ЛитМир - Электронная Библиотека

Через пять минут она остановилась на опушке и внимательным взором окинула поляну перед озером, прежде чем выйти из тени ночного леса. В домике было темно и тихо. Она напрягла слух, но не услышала ничего подозрительного. Вода озера с шелестом накатывала на сваи причала, на ее темной поверхности отражались блики месяца. Время от времени слышался всплеск: это выскакивала на мгновение из воды рыба.

Фэйт неслышно направилась к домику.

Она не знала, что будет делать, если лодочный сарай окажется запертым. А ведь, скорее всего, так оно и есть, хотя в последний раз он был открыт. Но тогда Грей ловил рыбу. Он открывал сарай, чтобы взять рыболовные принадлежности.

«Будь я истинной любительницей острых ощущений, — подумала она, усмехнувшись, — то непременно вошла бы в воду и поднырнула под стену сарая. И плевать на все запоры».

Но делать это ей совсем не хотелось.

Купаться ночью — не по ней. Она зябко поежилась, представив себе, как придется раздеться и погрузиться в непроницаемо-черную воду. К тому же в лодочном сарайчике, если он все эти годы в основном бывал заперт, наверняка поселилась всякая живность: мыши, змеи, белки и, возможно даже, еноты, которых она непременно спугнет своим неожиданным появлением из воды. Нет, уж лучше дать им возможность сбежать, чтобы не встречаться с ними. Интересно, есть ли здесь окно?

Лодочный сарай четко выделялся на фоне ночного неба, выбеленные стены казались саванами призраков. Подойдя к нему спереди, Фэйт зажгла фонарь и не смогла сдержать вздоха разочарования. На двери был висячий замок из нержавейки. С обычной защелкой она, пожалуй, еще справилась бы, но вот замок… Надежда оставалась только на окно.

На этой стороне сарайчика окон не было. Сплошная ровная стена. Зайдя с другой стороны, она со смешанными чувствами взглянула на маленькое окошко, темневшее в белой стене, словно черный глаз на бледном лице. Хорошо, что окно все-таки нашлось, но плохо, что оно располагалось довольно высоко, а вплотную к стене подойти было нельзя — примерно в футе от нее начиналась вода. Фэйт поняла, что забраться будет нелегко. Но нет ничего невозможного.

Вдруг чья-то сильная и теплая рука легла ей на плечо, она ощутила спиной чью-то мускулистую грудь.

— А ведь я предупреждал, что будет, если ты мне здесь еще хоть раз попадешься, — негромко проговорил Грей ей на ухо.

Глава 16

Он отнес ее на крыльцо, где сетка защищала их от москитов и прочих надоедливых ночных насекомых. Фэйт была охвачена ужасом, вызванным его внезапным появлением, и судорожно вцепилась в его плечи, когда он поднял ее на руки и понес к дому.

На нее почти сразу же нахлынула мощная волна возбуждения, мгновенно похоронив под собой и волю, и разум. Протестовать не было смысла и не было сил. В ней проснулось неутоленное желание, а все остальное отодвинулось на задний план. К тому времени, когда он поставил ее на дощатый пол веранды, она вся трепетала, прижимаясь к нему всем телом. Пришло время. Боже мой, да оно уже давно пришло, просто она все откладывала, отказывала себе и ему. Но теперь желание поднялось в ней с такой силой, что уже невозможно было сопротивляться, поэтому Фэйт, прильнув к нему, выражала свою покорность и открытость.

Он прижал ее к одной из квадратных колонн крыльца. Несмотря на яркую луну, здесь, на веранде, было темно.

Темно и тепло. Ноздри Фэйт трепетали. Она вдыхала в себя ночные запахи лета и его сильный и жаркий запах… Он обнял ее, шумно и горячо дыша, порывисто погладил волосы, зажал голову в своих мощных руках, наклонился и стал жадно целовать. Он был возбужден, она чувствовала, как трется о ее живот его напряженная плоть.

Фэйт страстно отвечала на его поцелуи, поднявшись на цыпочки. Ей хотелось подняться еще выше, выше…

Рубашка на нем была расстегнута, и грудь была голая. Она чувствовала под своими руками его жаркую и скользкую от пота кожу, жесткие курчавые волосы. Ее грудь мгновенно заныла от желания, соски отвердели, в них пульсировала кровь.

