ЛитМир - Электронная Библиотека

А они все это время стояли, пригвожденные к месту немигающим взглядом желтых глаз большой кошки.

Если ягуар прыгнет, Бену придется его убить. Если кто-нибудь сзади сделает неосторожное движение, это может вызвать нападение. Джиллиан начала молиться, чтобы Рик хоть раз сдержал свой порывистый и нетерпеливый характер.

Вдруг обезьяны тревожно завизжали, и она взглянула вверх. Там поднялась какая-то суматоха; невидимые снизу ветви закачались от этого переполоха так, что свисавшие с них лианы стали раскачиваться и трястись. Бен продолжал стоять неподвижно. Она услышала низкий хриплый кашляющий звук, и пушковые волоски у нее на шее встали дыбом в каком-то первобытном предостережении. Когда она снова перевела взгляд на тропу, ягуар исчез.

Они стояли так уже долго, наверное, целый час. За ней кто-то, то ли Рик, то ли Кейтс, издал нетерпеливое восклицание, но тут же смолк после предостерегающего жеста Эулогио. Наконец Бен махнул рукой, подзывая к себе Пепе. Осторожно опустив на землю косилки, Пепе обошел Джиллиан. Они с Беном бесшумно двинулись вперед и вернулись через десять минут нормальным шагом, хотя глаза их продолжали внимательно обшаривать каждый куст и каждое дерево.

— Ягуар, — коротко объяснил Бен.

— Ох ты черт! — это сказал Рик, и в голосе его прозвучала явная досада. — Вы хотите сказать, что мы простояли здесь целый час из-за того, что вы увидели эту проклятую кошку? Почему вы ее просто не пристрелили?

— Я бы так и сделал, если б она напала. Но этого не случилось, так что убивать ее было незачем. — Не говоря уже о том, что есть закон, запрещающий убивать больших хищников. Бен понимал, что Шервуду это неважно, и продолжил:

— Я не хочу стрелять без необходимости. Еще и потому, что здесь живут племена, которые вроде как поклоняются ягуару, а значит, мягко говоря, не обрадовались бы, если бы мы прикончили одного из них. Кроме того, я не хочу привлекать к нам внимание кого бы то ни было.

Эти два довода, казалось, убедили Рика, и он оставил эту тему. Не задерживаясь более, они снова двинулись вперед. Однако еще на протяжении нескольких миль все нервничали и всматривались в листву, стараясь разглядеть, не прячется ли там большая пятнистая кошка.

Джиллиан нигде не видела горы с плоской вершиной. Она уговаривала себя не паниковать, ведь они еще не сделали полного дневного перехода с тех пор, как дорога пошла в гору. Возможно, она не увидит своей приметы до завтрашнего дня. Однако в тройном зеленом пологе почти не было просветов, и в любом направлении она могла видеть всего на несколько футов.

Она стала волноваться, что, если они даже слегка отклонились от курса, листва может скрыть от них гору. А ко всему прочему еще и почва стала настолько неровной, что ей приходилось все время смотреть под ноги. Если бы тропа оказалась такой в первый же день, она не смогла бы одолеть и половины пути. Хотя сегодня был только третий день их пешего перехода, все уже более или менее привыкли к ходьбе с тяжелой кладью. Однако сейчас Джиллиан ощущала, что дышит все более и более прерывисто, а ноги у нее ломит от напряжения.

Бен вдруг замедлил шаг — возможно, потому, что услышал ее затрудненное дыхание. Теперь она поняла, откуда у него это твердое, как камень, тело. Если бы на нем было хоть немного жира, он бы сбросил его уже в первый час пути. Его мачете не останавливалось, неутомимо и легко расчищая дорогу для тех, кто шел вслед за ним. Походка его была уверенной, внимание не ослабевало ни на миг.

Только Бен и двое индейцев тукано не похудели с начала похода: они и так состояли из одних мускулов, — но остальные… Джиллиан полагала, что потеряла по крайней мере фунтов пять, теперь ее брюки свободно болтались на талии и бедрах. Возможно, больше она уже не сбросит вес, потому что от натуги начнут нарастать мышцы, но дюймы она потеряет несомненно. На чем тогда будут держаться ее брюки? Пояс уже был застегнут на последнюю дырочку, так что, возможно, скоро ей придется перепоясываться сплетенными лианами.

