ЛитМир - Электронная Библиотека

Шумное дыхание Марка сделалось частым и прерывистым, на какую-то долю секунды он замер, и их одновременно обожгла яркая вспышка неистовой страсти. Его тело несколько раз содрогнулось, а потом бессильно опустилось, прижавшись к телу Карен. Некоторое время они лежали молча, восстанавливая дыхание и успокаиваясь, а потом Марк лег на спину рядом с Карен.

В спальне царил полумрак, через открытые французские окна проникали шум дождя и вечерняя прохлада. Карен закрыла глаза и погрузилась в легкую дремоту. Все произошедшее казалось нереальным, непостижимым, походило на чудесный сон, о котором она даже не осмеливалась мечтать. Время словно остановилось, Карен ощущала себя где-то в ином пространстве, и все, кроме ее близости с Марком, потеряло свою привлекательность, стало пустым и незначительным. Важно было только одно: она лежит на постели рядом с Марком, в его спальне, сквозь сонное забытье слышит его спокойное ровное дыхание, и перед ее мысленным взором снова и снова проплывают восхитительные, необыкновенно яркие картины пережитой только что близости.

Нежное прикосновение губ Марка к ее щеке вернуло Карен к действительности. Она открыла глаза и увидела в темноте его лицо, склоненное над ней. Ее губы потянулись к нему и слились с его губами в нежном мягком поцелуе. Марк лег на бок, обнял Карен и еле слышно прошептал на ухо:

— Спи, моя дорогая. Наступила ночь.

Карен улыбнулась, послушно закрыла глаза и провалилась в блаженный сон. Ей снилось, что на улице идет дождь, свистит ветер, грохочет гром, но это ее совершенно не тревожило. Ей было уютно и спокойно, потому что в шуме ночной непогоды она явственно слышала тихий медовый бархатный баритон Марка Частина.

Глава 10

Хейс, человек аккуратный, придирчивый к мелочам и даже педантичный, относился к порученным ему делам со всей тщательностью. Для выполнения заданий он всегда нанимал квалифицированных, компетентных исполнителей, требовал от них точности и особый упор делал на детали, кажущиеся на первый взгляд не важными и незначительными. Только такая методика обеспечивала ему успех операции и гарантировала, что его работодатели будут довольны. Он не мог допустить, чтобы кто-нибудь из них хоть на секунду усомнился в его способностях и возможностях, ведь от этого зависело многое в его жизни. Те же, кого он нанимал для выполнения поручений, недоумевали, считали его въедливым занудой, перестраховщиком и трусом. Работать с Хейсом им было нелегко, но сам он, зная об этом, не собирался менять свою стратегию: понимал, что люди, доверяющие ему проворачивать важные, конфиденциальные, весьма щепетильные дела, не потерпят небрежности и неаккуратности.

Когда Карл Кленси позвонил ему и с гордостью сообщил, что задание выполнено и дом Карен Витлоу сгорел в огне, Хейс поблагодарил его и тотчас связался со своими надежными источниками, чтобы перепроверить полученные от Карла сведения. Один информатор прислал ему по факсу полицейский отчет о пожаре, случившемся в доме, где жила Карен Витлоу, другой передал газетные вырезки, в красках живописующие огонь, полностью разрушивший дом.

Но Хейс не торопился радоваться удачно проведенной операции и докладывать своему работодателю о том, что все в порядке. Смутное, непонятно чем вызванное волнение не давало ему расслабиться, интуиция подсказывала, что в деле о пожаре не так все гладко, как хотелось бы. Казалось бы, Карл Кленси поджег дом, и полицейский отчет о пожаре — лучшее свидетельство выполненного задания, но Хейс решил на всякий случай обратиться еще к одному своему надежному источнику.

На следующий день его информатор позвонил и сообщил:

— Да, пожар был, но я нигде не смог получить сведения, что сгорел дом, принадлежащий именно Карен Витлоу.

Хейс досадливо поморщился. Он так и знал, сейчас начнется…

— Так чей это был дом? — хрипло спросил он.

— Дом принадлежит супружеской паре по фамилии Хорске.

Значит, этот идиот Кленси спалил дом ни в чем не повинных людей!

— Будь любезен, посмотри в телефонной книге адрес Карен Витлоу, — попросил он.

— Хорошо, сейчас…

Хейс слышал, как на том конце провода его информатор зашелестел страницами справочника.

