ЛитМир - Электронная Библиотека

А Ронсар сейчас наблюдает за ними и пытается понять, что между ними происходит. Ниема нервно сглотнула, решая про себя, стоит ли ей залепить Джону (то есть Темплу) пощечину. Нет, она сама позволила ему целовать себя, а Ниема Джемисон никогда не была лицемеркой.

К черту Ниему Джемисон; сейчас она слишком потрясена, чтобы играть чужую роль. Теперь она снова Ниема Бердок, и эти две женщины ужасно похожи. Может, Джон нарочно подстроил так, чтобы история Ниемы Джемисон совпадала с ее собственной и она играла саму себя?

Итак, Ниема Бердок со спокойным достоинством повернулась и пошла прочь. Никакой истерики, никаких театральных жестов. Выйдя из сада в патио, она увидела, что Ронсар и в самом деле стоит у балконной двери и наблюдает за ними. Он вырисовывался темным силуэтом на фоне ярко освещенного окна, и она не могла угадать выражение его лица. Собравшись с духом, Ниема приблизилась к нему.

Он молча смотрел на нее сверху вниз. Она встретилась с ним взглядом, мысленно приготовившись увидеть в его глазах циничное недоверие, но вместо этого там было беспокойство и тревога. Губы ее задрожали, слезы затуманили взор.

— О Господи, — прошептала она. — Но как же?

Ронсар протянул ей руку, Ниема оперлась о нее, и он повел ее в дом, как будто ничего не случилось. Ронсар не спешил и все же довольно быстро провел ее через переполненный зал. Ее пальцы вцепились в его руку, как бы ища поддержки. Ниему трясло с головы до ног.

В соседней комнате располагался буфет для гостей. Повсюду были расставлены столики для тех, кто пожелает перекусить в доме. Впрочем, можно было поесть и в патио около бассейна. Ронсар усадил Ниему за свободный столик и, подойдя к буфету, наполнил две тарелки всякой снедью. По его знаку появился официант с двумя бокалами шампанского.

— Я заметил, что вы не пили спиртного, — сказал Ронсар. — Попробуйте. Мое шампанское гораздо лучше той гадости, которую подавали у премьер-министра. Кроме того, — и он лукаво усмехнулся, — вам необходимо прийти в себя и успокоиться.

Она выпила шампанского и поела клубники. Он посоветовал ей попробовать и торт, и Ниема с трудом проглотила кусочек.

— Похоже, я вел себя с вами слишком по-джентльменски, — промолвил он, глядя на нее смеющимися глазами.

Надо было просто схватить вас в охапку, поцеловать и разом покорить своим мужским магнетизмом. Но, к сожалению, дорогая моя, это не мой стиль.

— Я… я тоже думала, что это не мой стиль, — еле вымолвила она.

— Магию влечения можно назвать своего рода алхимией, хотя и переоценивать ее не стоит. — Он похлопал ее по руке. — А теперь я сделаю то, чего никогда бы раньше не сделал. Сам себе удивляюсь.

— И что же? — Юмор Ронсара действовал на нее успокаивающе. Итак, она отвечала на поцелуи Джона со страстью. Но ведь так и было задумано. Это часть их плана. Джон и понятия не имеет, что она не притворялась и позволила себе отдаться наслаждению физической близости, которому сопротивлялась с того самого дня, как Джон Медина вошел в ее жизнь.

— Мистер Смит…

— Он сообщил мне свое настоящее имя, — перебила она его, потирая переносицу, чтобы скрыть усмешку и немного ослабить головную боль.

— Ну, тогда… знаете, он ведь не стал бы использовать псевдоним без серьезной на то причины. Он не кинозвезда, не знаменитость, дорогая моя. Совсем напротив. Все военные разведки мира охотятся за его головой.

Ниема уставилась на него во все глаза, притворяясь, что размышляет над его словами.

— Он… он террорист? — выдохнула она почти беззвучно.

Ронсар молча кивнул.

Ниема отпила шампанского из бокала, но в горле у нее по-прежнему был комок.

— Он первый мужчина, которого я поцеловала после того, как мой муж…

Пять лет. Пять лет как погиб Даллас, и она ни разу не чувствовала ничего подобного с теми вполне приятными мужчинами, с которыми встречалась. Она ни разу не смогла позволить себе поцеловаться с кем-то из них — не потому, что считала это предательством, но потому, что не хотела притворяться. Граница между ролью и реальностью стерлась окончательно, и теперь уже сама Ниема Бердок пыталась разобраться, что же произошло с ней в объятиях Джона Медины.

