она не деловые костюмы, а молодежные платья, подчеркивавшие стройность ее фигуры. Ли действительно была эффектной женщиной — светлые волосы перышками и прекрасная кожа. Но самое красивое — ее руки: тонкие, изящные, всегда с отличным маникюром. Ли охнула, увидев плакат.

— Какое безобразие! — Она протянула руку, чтобы снять плакат.

— Не трогай, — с каменным лицом проговорила Джейн. — Останутся отпечатки пальцев.

Рука Ли замерла в нескольких дюймах от бумаги.

— Представляешь, сколько людей уже это прочитали, — продолжала Джейн. — Кто-нибудь из начальства уже в курсе, и вот-вот начнется расследование. Тебе придется съесть бумагу, а на ней — миллиарды микробов. Но иначе никак не избавишься.

Ли вспыхнула и покосилась на Джейн.

— Ты, может быть, считаешь, что этот идиотский плакат остроумен?

— Если честно, то да.

— Нисколько не удивлюсь, если ты сама это повесила.

— В таком случае тебе стоит на меня донести, — предложила Джейн. Кабина лифта спустилась, и двери начали раскрываться. — Набери один-восемьсот — и действуй.

Двери лифта захлопнулись, а Ли так и осталась снаружи. Это был их самый язвительный обмен любезностями. Ли славилась тем, что не умела ладить с людьми.» Как эта женщина вообще сюда попала?»— подумала Джейн. Однако чаще всего она ей сочувствовала.

Но только не сегодня.

Понедельник — самый загруженный день, поскольку в бухгалтерии сдавались все повременные карточки за прошлую неделю. Компания» Хаммерстед» входила в систему расчетов «Дженерал моторс», а там пользовались старинной методой, то есть было много бумажной работы, зато не грозил сбой в компьютерной программе.

К десяти Джейн заслужила перерыв. На каждом этаже имелась закусочная с обычным набором торговых автоматов, столами, металлическими стульями, холодильником, кофеваркой и микроволновкой. Когда Джейн вошла, за одним из столиков уже сидели несколько женщин и молодой мужчина — женщины смеялись, а мужчина хмурился.

Джейн налила себе долгожданный кофе и спросила:

— Что тут у вас происходит?

— Специальное издание бюллетеня, — ответила Доминика Флорес; у нее от смеха на глаза навернулись слезы. — Да такое, что войдет в историю.

— Не вижу ничего смешного, — буркнул мужчина.

— Ты — возможно, — хихикнула Доминика и протянула бюллетень Джейн.

Издание компании никто официально не санкционировал — оно стало плодом воображения на нижних двух этажах. Появлялось нерегулярно и всегда содержало нечто такое, из-за чего руководство стремилось изъять ксерокопии.

Джейн глотнула кофе и развернула издание. Чувствовалось, что над ним профессионально поработали. Хотя при таком высококлассном оборудовании было бы стыдно не выдержать уровень. Бюллетень назывался «Хаммер-хед»и имел в качестве логотипа страшенную акулу, правда, не акулу-молот, но это не имело никакого значения. Статьи сопровождались неплохими рисунками, которые карикатурист обычно подписывал «Мако». Тексты высмеивали какой-нибудь аспект жизни компании.

Броский заголовок, набранный жирным шрифтом, гласил: «Где мерило того, чего желают женщины?» Вокруг надписи, словно готовая к нападению кобра, вилась лента рулетки.

«Свершилось, парни! — начиналась статья. — Ведь нам годами внушали, что мы какие-то не такие, что в нас чего-то не хватает. Но вот теперь мы знаем истину. Компетентное жюри, состоящее из четырех наших дам, составило список качеств совершенного мужчины».

— Ох! — вскрикнула Джейн, но тут же взяла себя в руки и изобразила на лице заинтересованность.

Неужели Марси кому-то отдала их список? Получается, что так. Что ж, теперь над ними как следует поиздеваются — прилипнет навечно. Джейн представила, как эта самая рулетка каждое утро появляется у нее на столе, и ей захотелось свернуть Марси шею.

Она пробежала глазами статью. К счастью, не упоминались их имена, говорилось о неких А, В, С и D. Джейн по-прежнему намеревалась свернуть Марси шею, но теперь хотя бы не придется ее пытать, колесовать и сажать на кол.

Издатели бюллетеня опубликовали весь список, начиная с первого пункта. Все выглядело вполне пристойно вплоть до восьмого пункта, а дальше начиналось: сообщалось о требовании Марси (не менее двадцати сантиметров), а затем следовали всевозможные комментарии по этому поводу.

В десятом пункте говорилось, как долго мистер Совершенство должен функционировать в постели. «Уж явно дольше, чем идет телереклама», — заявила в тот вечер Ти Джей. В итоге сошлись на получасе, не считая подготовительных ласк.

«А почему бы и нет? — приводились слова мисс С. — Ведь все, что мы записываем, просто фантазия. А фантазия — это наши желания. Пусть мой мистер Совершенство рассчитывает на полчаса, если речь не идет о перепихоне наскоро, у которого совершенно иные задачи».

Женщины за столиком по-прежнему смеялись, и Джейн поняла, что необходимо как-то отреагировать. Она попыталась изобразить удивление, но при этом все же покраснела. Молодой человек наконец не выдержал и, вскочив на ноги, проговорил:

— А вам покажется смешным, если соберутся мужчины и напишут, что идеальная женщина — это та, у которой большие груди?

— Перестань! — ответила Доминика. — Вы, мужчины, только и болтаете про большие груди. И вот вам расплата.

Грандиозно! Битва полов! Джейн, изобразив улыбку, вернула бюллетень.

7
{"b":"12223","o":1}