ЛитМир - Электронная Библиотека

Темнота окутывала их, позволяя отбросить все условности, которые сковывали бы Джиллиан при свете дня. Эта ночь была нескончаемой, вечной, вне времени… Он не оставлял ее ни на минуту, крепко прижимая к себе, исцеляя ее печаль своей любовью. Она чувствовала себя бесконечно желанной и защищенной. Ее убаюкивало мощное биение его сердца. Даже ощущение тяжести его тела было так прекрасно, что она чуть не плакала. Она просто забыла о течении времени.

Оба они наконец заснули. Когда она проснулась, то почувствовала свет, пробивавшийся сквозь плотный полог леса, сквозь охапки зелени, которой Бен для маскировки завалил их палатку.

Их первая ночь любви завершилась, Джиллиан лежала неподвижно, словно жалела, что наступил день. Ее ноги были раскинуты, так что Бен лежал на ней, как в колыбели, грудь его мерно вздымалась. Он все еще оставался в ней, и она подумала, что в эту ночь он вообще оставлял ее только, чтобы поменять позицию.

В верхушках деревьев заверещали обезьяны. Бен проснулся. Он не пошевелился, но она почувствовала, как его плоть напряглась внутри нее.

Она нежно провела рукой по его спине и обняла за шею. Так же нежно и не торопясь, он начал двигаться в ней. Она не открывала глаз, стремясь подольше задержать рассвет.

Потом они отдыхали, пока Бен не сказал:

— Нам пора в путь. Кейтс, по всей видимости, заночевал перед скальной тропой и подарил нам несколько часов, но мы не можем терять время.

Он сел и провел рукой по волосам. Господи, как же ему хотелось остаться с ней здесь на неделю или больше, не думать ни о чем и только отдыхать и заниматься любовью. Но начался новый день, и реальность пришла на смену очарованию ночи.

Да, Рик умер, но жизнь не остановилась. Джиллиан понимала, что им с Беном все еще грозила опасность. Она привстала:

— Мне нужно вымыться.

Он ухмыльнулся и лег на спину, натягивая брюки.

— С этим придется подождать.

— Только не слишком долго. — Джиллиан недовольно наморщила нос и начала одеваться. — Я просто липкая. Почему ты не мог отложить это до Манауса, где есть ванна и душ?

Он недоверчиво поглядел на нее:

— Ты что, смеешься? Я и так долго терпел, у меня чуть галлюцинации не начались. У меня аллергия на воздержание. Это, знаешь ли, не самое полезное для здоровья…

Затем выражение его лица стало серьезным и он нежно посмотрел ей в глаза:

— С тобой все в порядке? Прошлой ночью я забыл о твоем плече.

— С плечом все хорошо, — она подвигала рукой, — у меня кое-что болит, но не плечо.

Брови его полезли вверх.

— Ну-ка, скажи. Может, надо где-то растереть?

— Никаких растираний, пока я не помоюсь.

— Ладно, если наткнемся на безопасный ручей, сможешь помыться. Только быстро. А если нет, просто постоим под дождем. Идет?

Она надевала ботинки.

— Да уж лучше, чем ничего.

Позавтракали быстрорастворимой овсянкой и кофе, и уже через пять минут Бен укладывал в рюкзак палатку и припасы. Незаметно для Джиллиан он проверил, цел ли алмаз.

Господи, как же замечательно он себя чувствовал. Заниматься с ней любовью было гораздо лучше, чем он мог себе представить. Это было мощно, ярко и… нежно. Тело казалось легким и обновленным. Он был готов завоевать весь мир. Ему хотелось одновременно и оберегать ее, и обладать его. Теперь она принадлежала ему, и навсегда.

Они возвращались к реке другой дорогой. Тогда они следовали указаниям на карте, шли от вехи к вехе; теперь идти тем же маршрутом было не только опасно, но и глупо. Существовал более прямой, а значит, и более быстрый путь. Бен рассчитывал сократить обратную дорогу на день, а может, и больше. Им необходимо было добраться до лодок, пока Кейтс не отрезал им путь. У Бена не было сомнений в том, что за ними будет погоня: Джиллиан была свидетельницей двух убийств, а Кейтс знал, что алмазу Бена. Да, их, безусловно, преследуют. Вопрос лишь в том, насколько преследователи близко.

