ЛитМир - Электронная Библиотека

Если кто-нибудь их увидит в таком обличье, то немедленно обратится в полицию.

Джон перекрестил провода, и мотор закашлял, пытаясь завестись. Джон опустился на сиденье и плавно нажал педаль газа. Двигатель издал пронзительный звук, напоминающий жужжание швейной машинки, и автомобиль завелся. Не закрывая дверцу, Джон выжал сцепление и переключился на первую передачу; когда он отжал сцепление, автомобиль медленно двинулся с места. Проехав пятнадцать ярдов по дороге, он захлопнул дверцу.

— Сколько времени? — спросила Ниема, откинувшись на спинку сиденья. Ее ступни гудели. Она сбросила босоножки. Вряд ли она сможет потом натянуть их вновь, но ей уже было все равно. Наконец-то она хоть немного отдохнет! Ниема чуть не застонала от облегчения.

Он взглянул на часы.

— Три. У нас есть два-три часа, прежде чем машины хватятся. Почему бы тебе пока не вздремнуть?

— Я не хочу спать. — И это была правда. Она страшно устала, но спать ей не хочется. Ей хочется есть, пить и сунуть ноги под прохладную воду.

— Скоро захочешь. Когда содержание адреналина в крови понизится, тебя сморит сон.

— А ты? У тебя что, не выделился адреналин? — съязвила она, удивляясь собственной раздражительности.

— Я к этому привык. И сумею справиться с упадком сил.

— Я тоже чувствую себя прекрасно.

На самом деле все не так прекрасно, как она старается ему внушить. Она бросила на него косой взгляд. Его сильные руки уверенно сжимали руль, выражение лица было спокойным и невозмутимым, как будто он отправлялся на воскресный пикник. Возможно, внешне она выглядит такой же спокойной, но внутренне сжалась, как пружина.

— Хочешь, поговорим об этом?

— Нет, — быстро ответила она. Ее охватил ужас. Не надо даже уточнять, что он имел в виду под словом «это».

Ниеме вовсе не хотелось, чтобы он сейчас спокойно и рассудительно посоветовал ей относиться к тому, что произошло между ними, как к работе. Она найдет в себе силы пережить это и расстаться с ним, сохранив самоуважение.

— Нам придется поговорить рано или поздно.

— Нет, лично я хочу поскорее это забыть.

Он помолчал, на скулах заходили желваки.

— Ты злишься на себя или на меня?

«Господи, ну почему он не оставит меня в покое?»— в отчаянии подумала Ниема.

— Ни на кого. То есть на нас обоих.

— Исчерпывающий ответ.

— Если тебе нужен исчерпывающий ответ, обратись к словарю.

И снова молчание, как будто он мысленно взвешивает ее слова.

— Хорошо, отложим разговор на некоторое время, но мы обязательно вернемся к этой теме.

Она ничего не ответила. Ну как он не поймет? Говорить о том, что произошло, значит бередить свежую рану, которая снова станет кровоточить. Впрочем, как он может это понять, если сам не испытал того же, что она?

— Как далеко до Ниццы?

— Пара сотен миль по автостраде, а если поедем через горы, то еще меньше. Прямой путь вряд ли окажется быстрее, особенно на этой машине. Мощности у нее маловато — в гору она будет тащиться еле-еле.

— Но по автостраде мы должны приехать в Ниццу примерно к семи часам утра.

— В пригород. Придется остановиться и поменять автомобиль.

— Зачем?

— Мы находимся слишком близко от поместья Ронсара. Он непременно узнает об угоне автомобиля. Нам надо угнать новый.

— Но где?

— Думаю, в Балансе. Посмотрим, не найдется ли там чего-нибудь подходящего.

Похоже, что они становятся профессиональными угонщиками машин. Забавно. Итак, ей хотелось приключений. Что ж, Джон Медина вполне подходит для этой цели — с ним не соскучишься. Но Ниема все чаще и чаще вспоминала о своем доме, как о мирном убежище, в котором она сможет спокойно поразмыслить над тем, как ее угораздило влюбиться в этого человека. Она представила себе свой уютный домик, где все было сделано по ее вкусу, если не считать двойных крючков на окнах и дверях.

— Если мне удастся сесть в самолет, то завтра в это время я уже буду дома, — промолвила она и тут вдруг вспомнила про паспорт. — Ах, черт, а паспорт? Как же я теперь попаду в Штаты?

