ЛитМир - Электронная Библиотека

Ниема застыла посреди кухни, оцепенев от его прикосновения. Нет, ей не холодно. Она дрожит, но ей не холодно. Это его прикосновение заставило ее затрепетать. Боже правый! А что же будет, когда…

— Нет, — приказала она себе вслух. — Остановись. И не воображай, как будешь заниматься с ним любовью.

Мужчины, подобные Джону Медине, не занимаются любовью; они занимаются сексом. Они не привыкли строить партнерские отношения и довольствуются случайными связями.

Несмотря на пять лет, прожитых в одиночестве, Ниема лелеяла надежду когда-нибудь снова выйти замуж и обзавестись детьми. Но этот семейный рай рисовался ей в туманном будущем, а главное, отсутствовали кандидаты в мужья, и все же она продолжала надеяться, что ее жизнь в конце концов войдет в спокойную семейную колею. Если же она свяжется с Джоном, можно сразу попрощаться с этой мечтой. Ей не удастся вести оседлую жизнь с этим человеком, даже при условии, что у нее с ним возникнет роман.

Пусть окружающие считают Джона невинной овечкой; она-то знает, что под шкурой овцы таится волк. А еще лучше она знает себя и свое пристрастие к авантюрам. Если она переспит с Джоном, для нее больше не будет пути назад. Никакая сила тогда не заставит ее вернуться. А если она с ним не переспит, то так и не узнает, что потеряет. Она может догадываться, но никогда не узнает наверное; следовательно, в этом случае счастье с гипотетическим заурядным семьянином в далеком будущем представляется вполне осуществимым.

Да и какая, в сущности, разница? — думала она, прижав ладони к животу, чтобы унять нервную дрожь. Он уехал. Если их план не сработает, она его больше не увидит. Хотя он пообещал вернуться, она не очень-то ему поверила. Она не могла заставить себя доверять ему, поскольку в таком случае стала бы мечтать о том, что он к ней вернется, а эта мечта таила в себе огромную опасность.

Ниема упаковала вещи в потрепанные чемоданы, которые ей передали накануне отъезда. Симпатичные чемоданчики, подумала она. И дорогие, и фирма известная, что лишний раз подтверждает ее вымышленную биографию. И в то же время чемоданы выглядят так, словно она объездила с ними полмира. На бирках красовались ее новое имя и фамилия.

Ниема надела стильное платье рубашечного покроя из зеленого льна, дополнив его кардиганом, на ноги — удобные туфли на низких каблуках. Несмотря на кажущуюся простоту, а может, и благодаря именно этой простоте весь ансамбль выглядел очень элегантно и дорого. День выдался ясный, солнечный; задержка рейса по причине плохой погоды исключена. Ниема ужасно нервничала — от волнения или от страха. Но внутренне была готова к выполнению возложенной на нее миссии и торопилась улететь в Париж немедленно. Ей не терпелось встретиться с Луи Ронсаром и проверить, действительно ли женщине достаточно вздохнуть, чтобы обольстить мужчину. Джон хочет, чтобы она получила приглашение на виллу Ронсара; он сможет справиться и без нее, но всегда спокойнее, когда тебя могут подстраховать. Она во что бы то ни стало должна получить приглашение.

Ниема не без отвращения вспомнила о тех мерах предосторожности, на которых настоял Джон: он убедил ее взять противозачаточные таблетки, уверяя, что так поступают все разведчицы. Уж не думает ли он, что она будет спать с Ронсаром? Ниема знала, что женщины частенько использует секс с целью добиться своего как в обыденной жизни, так и в разведке. Ну нет, она не настолько предана своей работе; она не станет спать с торговцем оружием, каким бы он ни был красавцем.

Машина подъехала минута в минуту, и таксист подошел к ее двери, чтобы вынести багаж. Когда он отправился с поклажей обратно к калитке, Ниема обошла свой уютный домик. Она никак не могла отделаться от мысли, что больше никогда сюда не возвратится. «Я уезжаю ненадолго, — убеждала она себя. — Неделя, другая, и я снова буду дома, и все вернется на круги своя. И игра в шпионов закончится раз и навсегда».