— Так… так… — Он перелистывал тонкие страницы. — Витфилд… А, вот! Витлоу. Здесь указано — К. С. Витлоу. Это то, что вам нужно? Именно эти инициалы?

— Подожди одну минуту! — ответил Хейс и открыл папку, в которой содержались сведения о жене и дочери Декстера Витлоу. — Да, именно К. С. Витлоу, — наконец произнес он.

Воцарилось долгое молчание.

— Ты меня слышишь? — спросил Хейс.

— Слышу. Да…

— Что такое? — взволнованно крикнул Хейс. — Что там? Да говори же!

— Странно… Дело в том, что адрес… адрес Витлоу.

— То есть сгорел дом не Витлоу, но адрес в телефонной книге — ее, — мрачно подытожил Хейс.

— Получается так.

Вот она, новая головная боль, новые заботы… Так он и знал!

— Слушай, перешли мне по факсу, пожалуйста, всю информацию, которая у тебя есть, — сказал Хейс.

— Сейчас вышлю!

Хейс положил трубку на рычаг, задумчиво подпер подбородок рукой и стал ждать, когда информатор перешлет ему нужные сведения. Не прошло и минуты, как поступил факс. Хейс нетерпеливо схватил листок бумаги и прочитал заметку, напечатанную в одной из газет:

«Вчера утром сгорел в огне дом, принадлежавший супружеской паре Натану и Линде Хорске. Начальник пожарного подразделения, приехавшего по вызову и в течение долгого времени пытавшегося бороться с сильным огнем, сообщил, что пожар начался в кухне, а затем мгновенно распространился на все комнаты. Дом супруги Хорске купили четыре месяца назад. Во время пожара мистера и миссис Хорске дома не было».

Хейс бросил листок бумаги на письменный стол и тяжело вздохнул. Дом супругов сгорел, а Карл Кленси свое задание не выполнил. Злополучная тетрадь не найдена. Странно, но, несмотря на явный провал операции, Хейс, кроме досады и злости, испытывал некую долю удовлетворения. Значит, он правильно поступает, никогда не принимая на веру доклады своих исполнителей и трижды перепроверяя их сообщения. Так получилось и на сей раз. В сущности, винить Карла Кленси и предъявлять ему претензии не за что. Он сделал все, как ему велели. Тщательно обыскал дом — а в этом Хейс ни секунды не сомневался — и, ничего не найдя, устроил пожар. А то, что он пришел по адресу этих Хорске — тоже понятно. Ведь, по сообщению газеты, они купили дом четыре месяца назад, а сведения в городском телефонном справочнике обновляются один раз в год. Все просто, логично и не придерешься.

Хейс снял телефонную трубку и набрал номер Карла Кленси. На втором длинном гудке сработал автоответчик:

— Оставьте ваше сообщение и номер телефона. Если я вас знаю, то сам вам позвоню.

Хейс хмыкнул. Осторожный, не называет ни себя, ни номер своего телефона. Что ж, правильно, простые меры предосторожности никогда не помешают.

— Карл, я уверен, что ты дома! — крикнул он, тоже не называя своего имени. — Давай, отвечай, черт бы тебя побрал! Ты знаешь, что лопухнулся?

Автоответчик отключился, и раздался голос Карла Кленси:

— В чем дело?

— А в том, что она давно там не живет, вот в чем! — яростно крикнул Хейс, хотя прекрасно понимал, что злиться на Кленси бессмысленно, но ничего не мог с собой поделать. — Она продала дом четыре месяца назад!

На том конце провода долго молчали, потом Карл ответил:

— Кто бы мог предположить, что так все обернется? Значит, я спалил чужой дом…

— Вот именно! Найди ее, Карл, обязательно найди! Нам необходимо довести дело до конца!

— Понял, — произнес Карл. — Все сделаю в лучшем виде, не беспокойтесь!

Стремление к власти и могуществу честолюбивого и амбициозного сенатора Стивена Лейка было столь велико, что он всерьез рассматривал возможность в ближайшем будущем стать президентом США. А почему бы и нет? Карьера складывается удачно, денег на предвыборную борьбу достаточно, нужные связи, опыт и политическое чутье тоже есть. Стивена и его старшего брата Уильяма с детства готовили к политической карьере и постоянно внушали мысль о высоких постах, которые им суждено занять в будущем.

35
{"b":"12231","o":1}