— Я не могу больше здесь оставаться, — сказала она, поднимаясь. — Я пойду к себе в комнату. Луи…

— Я понимаю вас. — Он тоже поднялся, и на его красивое лицо снова легло облачко тревоги. — Я не вправе вам ничего посоветовать, моя дорогая; решение вы принимаете сами. Но сделайте выбор, имея в своем распоряжении все факты. И каково бы ни было ваше решение, я всегда буду ценить вашу дружбу.

Господи, ну как он может быть таким заботливым и милым и одновременно тем, кто он есть? Ниема поняла, что нисколько не приблизилась к разгадке такого непонятного явления, как Луи Ронсар. Но какой бы яркой ни была его личность, для нее все это потеряло значение после того, как он подошел к ней вместе с Джоном.

Ниема не глядя пожала его руку.

— Благодарю вас, — сказала она и поспешно вышла из комнаты.

Глава 19

В три часа ночи занавески на балконных дверях зашевелились. Ниема лежала в темноте без сна, ожидая появления Джона. Она не слышала ни звука — только видела, как затрепетали занавески, затем его темный силуэт на фоне окна.

Она села в постели и плотнее запахнула халат. В комнате царил мрак, и они не могли разглядеть друг друга как следует, но Ниема решила, что ей сейчас потребуется обезопасить себя всеми возможными способами. Он пересек комнату бесшумно, как призрак, и приблизился к высокой кровати с пологом на четырех столбиках. Наклонившись, он прошептал ей в ухо:

— Ты осмотрела комнату?

— Я сразу все проверила, — ответила она также шепотом. — То, что мне удалось обнаружить, относится к общей системе безопасности. Так что все чисто.

— А вот у меня нет.

— Постоянные или временные «жучки»?

— Постоянные. Ронсар ведет наблюдение за теми, кого помещает в эту комнату. Возможно, все остальные комнаты в этом крыле тоже прослушиваются, и он сам решает, кого туда поселить.

Он присел на край постели, и матрас под ним прогнулся. Ниему охватила легкая паника, но она тут же взяла себя в руки. Вряд ли он попытается ее поцеловать сейчас — в этом нет необходимости, они же одни.

— Тебя не слишком шокировало то, что произошло сегодня вечером? — спросил он с тревогой в голосе. — У тебя был такой остолбенелый вид. Я думал, ты поняла наш план.

— Не совсем, — вымолвила она, стараясь говорить как можно безразличнее. — Но ничего, я справилась.

Лицо Джона выделялось в темноте бледным пятном, но теперь, когда он был так близко, она смутно различала его черты и чувствовала жар его тела сквозь простыню.

— Ты отреагировала правильно и хорошо сыграла свою роль.

Спасибо на добром слове, конечно, но она не играла. Она сохранила благоразумие, но ни капли не притворялась. Ее волнение было настоящим, неподдельным, и это пугало ее больше всего. Джон думает, что ее реакция вызвана удивлением, и так даже лучше.

— Все в порядке, — повторила она и добавила, желая переменить тему:

— Какие у нас планы на завтра?

— Мы с Ронсаром обговорим условия сделки. Если мне повезет, он пригласит меня в свой офис. Если нет, я сам его найду.

— Я могу дать тебе примерные координаты. Офис Ронсара находится в западном крыле на первом этаже. У Ронсара есть секретарша Кара Смит, которая бывает в офисе в его отсутствие.

— Значит, нам их обоих придется отвлечь. Я что-нибудь придумаю. Завтра же отыщу офис, проверю там сигнализацию, и мы заберемся туда ночью. Ты поставишь «жучок», я скопирую файлы, а потом мы исчезнем, так что никто ни о чем не догадается.

Если только все пойдет по плану. Все может случиться, в этом Ниема уже убедилась.

— Я тут прихватил тебе подарочек. — Он порылся в кармане и сунул ей в руку металлический предмет, нагретый его телом. Ниема машинально стиснула пальцы на рукоятке пистолета. — Это «ЗИГ». Он поменьше, чем тот, с которым ты тренировалась, но это исключительно для того, чтобы его тебе легче было спрятать.

40
{"b":"12229","o":1}