Она тщательно заперла дверь и установила сигнализацию, которую Джон успел починить. Общение с ним сделало ее более осторожной: не доверяя сигнализации, она проверила щеколды на окнах и дверях. Для ламп и телевизора она приобрела таймер, чтобы создать по крайней мере видимость своего присутствия. Джон пообещал, что сотрудники ЦРУ присмотрят за ее домом, пока она в отъезде, и поэтому волноваться особенно не стоило.

Ниема поспешила по дорожке к выходу. Настроение ее заметно улучшилось. Наконец-то она вернулась к настоящей жизни!

В Париже ее встретил шофер в униформе; он взял у нее багаж и проводил ее в «мерседес-бенц». Ниема опустилась на мягкое кожаное сиденье и со вздохом закрыла глаза. «Конкорд» ли задержался в пути или ее организм автоматически отреагировал на смену часовых поясов? Сверхзвуковой реактивный самолет долетел гораздо быстрее обычного пассажирского лайнера, и все же она так устала, словно провела в полете целый день. Сейчас она мечтала только о ванне и кровати.

Охранник проверил их машину и лишь потом впустил их на территорию посольства. Когда автомобиль остановился у подъезда, вниз по ступенькам сбежала высокая стройная женщина лет шестидесяти с ослепительно белой сединой. Она раскрыла объятия и воскликнула:

— Ниема! Как я рада тебя видеть!

Это и есть супруга посла Терио, Элеонора, старый друг семьи, догадалась Ниема. Шофер открыл дверцу автомобиля, и Ниема вышла навстречу миссис Терио.

— Ты выглядишь усталой, — сказала миссис Терио, ласково, по-матерински потрепав ее по щеке. — Тяжелый был перелет? Наверное, на запад лететь хуже, чем на восток. Или наоборот? Все время путаю! Но это не важно, поскольку я всегда плохо переношу смену часовых поясов.

Ниема поняла, что миссис Терио своей болтовней дает ей возможность немного прийти в себя и собраться с мыслями. Она улыбнулась вымученной улыбкой.

— Да, я и в самом деле устала, но не намерена отлеживаться весь свой отпуск.

— Не беспокойся об этом, — проворковала миссис Терио, поднимаясь с ней вверх по ступеням в посольство. — Выспишься, отдохнешь, и все будет в порядке. Тебе некуда торопиться.

Из этих слов Ниема заключила, что сегодня к обеду ее не ждут, иначе это вызовет дополнительные сложности.

— В таком случае я с удовольствием подремлю часок-другой.

Улыбаясь и мило беседуя, словно старые знакомые, Элеонора и Ниема подошли к лифту, который отвез их на четвертый этаж.

— Это твоя комната, — сказала Элеонора, открыв дверь в спальню, убранную в роскошном стиле, представляющем собой изысканное сочетание старины и современного декора. В комнате преобладали бирюзовые, персиковые и белые тона. Кровать такая высокая, что к ней приставлена специальная лесенка, а матрас такой толстый, что в нем можно утонуть. — Здесь ванная, — продолжала миссис Терио, открывая белую дверь, и Ниема окинула взглядом бронзовые краны (или золотые?). — Твои чемоданы сейчас принесут в комнату. Если хочешь, я пришлю к тебе горничную, и она их распакует.

Ниема хотела было сказать, что справится и сама, но тут же сообразила, что Ниема Джемисон привыкла к такого рода услугам.

— С вашего позволения я сначала немного отдохну, — ответила она. — А чемоданы можно распаковать и потом.

— Ну конечно, моя дорогая. Я скажу, чтобы тебя не беспокоили. — Миссис Терио подошла к столу, написала коротенькую записку и передала ее Ниеме. — Когда проснешься, мы с тобой обстоятельно побеседуем. У меня порой просто не хватает времени поддерживать постоянные дружеские контакты. Скажи мне, что у Жаклин и Сида все в порядке, и можешь ложиться спать.

Жаклин и Сид были вымышленными родителями Ниемы.

— У мамы с папой все хорошо, — ответила она. — Они сейчас в Австралии на отдыхе.

— Как я им завидую! Но не буду мучить тебя расспросами. Отдыхай, дорогая моя. — Она порывисто обняла Ниему и вышла из комнаты.

Ниема пробежала глазами записку. «Не надейся, что можешь доверять каждому, кто работает в посольстве. — писала миссис Терио. — Старайся всегда и со всеми придерживаться своей легенды».

27
{"b":"12229","o":1}