ЛитМир - Электронная Библиотека

Обитатели Крег-Дью наверняка хорошо знают друг друга и сразу обратят на нее внимание. Следовательно, как ни крути, а вывод однозначен: чтобы остаться в замке, необходимо разрешение Ниала.

Ладно, пора возвращаться к лошади. Грейс спотыкалась о камни и толстые корни, цеплялась платьем за кусты и острые колючки, неудобная одежда начала ее раздражать. Честно говоря, ее раздражало все, зато дурное настроение отвлекало от мыслей об унизительном происшествии в темнице.

Пока Грейс добралась до лошади, она уже взмокла, борясь с зарослями, шерстяное платье, спасавшее ночью от холода, теперь душило. Сбросив его и швырнув на седло, она наконец с облегчением вздохнула, когда прохладный воздух проник сквозь тонкий кегль. Потом развязала шнурки, стягивающие ворот и широкие рукава, подвернула их насколько возможно, сняла шарф и распустила волосы. Она думала, что май в Шотландии холодный, однако на сегодняшний день ее прогноз не оправдался.

Надевать бархатное платье не хотелось: в нем слишком жарко, а ходить в одном кетле неприлично, просвечивают соски и темные волосы на лобке. Грейс обвязала бедра шарфом, подтянула кегль, соорудив нечто вроде свободной блузы, сунула грязное платье в сумку и забралась на лошадь. Проблем своих она не решила, зато чувствовала себя более комфортно.

Через несколько минут Грейс увидела пятерых женщин, идущих в сторону замка. Внешность свидетельствовала об их древнейшей профессии. Все были простоволосые, нечесаные, с глубокими декольте, обнаженными руками, щеки и губы накрашены, юбки поддернуты выше, чем у нее.

Проститутки направлялись в Крег-Дью, чтобы развлечься или подработать. Осознав, что очень на них похожа, Грейс тронула лошадь и догнала женщин.

— Здравствуйте, — сказала она. Староанглийский близок к шотландскому, может, ее поймут. — Меня бросил мужчина. Денег у меня нет, места для ночлега тоже нет. Я два дня не ела.

Женщины с любопытством поглядели на нее.

— Да? — отозвалась рыжеволосая. — И что с того?

— Если вы идете в замок, могу я пойти с вами? Ночная работа принесет монету или две и еду для желудка.

— У тебя есть скотина. — Рыжая указала на лошадь, которая стоила дороже всех их пожитков.

— Она будет ваша, — быстро пообещала Грейс, — если возьмете меня с собой.

Женщины, наклонившись друг к другу, о чем-то пошептались, и рыжая согласно кивнула:

— Договорились.

Она выжидающе смотрела на Грейс. Когда та с громадным облегчением сползла на землю, взяла сумку и передала ей поводья, рыжая торжествующе оглянулась на своих товарок.

Компания возобновила поход к замку, с трудом одолела поворот и наконец подошла к крепостным воротам.

— Как тебя зовут? — спросила рыжая.

— Грейс.

— Меня Винда. — Она поочередно указала на подруг:

— Это Нерна, Койра, Сайли и Айлид.

Навстречу вышли два стражника, последовали обмен репликами, хихиканье, ухмылки, потом оба вопросительно посмотрели на Грейс. Видимо, остальные были им хорошо знакомы.

— Грейс, — сказала рыжая. — Английская шлюха.

Стражник взял у Грейс сумку и начал проверять содержимое, пока Винда повторяла рассказ новой подруги о том, как ее бросил мужчина. То ли его удовлетворили объяснения, то ли потому, что Грейс не выказала беспокойства, а среди вещей не было оружия, стражник вернул ей сумку и крикнул человеку у вторых ворот, чтобы тот пропустил женщин.

Винда гордо повела лошадь в конюшню, остальные направились к казармам, и Грейс замедлила шаг, давая им отойти подальше. Так как девицы не обращали на нее внимания, она спокойно пошла своей дорогой.

Во внутреннем дворе было чисто, люди спешили по неотложным делам. Слева находились конюшни и казармы, справа — тренировочная площадка, где обнаженные по пояс мужчины дрались на мечах. Грейс заметила черноволосую голову, возвышавшуюся над остальными, и быстро отвела глаза, словно человек мог почувствовать ее взгляд.