Он оторвался от ее губ, переводя дыхание. Мощная грудь раздувалась, словно гончарные мехи. Фэйт облизала свои губы и, обхватив его руками за шею, притянула обратно к себе. Грей не возражал и вновь накрыл ее рот страстным поцелуем.

Он обхватил руками ее груди и стал грубо мять их. Чувство наслаждения поглотило Фэйт целиком, она стонала от удовольствия и страсти, но уже через несколько мгновений поняла, что ей этого мало. Словно прочитав ее мысли, а, возможно, откликнувшись на свои собственные, он разорвал на ней блузку. Маленькие пуговки полетели на доски пола, застучав по нему в темноте, словно мелкий град. Застежка лифчика была у нее спереди. Быстро справившись с крючком, он оголил ее трепещущие груди и накрыл одну из них своим жадным ртом. Обхватив свободной рукой ее сзади, он приподнял ее с земли и тесно прижал к себе. Губы оставляли на ее груди темный влажный след поцелуев, захватив возбужденный сосок, он жадно втянул его в рот.

Судорожная дрожь прокатилась по всему телу Фэйт. Его ласки заставляли ее позабыть обо всем на свете. Фэйт казалось, будто она неудержимо скользит вниз по темному туннелю… навстречу сладостной развязке.

Она боролась с собой, не хотела, чтобы эта дикая лихорадка заканчивалась так быстро. Она подалась всем телом назад, пытаясь хоть немного ослабить давление его возбужденного фаллоса. Но не было сил… Грей крепко прижимал ее к себе, лишая возможности шевельнуться. Она даже не могла свести ноги. Лоно ее увлажнилось еще больше, давление на него становилось все сильнее…

Он снова поставил ее на ноги и поднял подол юбки, задрав ее до пояса. Фэйт бессильно откинулась на колонну — ощущения нарастали стремительно и бесконтрольно. Ей смутно вспомнилось, как он давным-давно занимался любовью с Линдси Партейн: мягко, нежно, нашептывая ей на ухо ласковые французские слова. Раньше она думала, что и у нее с ним будет так же. Но вышло иначе. Их обоих словно закрутил бешеный смерч. Они будто превратились в зверей, и оба были не в состоянии контролировать себя, управлять своими инстинктами. Ни о какой нежности не было и речи. Желание было слишком сильным, слишком неистовым.

Зажав в кулаке подол ее задранной юбки, он свободной рукой стянул с нее трусики до колен. Она тут же почувствовала голыми ягодицами дуновение свежего ночного ветерка. Фэйт вся трепетала. Приподняв ногу, он зацепил носком ее трусики и резко дернул. Она услышала, как треснула тонкая ткань, упав к ее ногам.

Грей приподнял ее, прижав спиной к деревянной колонне, и широко развел ей ноги, встав между ними. Фэйт откинула назад голову. Она слышала только собственное надсадное дыхание и мучительно ждала того заветного мгновения, когда, наконец, сможет утолить болезненную жажду. Он стал лихорадочно расстегивать брюки. Костяшки его пальцев касались ее обнаженного лона, и от этих прикосновений волны невыразимого наслаждения прокатывались по всему ее телу. Наконец в темноте взвизгнула «молния», и его возбужденная плоть уперлась в нежные складочки между ее ног.

— Я хочу тебя, — глухо прорычал он. — Впусти меня. Быстрее!

Его уверенная рука была все еще между их телами, касаясь ладонью ее влажных складочек. Вот она нащупала маленькое нежное отверстие и в следующее мгновение Грей глубоко погрузил туда палец. Судорога прошла по всему телу Фэйт; она обхватила Грея руками за голову. Его палец тем временем продолжал исследовать нежную и чувствительную глубину ее лона, поднимая в Фэйт волны сладких переживаний. Мышцы влагалища плотно обхватили палец, отпустили, снова обхватили. Их судорожные сокращения, напоминавшие утонченную ласку, вызвали в Грее очередной прилив возбуждения. Шумно дыша, он что-то нечленораздельно промычал. Будучи не в силах больше ждать, он убрал палец и направил себя в ее лоно.

Фэйт вся оцепенела, почувствовав сильное давление у себя между ног. Лихорадка желания резко пошла на убыль и уступила место страху. В голове необычайно ясно встал образ Линдси Партейн. Фэйт помнила, как девушка вскрикнула в момент проникновения в нее Грея, и теперь поняла почему.

65
{"b":"12234","o":1}