— Мы, возможно, отправимся домой на военном корабле.

«Мы»? Он собирается поехать вместе с ней? Вот это новость.

— Ты тоже возвращаешься в Вашингтон?

— Да, на неопределенное время.

Он не стал вдаваться в объяснения, а Ниема и не расспрашивала его. Откинув голову на спинку сиденья, она закрыла глаза. Спать она не может, но может отдохнуть.

— Булочник сообщил, что его автомобиль угнали рано утром… вот здесь. — Ронсар указал пальцем точку на карте. Деревенька находилась в тринадцати километрах от виллы на узкой дороге, которая вилась к югу и пересекалась с автострадой. Несколько охранников сгрудились вокруг стола, пока он говорил по телефону со своим человеком, имевшим доступ к местной полиции.

Если Темпл отправился на юг, он сейчас находится в том же районе, что и деревенька.

— Какой марки автомобиль? Какого цвета? Номер? — Он записывал под диктовку. — Да, благодарю. Держи меня в курсе.

Он вырвал листок из блокнота.

— Найдите эту машину, — сказал он, протягивая листок охранникам. — Она движется по автостраде, ведущей к Марселю. Привезите его ко мне живого, если удастся. Если же нет… — Он пожал плечами.

— А женщина?

Ронсар заколебался. Он не представлял, какое отношение имеет Ниема ко всей этой истории. Он самолично обыскал ее комнату и не нашел там ничего подозрительного. Неужели Темпл ее похитил? В одном он нисколько не сомневался: Темпл от нее без ума. Он смотрел на нее таким жадным взглядом, что ошибки тут быть не могло. Вполне возможно, что они сообщники, но если это не так, Темпл способен увезти ее силой, если она отказалась последовать за ним добровольно.

Ниема, которую он знал, была довольно странной, резкой на язык, но доброй женщиной. Он вспомнил, как она учила Лауру пользоваться косметикой, ее искреннее сочувствие и такт. Она обращалась с ней не как с тяжелобольной, а как со вполне нормальным ребенком. В этом она могла сравниться с недетской способностью Лауры понимать взрослые вещи.

И ради Лауры он произнес:

— Постарайтесь не причинить ей зла. И привезите ее ко мне.

Глава 25

Они приехали в Баланс на рассвете. Джон лавировал по улицам города, высматривая подходящую цель. В городке проживало около шестидесяти тысяч человек, поэтому угнать машину представлялось задачей несложной.

Джон покосился на Ниему, сидевшую прямо, как по струнке, и лицо его помрачнело. Из-за него она сегодня чуть не погибла. Он был так уверен, что эту задачу выполнит без особого труда, что, казалось, мог все проделать с закрытыми глазами. Но им едва удалось ускользнуть целыми и невредимыми.

И он продолжает подвергать риску ее жизнь. Он понимал это и все равно не мог заставить себя позвонить и сказать, чтобы их забрали в безопасное место, — он сделает это, но не сейчас: то, что произошло между ними в офисе Ронсара, отнюдь не игра, и ему не удастся закрыть глаза на этот факт.

Один телефонный звонок — и все будет улажено. В течение часа их отыщут и отправят в Ниццу, где он переправит файлы и завершит свою задачу. Но она, Ниема, приложит все усилия, чтобы как можно скорее уехать домой и избавиться от его общества. Он этого не допустит, пока они откровенно не поговорят.

Он сделал все возможное, чтобы не дать ей понять, что он без ума от нее, и теперь это сработало против него. Ниема считает, что для него она не более чем развлечение. Интересно, как бы она повела себя, если бы он сказал ей правду? Если бы он сказал, что хотя произошедшее в офисе Ронсара первоначально задумывалось как сценка для отвода глаз, он беззастенчиво воспользовался возможностью обладать ею? И что еще хуже, он проделал бы это снова, если бы ему представился удобный случай. Он готов обладать ею как угодно и где угодно.

Все, что он говорил на вилле Ронсара, все, что он делал там, было правдой. Вот почему Ронсар так легко поверил в искренность его слов. А Ниема, похоже, ни о чем не догадывалась. Он знал, что она хочет его и испытывает к нему физическое влечение, граничащее со страстью. Может, он просто наловчился играть роли. А он устал все время носить маски; когда он поцеловал ее, ему захотелось, чтобы она поняла, что он целует ее потому, что хочет этого, а не потому, что так надо по сценарию.

52
{"b":"12229","o":1}