ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В этот раз она не позволила себе расслабиться и заснуть. Незнакомец нащупал ее руку и сжал ее пальцы в своей крепкой ладони.

— Скажи мне, что случилось? — произнес он наконец низким и ровным голосом. — Кто ты такая?

От знакомства в подобной ситуации Хоуп невольно смутилась. Она снова покраснела.

— Хоуп Бредшоу.

Синие глаза взглянули ей в лицо.

— Таннер. Прайс Таннер.

Огонь в камине затухал, и необходимо было подкинуть поленьев. Но расхаживать голой в присутствии незнакомого мужчины было почти невозможно для нее. Хоуп осмотрелась вокруг в поисках пижамы и, смутившись окончательно, поняла, что, прежде чем надевать ее, ей необходимо было принять ванну.

Он проследил за направлением ее взгляда, но в отличие от Хоуп не испытывал ни малейшего смущения. Поднявшись с пола, он взял несколько поленьев и подкинул их в огонь. Хоуп не преминула воспользоваться возможностью хорошенько оглядеть его с головы до ног. Она осталась довольна тем, что увидела. Каждым дюймом его тела. Отблески огня падали на его широкие плечи, мощную грудь и великолепно развитые мышцы. Прайс Таннер. Она повторила про себя его имя, наслаждаясь тем, как четко и выразительно оно звучало.

Тинк выглядел слегка недовольным, видимо, оттого, что его сон потревожили. Он поднялся и фыркнул на незнакомца, но сразу же завилял хвостом, как только Таннер наклонился и погладил его.

— Я помню, как лаяла собака, — сказал он.

— Он услышал тебя раньше, чем я. Его зовут Тинкербел, можно Тинк.

— Тинкербел?

— Просто веселый глупый пес, который считает, что Господь создал мир для его удовольствия.

— Может быть, он и прав, — ответил Прайс, оглядывая комнату. — Сколько я уже здесь нахожусь?

Она посмотрела на часы. Полтретьего.

— Два с половиной часа.

Слишком много всего случилось за столь короткий промежуток времени. Но ей казалось, что прошел максимум час.

— Я втащила тебя в дом и сняла с тебя одежду. Ты, наверное, вошел в озеро, потому что ниже пояса был весь мокрый. Я вытерла тебя и завернула в одеяло.

— Да, я помню, как зашел в воду. Из-за этой пурги ни черта не было видно.

— Просто чудо, что тебе удалось добраться до базы. А почему ты шел пешком? Ты попал в аварию? И вообще, что ты делал в такую погоду на улице?

— Я пытался добраться до Бойсе. Мой "шевроле" съехал с дороги, лобовое стекло разбилось, и поэтому я не мог оставаться в машине. Я знал, что где-то рядом должна была быть база, и у меня был компас. Так что, как видишь, у меня не было другого выбора, кроме как постучать в твою дверь.

— Ты живое чудо, — восхищенно сказала Хоуп. — По всем законам логики ты должен быть уже мертв.

— Но благодаря тебе я жив.

Прайс опустился на одеяло и растянулся на нем. Он поймал локон ее светлых волос, нежно потрепал его и аккуратно пригладил.

— Как я понимаю, когда ты залезла под одеяло, чтобы отогреть меня, ты не ожидала, что я запрыгну на тебя, едва придя в сознание. Скажи мне честно, Хоуп, ты хотела этого?

Она прокашлялась.

— Я… я не ожидала этого. — Она коснулась его руки. — Я хотела этого. Неужели ты не понял?

Успокоившись, он прикрыл глаза.

— Я, признаться, очень смутно все помню до того момента как пришел в себя, лежа на тебе. Или, если быть точнее, я помню, что делал и чувствовал, но не уверен, чувствовала ли ты то же. — Он положил руку ей на живот и медленно провел по направлению к груди. — Я подумал, что я просто, наверное, потерял голову, очнувшись рядом с обнаженной кареглазой красавицей.

— Точнее, я была не рядом с тобой, а на тебе. — Хоуп снова покраснела. — Это был лучший способ тебя согреть.

— И он сработал, — сказал Прайс, и впервые за все это время на его лице заиграла улыбка.

У Хоуп перехватило дыхание. В этом человеке была какая-то грубоватая привлекательность. Она встречала куда более интересных мужчин; Дилан был красивее — такая чистая, классическая красота. Но то, что видели глаза, и то, что чувствовало сердце, — это две разные вещи. Никогда и ни к кому она еще не чувствовала такого сильного сексуального влечения. Хоуп снова захотела заниматься с ним любовью, но все же вовремя остановила себя, вспомнив, что он прошел через тяжелейшее физическое испытание.

