ЛитМир - Электронная Библиотека

Он ущипнул ее за подбородок.

— Только потому, что ты так же чертовски умела в этом деле, дорогая.

Тилли пожала плечами и ничего не сказала. Каш изучающе смотрел на ее лицо с тонкими чертами, отыскивая в нем какой-нибудь признак той жизни, которую она вела. Но это светлое лицо было безмятежно, как у монахини. Она мало изменилась со времен своей юности в Новом Орлеане.

— Почему ты не возвращаешься? Ты бы могла сделать это. Никто бы ничего не узнал.

Она немного отстранилась от него, и ее взгляд стал непроницаемым.

— А почему я должна хотеть вернуться?

— Твоя семья — одна из богатейших в Луизиане. Зачем тебе жить вот так, в одной комнатке над салуном, когда ты можешь иметь особняк?

— Я не могла терпеть ту жизнь, даже когда была девочкой, — спокойно произнесла она. — Правила, запреты, отношение, как к безмозглой кукле. Я уже долго живу самостоятельно и сама принимаю решения, хорошие или плохие. Как могу я вернуться, даже если отец пустит меня в дом, зная, что в лучшем случае все повторится? В худшем, он будет держать меня взаперти, чтобы я не могла повредить репутации семьи сильнее, чем уже сделала.

— Твоя семья знает, где ты?

— Нет. Они считают, что меня нет в живых.

— Твой отец мог уже умереть, а ты ничего не знаешь об этом.

— Время от времени я получаю новости из Нового Орлеана. Шесть месяцев назад он был жив. Я не желаю ему смерти, — сказала она, улыбнувшись Кайлу. — Он мой отец. Он не жестокий человек, просто очень строгий, и я не могла жить по его правилам. Поэтому я ушла. Но почему мы говорим обо мне вместо того, чтобы обсуждать твои планы?

— У меня их нет. Я сделал попытку и проиграл.

— На тебя не похоже, чтобы ты сдавался, — упрекнула она его.

— Я никогда не хотел ничего так сильно. Не представляю, чтобы я занялся чем-нибудь другим с таким же интересом.

Она нежно прикоснулась к его щеке тонкими пальцами.

— Завтра может пойти дождь. Или послезавтра. И у меня есть деньги. Я всегда могу помочь тебе, чтобы ты выкрутился.

Он покачал головой:

— Они могут понадобиться тебе. Если ранчо разорятся, это же произойдет и с городом. Тебе придется устраиваться где-то еще.

— Положение еще не настолько угрожающе. Я всегда надеюсь на лучшее.

— Но нужно готовиться к худшему.

За несколько лет их знакомства он встречался с ней в различных местах и в разных ситуациях. Он видел ее оборванной и голодной, но даже тогда она строила планы и никогда не выбрасывала на ветер жалкие остатки своих денег. Какое-то время они жили на его карточные выигрыши, всегда готовые скрыться из города, если бы кто-нибудь заметил его манипуляции. Им приходилось скитаться по дешевым номерам, согревая друг друга под одним тонким одеялом в холодные ночи. А однажды, когда ему крупно повезло в игре, они провели трое суток, занимаясь любовью, в мягкой постели роскошного отеля.

Потом они разошлись по причине, которую он теперь не мог вспомнить. У каждого из них имелись собственные планы. Он не встречал ее до тех пор, пока они не столкнулись друг с другом в Проспере. Но, может быть, их встреча была вполне закономерной, поскольку они искали одного: тихого, спокойного городка.

— Если ты передумаешь насчет денег, — предупредила она, — сразу скажи.

— Хорошо.

Он почувствовал прилив желания. Ему никогда не надоедало заниматься любовью с Тилли. Они так хорошо знали друг друга и так часто занимались этим. Он просто протянул руку, чтобы поласкать ее грудь именно так, как нравилось ей. Она глубоко вздохнула, ее глаза потемнели.

— Что ж, — сказала она. — Я вижу, что твой дух пробудился.

— Это не дух, но он несомненно пробудился.

— Дорогой, — промурлыкала она. — Он никогда не умирал.

Они неторопливо разделись, часто останавливаясь для поцелуев и долгих ласк. Потом они долго лежали вместе, опустошенные. Кайл подумал, что хотя он и мог потерять ранчо, но у него по-прежнему оставалась Тилли. Она всегда была здесь, когда он нуждался в ней. И он пообещал себе быть ей таким же хорошим другом, каким была и она ему.