Раз Ниал здесь, она пойдет в другую сторону. Кроме четырех башен, имелись еще две поменьше у главного зала, куда Грейс и направилась. У нее даже закружилась голова: именно таким он ей снился, вон там сидел Ниал, там кухня. Соблазнительно пахло жареным мясом, и она подумала, что головокружение, наверное, от голода, а не от воспоминаний. Все обращали внимание на незнакомку, поэтому Грейс, опустив голову, быстро шмыгнула в кухню. Может, ей дадут кусок хлеба, если же нет, придется украсть. Она уже украла лошадь, так стоит ли корить себя за хлеб?

С минуту ее появление оставалось незамеченным, поскольку каждый занимался своим делом. Мальчик вертел над очагом нечто похожее на целую свиную тушу, жир капал в огонь, наполняя помещение чудесным запахом.

Наконец ее увидела полная женщина и что-то спросила по-гэльски.

— Я пришла издалека, — ответила Грейс. — Я два дня не ела.

— Англичанка! — Повариха сплюнула и отмахнулась полотенцем. Видимо, быть англичанкой, по ее мнению, намного хуже, чем шлюхой.

— Француженка. — Побледнев, Грейс ухватилась за стену, чтобы не упасть.

Возможно, заверение, что она не англичанка, восстановило доверие, ибо крепкие руки обняли ее за талию и направили к скамье. Повариха дала ей ломоть хлеба, налила в кубок эль. Грейс медленно жевала, но эль только пригубила, боясь пить на голодный желудок.

Работа вокруг нее продолжалась, хотя женщина все время поглядывала в ее сторону. Когда хлеб был съеден, перед ней положили еще один ломоть, сыр, холодную свинину. Ощутив прилив сил, Грейс, стараясь не торопиться, не забывая о хороших манерах, проглотила еду и выпила эль. Повариха лишь цокала языком да подкладывала новые куски.

— Не растолстеешь, девушка. Бери еще, ночью тебе понадобятся силы.

Грейс пыталась, но больше уже не могла.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Я была очень голодна.

— На здоровье. А теперь иди.

Оставалось найти какое-нибудь укромное место и спрятаться там, пока она не решит, что делать. Поскольку в данный момент никто не глядел на нее, Грейс прошмыгнула в альков, прикрытый занавеской, села на пол и прислонилась спиной к холодной каменной стене. Разумнее вернуться в свое время, но ведь за три дня, проведенные здесь, она ни на дюйм не приблизилась к цели. То, что из двадцатого века выглядело довольно простым, обернулось непосильной задачей. Увидев Крег-Дью и то, как он охраняется, она поняла, что на поиски сокровища уйдет немало времени. Задача усложняется тем, что для того, чтобы остаться в замке, ей требуется разрешение Ниала. Но что значит ее унижение по сравнению с убийством дорогих людей и последующей охотой на нее, словно на дикого зверя?

Грейс страшно устала. Подложив под спину холщовую сумку, она устроилась поудобнее, закрыла глаза и через минуту уснула.

Ниал поднимался к себе в дурном настроении, тоскуя по женщине. Но не по красотке Фенелле и не по Джейн, которая уже несколько месяцев была его любовницей.

— Черт бы побрал колдунью! — выругался он.

Захлопнув дверь спальни, Ниал подошел к столу, где стояло вино, и залпом осушил кубок, хотя не испытывал жажды. Он безумно желал ту женщину, оставленную им на милость злобного Хея.

Колдунья она или лазутчица, не имеет значения, он должен был увезти ее. Ни одна женщина не отвечала ему так быстро, полностью отдавая себя, как будто создана только для него. Руки, казалось, еще ощущали жар ее тела, чувственный огонь, передавшийся ему. Но он хотел большего. Того, что много раз делал во сне, в их общих снах. А когда наконец смог бы сделать это наяву, как последний глупец, сам отказался от нее. Он подумал, что она связана с Хеем, и пришел в бешенство.

Только после встречи со своими людьми, уже направляясь домой, Ниал обрел способность рассуждать здраво. Нет, Грейс Сент-Джон не имеет ничего общего с Хуве. У нее превосходная мягкая одежда, странный акцент, она знает латынь. Кто же эта женщина, говорящая на языке церкви?

Он долго ходил по комнате, вспоминая ясные голубые глаза, темные блестящие волосы. Незнакомка пахла так же приятно, как и во сне, а ее рот…

46
{"b":"12232","o":1}