ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мне безразлично, какого он будет цвета.

Дейзи тоже было все равно, так что она и смотреть не стала. Ее потрясло, что они чуть не занялись любовью без защиты, ведь даже эти несколько выпадов несли риск. А затем он вернулся, вошел в нее, и она встретила его яростный порыв своим столь же свирепым, требуя всего, что он мог ей дать.

Позже изнемогшая Дейзи задремала, прислонившись к нему, а Джек смотрел в потолок и размышлял, что такое надумал Тодд Лоуренс. В какие игры играет? Происходило что-то непонятное и странное, и его настораживало, особенно когда это что-то касалось Дейзи. У него был отличный слух, а Дейзи во время разговора с Тоддом лежала под ним, и трубка находилась всего в нескольких дюймах от его уха. Он расслышал каждое слово их разговора. Возможно, в нем говорила интуиция копа, потому что ничего подозрительного он вроде бы не услышал, но ему показалось, что Дейзи искусно подводят к определенным клубам. Нет, этот расклад ему вовсе не нравился.

С момента беседы с Питерсеном он каждый вечер бывал в разных барах и ночных клубах. Он наблюдал один эпизод возможного одурманивания, то есть подготовки к «изнасилованию при свидании», и это происходило в клубе «Баффало» в четверг ночью. Так что он явился туда снова в пятницу и субботу, надеясь увидеть что-нибудь еще. Оказалось, что женщина, которую, возможно, опоили, была там с двумя подругами. Джек осторожно их расспросил, но выяснил лишь, что они не только позволили мужчинам угостить себя напитками, но и оставляли эти напитки без присмотра, когда отправлялись танцевать или в туалет. Так что никак нельзя было установить, когда подмешали им дурь и подмешали ли вообще.

Обе другие женщины оставались достаточно трезвыми, чтобы вести машину, что позволило Джеку заподозрить, что третью, несомненно, одурманили. Он помог им доставить подружку до машины и тихонько посоветовал им отвезти ее в больницу, на случай, если ей что-то подмешали. Возвращаясь обратно в клуб, он видел, как они уехали. Все это было проделано незаметно и мирно. Он не поднял шума, не назвался полицейским, потому что если какой-то ублюдок все же подлил ей «джи-эйч-би» или что-то еще, Джеку не хотелось его спугнуть. Он просто продолжал наблюдать, стараясь заметить что-либо или хотя бы вступиться, если какая-нибудь другая женщина попадет в беду. На следующее утро он позвонил Питерсену и сообщил, что, возможно, что-то нащупывается.

Прошлый вечер оборвала драка, но сердце его чуть не остановилось, когда он заметил на танцплощадке Дейзи. Она, видимо, не сознавала, как притягивает внимание своим классным нарядом, особенно по сравнению с одеждой других женщин. Мужчины не сводили с нее глаз, и не только потому, что она отлично танцевала. Они любовались ее ножками и сверкающими глазами, явно говорившими, что она веселится от души. Они заметили ее груди и то, как облегало их ее красное платье. Даже теперь, когда Дейзи лежала голая в его объятиях, при одной мысли об этой груди у него перехватывало дыхание. Его мисс Дейзи была не слишком плоская, не чересчур пышная, а такая, как надо.

Она хотела иметь мужа и детей. Он заводить жену не собирался, не говоря уже о детях, но в нем загорелось чувство собственника. Он не мог его не узнать. Его приводила в ярость одна мысль о том, что в одном из этих клубов она может встретить кого-то, кто ей понравится по-настоящему, что она станет с ним встречаться, спать с ним, а в конце концов выйдет за него замуж… Нет, этот сценарий ему не понравился вовсе. А когда он понял, что вошел в нее без презерватива, какой-то головокружительный момент он продолжал свои выпады, возбуждаясь от соблазнительной мысли, что может потерять контроль над собой и кончить в ней. Если она забеременеет от него… Ха! Он должен будет на ней жениться. Так они договорились. Быть женатым на Дейзи наверняка будет гораздо приятнее, чем на этой суке Хизер, а поглядите, сколько он там продержался.

Он понял, что попал в беду, когда мысль о женитьбе на Дейзи не заставила его встрепенуться и сломя голову бежать прочь. Джек посмотрел на ее спящее лицо и нежно погладил ее голую спину. Может, ему стоит забыть о кондомах и посмотреть, что из этого выйдет? Нет. Не мог он так с ней поступить… разве что она выкажет намерение серьезно связаться с кем-либо… Вот тогда он будет драться за нее, не стесняясь в средствах.