Глава 14

В первой половине дня Кайл был уже пьян. Он редко позволял себе такое, потому что люди, которые слишком часто пили, — слишком много болтали, а он хотел, чтобы его прошлое оставалось именно в прошлом. Но иногда бывали ситуации, когда требовалось выпить. И гибель ранчо, а с ним и всех его надежд, являлась одной из них.

Кругом простиралась высохшая земля. И если бы ему захотелось увидеть воду, то для этого следовало отправиться к Ручью Ангелов. Может быть, предложив Ди Сван вдвое больше, чем раньше, на этот раз он бы добился ее согласия продать землю? Денег у него не было, но она не могла знать об этом. Все, что ему нужно, — это ее подпись на документах о продаже. Он бы начал перегонять свой скот в долину Ручья Ангелов, а о деньгах беспокоился потом. Как гласила старая пословица: «Владение — это девять десятых закона». И он предложит ей столько денег, думал Беллами, что она не сможет отказаться.

Он был не настолько пьян, чтобы не суметь править лошадью, и вскоре уже направлялся по дороге к ферме Ди Сван. По крайней мере, он что-то делал, и это приносило облегчение. Именно беспомощное ожидание сводило его с ума, а терпеливость никогда не была ему свойственна.

Долина Ручья Ангелов предстала перед Беллами совсем иным миром. В то время, когда в Бар Би земля трескалась от засухи и пастбища выгорали, здесь почва смягчалась подземной влагой. Луга были покрыты роскошной травой. В этой долине было даже прохладнее, чем в других местах. Он осадил лошадь, растерянно думая, что это ему только кажется, пока слабый ветерок не подсказал ему разгадку. Долина служила вентиляционной трубой дувшим с гор ветрам, которые по ней перегоняли прохладный воздух вниз.

Ди Сван вышла на крыльцо, заслышав стук копыт его лошади. В ее руках был тот же проклятый дробовик, что и во время его прежних визитов к ней. Она ни разу не угрожала ему, но он все же никак не мог забыть о присутствии этого ружья.

Она держалась так же гордо, как во времена его юности держались задиравшие нос дамы Нового Орлеана. Но эта женщина была горда, несмотря на то, что работала на земле, как мужчина, а ее одежда была простой и старой. Черт возьми, Тилли одевалась получше. Но Ди высоко держала голову на своей стройной шее, и ее зеленые колдовские глаза смотрели непреклонно.

— Мистер Беллами, — было все, что она сказала в качестве приветствия.

Он не стал спешиваться, а только наклонился к ней, опершись руками о луку седла.

— Я удваиваю предложенное мной за вашу землю в прошлый раз.

Она подняла брови, и он заметил проблеск веселья в ее глазах.

— В прошлый раз вы предложили мне брак. Вы имеете в виду, что собираетесь дважды жениться, на мне?

У него не было настроения для шуток.

— Мне нужна эта земля. Мне нужна вода. Мой скот умирает без воды, а у вас есть единственный хороший ручей на сотню миль вокруг.

Ди вздохнула, взглянув на безоблачное, голубое небо. Почему не идет этот дождь?

— Мне жаль, мистер Беллами, но я не собираюсь продавать ее вам.

Ей действительно было жаль его. Зная тяжелый труд фермера, она сочувствовала всем владельцам ранчо. Но она не могла поделиться водой, протекавшей по ее земле, со всеми.

Кайл развернул лошадь и уехал, не сказав ни слова.

Он был так зол, что не мог продолжать разговор. Черт бы ее побрал! Она не собиралась выслушивать никакие доводы. Используя чуть больше акра земли, она позволяла остальной пропадать впустую, но дрожала за каждый дюйм, как если бы это был для нее вопрос жизни и смерти. И теперь, ради сохранности ее паршивого огорода, должен вымирать его скот. Господи, этого нельзя было допустить.

Он почти успокоился к тому моменту, когда вернулся домой, но его злоба не исчезла так же, как и его яростная решимость.

Один из ковбоев выходил из сарая.

— Найди Пирса! — крикнул Кайл. — И Фронтераса!

33
{"b":"12230","o":1}