Высоко над головой загремел гром, и стало слышно, как дождь где-то в вышине закапал на листья. Но защитный полог деревьев был таким густым, что прямо на землю капли дождя почти не попадали; однако в конце концов струйки воды стали стекать с листьев и лиан. Самое худшее они переждали, укрывшись взятым из лодок брезентом. Джиллиан страшилась первого часа после дождя, потому что в это время влажность достигает предела и под жгучим солнцем экватора джунгли буквально тонут в тучах пара.

Гроза в тот день была недолгой, и вскоре они снова были в пути, задыхаясь в тяжелом от влаги воздухе. Насыщенная водой атмосфера так раздражала, что разговоры почти совсем стихли, впрочем, им мешала еще и неровная почва, заставлявшая спотыкаться.

Джиллиан не осознавала, как высоко они забрались, пока сквозь поредевшие заросли не проглянуло солнце, ослепительно яркое после полумрака. Они находились на краю лощины, на дне которой поблескивал мелкий ручей. Над ними нависли горы, молчаливые, первобытные, нетронутые с момента их рождения миллионы лет назад. И прямо перед ней, более низкая, чем остальные, стояла гора с плоской вершиной, казавшаяся маленькой в этом мире гигантских рек и горных хребтов. Похожая скорее на холм, сонная и мирная, она совсем не вызывала желания покорить ее.

— Бен, — позвала Джиллиан. — Вот она.

Он остановился и поглядел, причем глаза его машинально обводили горную цепь на более высоком уровне. Затем они скользнули вниз и сосредоточились на стоящей прямо перед ним горе с плоской вершиной.

— Хорошо, — проговорил он. — Мы пройдем еще немного, разобьем лагерь для ночевки, и ты поработаешь над следующим этапом маршрута. Если слух меня не обманывает, там впереди должен быть небольшой водопад. Если Пепе одобрит, мы сможем сегодня помыться.

Да, там был водопад, небольшой, не очень мощный, всего-навсего десять футов воды, падающей на скальный выступ, выщербленный столетиями ударов струи. С него поток сливался в лощину и тек в Риу-Негру, чтобы слиться с ней, а потом и с самой Амазонкой, Пепе и Эулогио объявили, что купаться в этой воде вполне безопасно. Все, кроме Дутры, восприняли это с энтузиазмом, впрочем, он тоже угрюмо присоединился к остальным. Джиллиан осталась в лагере, терпеливо ожидая своей очереди. Бен тоже остался. Она холодно посмотрела на него.

— Если ты собираешься купаться вместе со мной, можешь об этом забыть.

— А ты хочешь раздеться догола и принимать ванну без всякой охраны? — спокойно возразил он. — Я покараулю, пока ты не выкупаешься, а потом ты можешь сделать то же самое для меня. Я бы пошел с ними, но мне не нравится, что придется оставить тебя одну. Конечно, если тебе безразлично, что Дутра будет наблюдать за тобой…

— Убедил, убедил.

Ей не слишком нравился его план, но она понимала его необходимость. Дело было не столько в ее скромности, сколько в желании уединиться; не очень-то приятно раздеваться перед Беном, да и, коли на то пошло, не очень безопасно. Но в противном случае она останется грязной, а это ей было невмоготу.

Она станет спиной и не повернется и постарается закончить мытье как можно скорее. Он всерьез собирается охранять ее, а значит, не бросит свою задачу ради попытки обольщения. Обольщение, по-видимому, начнется, когда она кончит мыться.

В ожидании возвращения остальных она собрала и завернула в полотенце мыло, шампунь и чистое белье. Бен, насвистывая, сделал то же самое.

— Ты собираешься оставить свой рюкзак здесь? Ты ведь понимаешь, что Кейтс его обыщет.

Джиллиан задумчиво посмотрела на него, после чего вытащила из рюкзака пистолет и сунула в свой сверток.

— А как насчет карты?

— Он не сможет ее прочесть, — усмехнулась она. — Хочешь поглядеть на нее?

— Я не дурак, чтоб отказываться.

Она вытащила из записной книжки лист толстой бумаги и развернула его. На нем было несколько схематических рисунков, и никаких сведений о местности. Инструкции, написанные там же, представляли собой совершенно бессмысленный набор слов.

35
{"b":"12226","o":1}