ЛитМир - Электронная Библиотека

На следующий год, теперь уже сознательно, для продажи, Ди посадила много овощей, но вскоре обнаружила, что ей трудно должным образом ухаживать за ними. Она не успевала уничтожать сорняки, и качество овощей ухудшилось. Но все же, благодаря мистеру Винчесу, Ди заработала небольшие деньги и сумела сделать достаточные запасы продовольствия на зиму.

Весной, когда Ди сажала свой третий огород, на участке, расположенном южнее Проспера, обосновался новый владелец. Кайл Беллами был молод, лет двадцати восьми, и очень хорош собой. Несмотря на это, Ди невзлюбила его с первого взгляда. Он казался ей слишком агрессивным и высокомерным. Беллами намеревался создать огромную усадьбу, приобретая землю в округе. Единственным человеком, которого он остерегался и с которым считался, был Эллери Кохран.

Решив, что для его растущей усадьбы необходим еще один источник хорошей воды, Беллами предложил Ди продать ему долину Ручья Ангелов. Больших усилий стоило ей не рассмеяться в ответ на это нахальное предложение. Но Ди сумела вежливо отказать.

Через некоторое время Беллами предложил ей гораздо большую сумму. И получил столь же вежливый и решительный отказ. В третий раз он предложил еще больше, предупредив Ди, что это его последняя цена.

Он явно не намерен был отступать, и Ди решила объяснить ему свой отказ.

— Мистер Беллами, дело не в деньгах, — сказала она решительно — Я не хочу никому продавать землю ни за какую цену. Я не хочу уезжать отсюда. Это мой дом.

Кайл Беллами привык иметь все, что хотел. Вопрос состоял лишь в том, сколько он собирался потратить денег. Поэтому он был потрясен непреклонностью Ди. В ее спокойных зеленых глазах Беллами прочел приговор своему намерению. Сколько бы он ни предложил, она не собиралась уступать. А он так хотел получить эту землю. Но поскольку земля не продавалась, он нашел выход из этого положения, решив жениться на Ди. Когда Ди Сван задумывалась о будущем, она всегда представляла себе, что когда-нибудь выйдет замуж и у нее будут дети. Но предложение Кайла Беллами заставило ее осознать: это совсем не то, чего бы она хотела. Хозяйка Ручья Ангелов вдруг поняла, что не намерена выходить замуж. Сначала это открытие потрясло Ди. Но потом она вспомнила, насколько независимость и самостоятельность устраивали ее. Два с половиной года прошли со дня смерти отца. И теперь девушка взглянула на себя и свою жизнь совсем другими глазами. Она увидела иную Ди Сван — взрослую и сильную. Поэтому, отчужденно посмотрев на Кайла Беллами, она произнесла:

— Благодарю вас, мистер Беллами, но я никогда не выйду замуж.

История сватовства Кайла Беллами к Ди Сван имела странные последствия. Некоторые ковбои сочли забавным проскакать по огороду Ди, стреляя в воздух из револьверов, пугая животных и крича. Но им пришлось убедиться, так же, как и недавним ухажерам, насколько опасно недооценивать мисс Сван. Огород кормил ее, и она защищала его с помощью своего грохочущего двуствольного дробовика. Ди, конечно же, поняла, что это весельчаки из усадьбы Беллами. В округе возникало все больше маленьких ранчо, и новички, работавшие на них, тоже не стеснялись беспокоить Ди Сван.

В период созревания урожая она спала с полуоткрытыми глазами и дробовиком в руке, готовая в любой момент дать отпор компании горланящих ковбоев, которые не находили ничего плохого в том, чтобы потревожить хозяйку дома. Но Ди решила, что переживет эти набеги, со временем даже привыкла к ним. Если бы она почувствовала серьезную угрозу, то не ограничилась бы стрельбою дробью. Впрочем, это была, пожалуй, единственная досадная помеха в ее жизни.

Прошло шесть лет с тех пор, как умер ее отец… Окинув взглядом долину, огород, свою маленькую хижину, Ди осталась довольна увиденным. У нее было все необходимое, и даже несколько изящных дорогих безделушек. Она имела небольшую сумму в банке, отложенную на черный день, кредит в магазине Винчеса, а главное — чудесную плодородную землю. В хлеву стояли две коровы и бык, которые время от времени дарили ей телят. Куры копошились на лужайке перед домом. А еще у нее была лошадь, выносливое животное, тянувшее плуг, тележку и иногда возившее молодую хозяйку на своей спине. Все это принадлежало Ди Сван, и всего этого она добилась сама.