Бен старался не пользоваться мачете, чтобы не оставлять явных следов. Конечно, индеец легко обнаружил бы их, но ни у Дутры, ни у Кейтса такого опыта не было.

Они перебрались через несколько ручейков, слишком мелких и заросших, не подходящих для купания. Наконец разразилась гроза, но где-то в отдалении. По выражению лица Джиллиан Бен понял, что она не отказалась от идеи где-нибудь искупаться.

— Лучше это сделать ближе к середине дня, — заметил он. — Ни у тебя, ни у меня нет сменной одежды, а днем мы сможем ее постирать, и она успеет высохнуть до утра.

— Ты говоришь так, будто я пилю тебя все время, — ответила она.

— Ты так и делаешь. Молча.

Она пристально посмотрела на него:

— Когда я решу тебя пилить, можешь не сомневаться, что молча я этого делать не буду.

Он вздохнул:

— Похоже на то.

Такая перспектива не огорчила его, а вот то, что не удастся следующей ночью заняться с ней любовью, было уже хуже. Он не сомневался, что она не позволит ему даже прикоснуться к себе. Ну почему эти женщины такие щепетильные? Чистота — это прекрасно, но, черт возьми, они же в сельве!

Но Джиллиан нужно было вымыться, и Бен начал искать подходящий ручей.

Тот, что он в конце концов нашел, нельзя было сравнить с водопадом, где они недавно купались, или с большими водоемами на пути к Каменному Городу, зато здесь было безопасно. Бен положил пистолет так, чтобы он был под рукой, но не мог намокнуть. Они разделись и вошли в воду. В рюкзаке Бена не оказалось мыла, и Джиллиан легла на спину, чтобы прополоскать волосы. Бен жадно смотрел на нее: впервые все ее обнаженное тело было открыто взгляду, и он снова почувствовал желание.

Бен ухмыльнулся, глядя, как она стирает белье:

— А что ты собираешься надеть под брюки? У меня нет в запасе дамских трусиков.

— Какое-то время обойдусь и без них, зато утром смогу надеть все чистое.

Он так обрадовался, что ночью на ней ничего не будет, что не смог вымолвить ни слова.

Конечно, надо как-то решить вопрос с мытьем, а то все повторится сначала. Если бы у них было в достатке питьевой воды, часть можно было бы потратить на купание. Но дезинфицирующих таблеток было в обрез, и их надо беречь как зеницу ока.

— У тебя сейчас такая идиотская ухмылка, — сказала она, выходя на берег и выжимая волосы.

— Как у осла, жующего вересковые колючки, — жизнерадостно согласился он.

— Ну, насчет осла я согласна, а при чем тут вересковые колючки?

— Не знаю. Но так говорят у меня дома. — Он откинул со лба мокрые волосы и тоже вышел из воды.

Она смотрела, как он одевается, и вдруг поняла, что наслаждается этим зрелищем. Перед ней был искатель приключений, авантюрист до кончиков ногтей, циничный, хитрый, ловкий и опытный. Она прекрасно понимала, что без его предусмотрительности их положение было бы куда более сложным. Палатка уже защитила их ночью от змей и насекомых, а запас пищи, хоть и небольшой, позволял не охотиться и тем самым сэкономить патроны на случай нападения. Словом, с самого начала экспедиции Бен был готов к любой неожиданности.

В оставшуюся часть дня они прошли довольно много. И когда остановились на ночлег, то позволили себе рая-вести небольшой костер и съели горячий ужин из рыбных консервов и риса.

— Знаешь, чего я ужасно хочу? — спросила она.

— Меня.

— Ценю попытку, но это из другой области.

— Из какой же?

— Ну, это… Растения. А может, и немного мяса, в общем… хочу пиццу с ветчиной и толстым слоем сыра.

Он порылся в рюкзаке и бросил ей маленькую коробочку с консервированными фруктами.

— Вот тебе вместо пиццы.

— Спасибо. Когда вернемся в Манаус… Может, я и не смогу найти пиццу в Манаусе, но уж когда вернусь в Штаты, закажу самую большую.

Он ничего не ответил, но выражение его лица вдруг стало хищным. Он молча проглотил свою порцию консервированных фруктов.

Джиллиан недоумевала, что в ее словах могло привести его в такое отвратительное настроение. Она решила оставить его в покое и не задавать лишних вопросов. Она стала есть фрукты, смакуя каждый кусочек.

56
{"b":"12226","o":1}