Глава 16

Английский сеттер радостно метался по доходившим до колена зарослям бурьяна, полностью игнорируя повелительные окрики хозяина. Эта была молодая собачка, всего второй раз в жизни выпущенная на волю. Он тренировал ее находить и приносить добычу у себя во дворе, используя самые различные приманки, и ее охотничий инстинкт обычно проявлял себя. А вот на воле ее юная шаловливость иногда брала верх. Ведь вокруг было столько интересных и волнующих запахов, которые необходимо было исследовать: запахи птиц, мышей, насекомых, змей и других неизвестных и манящих вещей.

Особенно интригующим был запах, словно зависший в утреннем воздухе, зовущий ее в поле и леса, окаймлявшие его. Сзади раздавался крик хозяина:

— Лулу, к ноге! Господи прости!

Однако Лулу к ноге не пошла, а лишь махнула хвостом и нырнула в заросли, где интересный запах был погуще. Подергивая чутким носом, она принюхивалась к земле. Хозяин отчаянно вопил:

— Лулу! Ко мне, девочка! Где ты?

Но она, виляя хвостом, энергично начала рыть.

Он увидел раскачивающийся над бурьяном хвост и, проклиная все на свете, буквально продрался сквозь путаницу кустов, вереска и дикого винограда.

Запах становился сильнее, и Лулу возбуждалась все больше. Она попятилась и громко залаяла, сигнализируя хозяину о своем волнении, затем снова бросилась в заросли. Хозяин заторопился к ней, очень встревожившись, потому что лаяла она редко.

— Что такое, девочка? Нашла змею? К ноге, Лулу, к ноге. Лулу ухватила что-то зубами и начала тащить. Но вещь была тяжелая и не поддавалась. Лулу покопала еще, грязь так и летела у нее из-под задних лап.

— Лулу! — Хозяин наконец добрался до нее и ухватил за ошейник, оттаскивая ее назад. В другой руке он сжимал обломанный сук на случай, если придется отгонять гремучку. Но тут он посмотрел вниз и, увидев, что она откопала, попятился, таща ее за собой, с криком «Иисусе!».

Окинув безумным взглядом окрестности, он вдруг испугался, что сделавший это притаился поблизости.

Однако в лесу было тихо, только ветер шелестел листвой.

Они с Лулу потревожили птиц, и те улетели или замолкли, но он слышал их далекую перекличку. Ни один выстрел не нарушал тишину, и никакой маньяк не кидался на них с ножом из-за кустов.

— Пойдем, девочка! Пойдем, — произнес он, пристегивая к ошейнику поводок и поглаживая вздымающиеся от возбуждения бока своей красавицы. — Ты все хорошо сделала. А теперь пойдем отыщем телефон.

Темпл Нолан смотрел на зажатый в руке клочок бумаги с номером. Он ощущал, как им овладевает паники. Какая-то женщина стала свидетельницей убийства Митчелла, хотя Сайкс полагал, что она либо вообще не обратила внимания, либо в темноте не поняла, что происходит, потому что спокойно направилась в клуб «Баффало».

Он старался уверить себя, что Сайкс прав, но все внутри его скручивалось от страха. Хватит одной свободно болтающейся ниточки, чтобы распустить весь стройный узор. Сайкс должен был сам заняться Митчеллом, а не брать в помощь этих двух болванов. И вообще им следовало дождаться, пока Митчелл окажется не в таком публичном месте, прежде чем набрасываться на него. Они должны были… — «А-а, черт бы их побрал», — они должны были сделать очень многое, но теперь поздно говорить об этом. Теперь все, что можно было сделать, — это постараться удержать неприятности в рамках и надеяться, что тем все и кончится.

Он взял трубку телефона в своем кабинете и набрал коммутатор шефа Рассо. Ева Фэй ответила с первого же звонка.

— Ева Фэй, это Темпл. Шеф на месте? — Он всегда сразу называл свое имя. Во-первых, люди тогда становились более доброжелательными и общительными. Во-вторых, это был маленький городок, и если бы он настойчиво повторял свой титул, мог разнестись слух, что он считает себя лучше других. Он жил в большом доме, был членом престижного хантсвиллского загородного клуба и жалкого хилсборского, вращался в очень узких кругах элиты, но пока вел себя как славный парень, местные жители продолжали его выбирать.

41
{"b":"12227","o":1}