Когда женщина выходила замуж, все, чем она владела, становилось собственностью ее мужа. Ранчо управляли, как правило, мужчины. Ди не видела смысла в том, чтобы когда-либо отказываться от власти над своей землей. И если это означало, что ей пришлось бы остаться старой девой, ну что ж, в жизни случались вещи и похуже. Ди Сван была действительно независимой. В те времена это являлось большой редкостью. Обитатели Проспера и окрестных ранчо считали ее странной, но трудолюбивой и честной женщиной. Ее уважали. И такое отношение вполне устраивало хозяйку Ручья Ангелов.

Глава 2

На деревьях появились почки, верный признак прихода весны. Несмотря на холодный ветер, задувавший с гор, еще покрытых белыми зимними шапками, Лукас Кохран ощущал едва различимый аромат новой жизни, свежей и молодой. Он провел десять долгих лет вдали от земли, которую любил, и теперь, вернувшись на родину, чувствовал, что все еще не насытился своими впечатлениями. А воспоминания, охватившие Лукаса, уносили его в прошлое

Он родился на этой земле в грязной землянке через пять месяцев после того, как его отец перевез семью на запад от Теннеси. Они поселились в обширной долине и были единственными белыми на сотни миль вокруг. Лукаса восхищала та смелость, с какой его мать, ожидавшая ребенка, отправилась сюда с малышом, первенцем Кохранов, которому едва исполнился год.

Первое время индейцы еще не были встревожены вторжением на их территорию странных белых людей. Оглядываясь назад, Лукас решил, что золотая лихорадка 1848 года в Калифорнии и была началом настоящей вражды между индейцами и белыми. Тысячи людей потянулись на запад, и только единицы возвратились домой. Эта миграция белых, естественно, настораживала индейцев. В 1858 территорию Колорадо тоже охватила золотая лихорадка. Массовое вторжение белых привело к открытой вражде, а затем и к войне с индейскими племенами.

Между тем усадьба Кохранов росла, почти сто человек трудились в ней. Грязную землянку сменила грубо сколоченная хижина. Эллери Кохран занимался строительством большого дома для своей жены и сыновей. Лукасу исполнилось четырнадцать лет, его рост приближался к шести футам, а физической силой он мог равняться с взрослым мужчиной. Шестнадцатилетний Мэтью обладал той пылкостью, которая свойственна всем юношам на пороге взросления. Мальчики были неразлучны, причем жизнерадостность Мэтью компенсировала более сдержанный характер Лукаса. Но младший брат часто удерживал старшего от свойственного тому авантюризма.

Самый младший Кохран, Джон, был на шесть лет моложе Лукаса и из-за значительной разницы в возрасте не участвовал в забавах неразлучных старших братьев. Предоставленный самому себе, всегда тихий и замкнутый, он обычно в стороне наблюдал за ними, но иногда братья позволяли ему принять участие в их буйных играх. Узкое, серьезное личико маленького Джона очень ясно запечатлелось в памяти Лукаса.

В тот день, когда индейцы напали на дом Кохранов, почти все мужчины отсутствовали. И это, очевидно, было известно коварным нападающим. Мэтью и Лукас оказались в доме случайно, вернувшись из-за того, что лошадь Мэтью потеряла подкову. Элис, их мать, настояла, чтобы они съели ленч перед тем, как ехать обратно. Сидя за столом с ней и Джоном, неразлучные братья услышали первые крики.

Индейцы не имели огнестрельного оружия, но их было раз в пять больше немногочисленных защитников дома, которым требовалось много времени, чтобы перезаряжать ружья. Быстрота атаки — тактика индейцев — была головокружительной. Лукас различал только неясные звуки, разрывы пороха, панику, когда, не спуская глаз с индейцев, пытался перезарядить ружье. Он, Мэтью и Элис только заняли позицию у окна, как мать неожиданно вскрикнула, увидев восьмилетнего Джона, стоявшего у незащищенного окна и смело направившего вниз ствол пистолета, столь тяжелого для него, что ему пришлось держать его обеими руками. Лукас, ближайший к малышу, схватил и толкнул его за перевернутый стол, приказав оставаться там. Когда он повернулся, то увидел выбитую дверь и Мэтью в рукопашной схватке с индейским воином. В одной руке индейца была дубинка, а в другой — сверкающий нож. Лукас схватил пистолет, брошенный Джоном, и опустился на одно колено, выжидая момент, чтобы выстрелить. Но массивный индеец опрокинул Мэтью на пол и вонзил ему в грудь длинный нож. Тогда Лукас выстрелил наверняка, но смог только отомстить за смерть Мэтью, а не спасти брата.

3
{"b":"12230","o":1}