— Хочешь кофе? — торопливо спросила Хоуп, поднимаясь на ноги. Она держала в руках свою пижаму, старательно избегая его взгляда. — Или перекусить? Вчера я приготовила большую сковородку мяса. Или, может, ты хочешь принять горячую ванну? Бойлер подключен к генератору, и у нас полно горячей воды.

— Звучит неплохо, — сказал он, тоже поднимаясь. — Я хочу все. — Он протянул руки и обнял ее, повернув лицом к себе. Наклонившись, он одарил ее еще одним нежным поцелуем. — А еще я хочу снова заняться с тобой любовью, если ты, конечно, не возражаешь.

Никогда с ней не происходило ничего подобного. Хоуп посмотрела на него. Сердце вновь бешено забилось в груди, и она поняла, что не сможет отказаться. Пока продолжается буран, она и Прайс Таннер будут вместе. Кто знает, может быть, такой возможности больше уже не представится.

— Мне бы тоже этого хотелось, — наконец смогла произнести она.

— Может быть, лучше на кровати, а не на полу? — Он провел пальцем вокруг ее соска, отчего тот мгновенно увеличился и затвердел.

— Наверху. — Она кивнула, указывая глазами на второй этаж. — Там тепло, потому что горячий воздух от камина поднимается вверх. Правда, я не смогла тебя туда поднять и потому положила около камина.

— А я и не жалуюсь. — Прайс потянул из ее рук пижаму, и та мягко упала на пол. — Знаешь, если поразмыслить, то пока можно обойтись без кофе и мяса. Впрочем, как и без ванны, если мы, конечно, не будем принимать ее вместе.

Хоуп об этом не думала, хотя звучало это весьма заманчиво. Упав в его объятия, она забыла обо всем на свете, кроме того неземного волшебства, которое дарили друг другу их тела.

Глава 4

Утром Хоуп проснулась рядом с Прайсом и еще долго лежала и смотрела, как он спал. Никогда у ее тела не было ощущения столь полного удовлетворения. Она не пыталась разобраться, откуда взялось такое сильное сексуальное влечение к человеку, о котором она не знала ничего, кроме его имени, а просто с благодарностью приняла этот подарок судьбы. От тепла его тела постель казалась уютным гнездышком, которое так не хотелось покидать. Тем более что прохладный воздух в комнате подсказывал ей, что огонь в камине давно погас.

Какое счастье лежать рядом со спящим мужчиной и слушать медленный и глубокий ритм его дыхания! Ей хотелось прижаться к нему, но она боялась его разбудить. После того Как Прайс чуть не погиб от мороза, он провел ночь, которую, пожалуй, нельзя считать отдыхом в полном смысле.

Его сильная рука лежала поверх подушки, и Хоуп увидела на ней темные кровоподтеки. Вдобавок ко всему он еще и попал в аварию. Удивительным было не то, что он сейчас спал, а то, откуда в нем было столько энергии этой ночью.

Она принялась изучать другие доступные ее взору детали. У него были красивые, темные и густые волосы с оттенком бронзы, наверное, оттого, что он проводил много времени на солнце. Во сне его лицо было повернуто к ней, и Хоуп улыбнулась — ей захотелось провести пальцем по его переносице, высокой и слегка искривленной, наверное, в результате какой-то драки. У него был большой красивый рот с мягкими губами и волевой подбородок. Милый, грубоватый, привлекательный, но не красивый, как она заметила и раньше. От одного только взгляда на него у нее перехватывало дыхание.

Ее так сильно тянуло к нему, что кружилась голова. Хоуп уже забыла, что такое страсть, какой она бывает сильной. Встреться она с Прайсом при обычных обстоятельствах, он все равно понравился бы ей, но не было бы этой всепоглощающей физической тяги друг к другу, возникшей между ними. Возможно, она даже не показала бы ему, что он ей нравится. Однако этот вынужденный контакт их обнаженных тел установил между ними связь еще до того, как Прайс пришел в себя. Хоуп массировала его тело, изучила всю его кожу — от грубоватой щетины на щеке до мягкой бархатистости на предплечьях. Ее соски возбуждались, касаясь его груди, их ноги переплетались, и, хотя у нее и не было никаких сексуальных намерений, она не могла не чувствовать, насколько взволнована его близостью. Хоуп не позволяла себе об этом думать, но все же, надо признать, она была возбуждена до предела.

6
{"b":"12224","o":1}