ЛитМир - Электронная Библиотека

Значит, оставались только личные мотивы. С чего же начать? Я чувствовала себя рыцарем на распутье.

– Думаю, школьные события можно не учитывать, – предложила я.

Уайатт кашлянул.

– Скорее всего ты права, хотя иногда подростковые проблемы дают серьезные осложнения. Ты состояла в какой-нибудь группировке?

Мы с Уайаттом учились в разных школах. Кроме тою, он был на несколько лет старше и поэтому о моих школьных годах почти ничего не знал.

– Можно сказать, да, – подтвердила я. – Ведь я выступала в группе поддержки, так что у меня был езой круг общения, хотя и была одна подруга со стороны. Она даже не ходила на игры.

– И кто же это?

– Ее звали Клео Клеланд. Попробуй-ка быстро повторить хотя бы трижды. По-моему, такое имя можно было дать только с хорошего бодуна. Родители Клео приехали из Калифорнии, так что поначалу ей пришлось не так-то и легко. Тем более что ее мать была помешана на природной красоте и чистоте, отчего Клео не разрешали даже пользоваться косметикой. Поэтому мы с ней приходили в школу пораньше, и я приносила косметичку. Запирались в туалете, и там я приводила подругу в порядок на целый день, чтобы избавить ее от насмешек. Представляешь, первое время она и понятия не имела, что такое косметика. Просто ужасно!

– Да уж, – пробормотал Уайатт.

– Когда Клео начала встречаться с парнями, проблем прибавилось, так как приходилось придумывать способ накраситься, чтобы не заметила мать. К счастью, к этому времени она уже научилась пользоваться косметикой самостоятельно, так что обходилась без моей помощи. Но оставался постоянный страх, что парень увидит ее без грима – это было бы истинной катастрофой.

– Вот уж в этом я ничего не понимаю. Главный специалист по косметике – ты.

– Мне уже не шестнадцать лет, и на многое я теперь смотрю иначе. А в шестнадцать я бы скорее умерла, чем позволила кому-нибудь увидеть свое настоящее лицо. Почему-то в этом возрасте девочки считают, что хорошенькими их делает исключительно косметика. Почти все. Я так не думала, потому что у меня была мама. Она еще в начальной школе научила нас краситься, так что особого значения этому занятию мы не придавали. Видишь ли, косметику надо воспринимать не как камуфляж, а как оружие.

– А мне необходимо это знать? – вслух задумался Уайатт.

– Может быть, и нет. Большинство мужчин просто не в состоянии понять столь тонкую материю. Но и мне в шестнадцать лет все-таки пришлось пройти через сложный период – из-за необходимости бороться с лишним весом.

Бладсуорт смерил меня удивленным взглядом.

– Неужели ты была толстушкой? – Я шлепнула его по руке.

– Разумеется, нет. Но я выступала в группе поддержки и должна была выглядеть не просто хорошо, а великолепно. Больше того, я ведь была флаером, то есть той из девушек, которую подкидывают.

– Флаером?

– Ну, так называют ту, которая летает. Группа поддержки подкидывает одну из участниц на самую вершину пирамиды. Большинство этих птичек имеют рост около пяти футов и двух дюймов и ограничивают вес сотней фунтов, чтобы подругам было легче. А я выше, и поэтому могла себе позволить весить фунтов на пятнадцать больше, даже оставаясь внешне худенькой. Но приходилось тщательно следить за весом.

– Боже мой, да ты, наверное, выглядела совсем спичкой. – Уайатт снова внимательно посмотрел на меня. Сейчас я вешу сто двадцать пять фунтов, однако благодаря своей спортивной форме кажусь фунтов на десять – пятнадцать легче.

– Да, но при этом нельзя было забывать и о силе, – напомнила я. – Мускулатура была просто необходима. А с мускулатурой никогда не будешь выглядеть тощей. Так что мне удавалось оставаться и сильной, и стройной.

– А цель оправдывала такие мучения? Ведь все усилия направлены только на то, чтобы прыгать и махать помпончиками во время футбольного матча.

Видимо, этот человек совсем ничего не понимал в группах поддержки. Я смерила Уайатта презрительным взглядом.

– Видишь ли, в колледже за эту работу я даже получала стипендию, так что не сомневаюсь, что цель в полной мере оправдывала средства.

– Неужели за такие дела назначают стипендию?

– Назначают же стипендию парням, которые гоняют по полю мячик. Так чем хуже группа поддержки?

К счастью, у лейтенанта хватило мудрости сойти с узкой тропинки спора.

– Вернемся к школьным дням. Ты, часом, ни у кого не увела парня? – Я презрительно фыркнула:

– Еще чего! Мне хватало своих.

– А со стороны на тебя не заглядывались?

– Разумеется, заглядывашсь, ну и что? У меня был постоянный друг, а на остальных я просто не обращала внимания.

– И кто же был этим постоянным? Джейсон?

– Нет, Джейсон появился только в колледже. А в школе я встречалась с Патриком Хейли. В двадцать лет он погиб – разбился на мотоцикле. Расставшись, мы с ним не поддерживали отношений, так что я даже не знаю, была у него девушка или нет.

– С Патриком все ясно. А где сейчас Клео Клеланд?

– В Роли-Дареме. Она химик. Примерно раз в год мы встречаемся, вместе обедаем и ходим в кино. Она замужем, ребенку четыре года.

Насчет Клео Бладсуорт тоже мог не волноваться. Она до сих пор оставалась моей близкой подругой. Кроме того, она, естественно, была женщиной, а Уайатт сказал, что убить меня пытался скорее всего мужчина.

– Но ведь кто-то должен существовать. Кто-то, о ком ты не вспоминала уже много лет.

Да, он был прав. Мотив нападений личный, а значит, покушался кто-то из знакомых. Но я понятия не имела, кто именно.

Озарение пришло внезапно.

– Знаю! – воскликнула я.

Уайатт вздрогнул и моментально напрягся.

– Кто?

– Это наверняка одна из твоих девушек!

Глава 23

Машина резко вильнула. Уайатт выровнял ее и быстро взглянул на меня:

– Как ты до этого додумалась?

– Очень просто. Если дело не во мне, значит, в тебе. Я человек миролюбивый и не нажила врагов. Во всяком случае, ничего о них не знаю. Рассуждаем дальше. Когда произошло первое покушение? Сразу после возвращения с моря. Твое поведение после вечера четверга, когда убили Николь...

– Мое поведение? – В голосе Уайатта послышалось возмущенное изумление.

– Ты же сказал сотрудникам, что мы вместе, так ведь? Хотя на тот момент между нами еще ровным счетом ничего не произошло. Я заметила, как люди на меня смотрели, и ни один из пятидесяти полицейских не пришел на помощь, когда ты начал заниматься рукоприкладством. Из всего этого можно сделать вывод, что кое-кто соврал, сказав всем, что мы встречаемся.

Бладсуорт недовольно нахмурился:

– Но я вовсе не занимался рукоприкладством.

– Перестань цепляться за несущественные детали. Тем более что ты действительно хватал меня руками. Ведь я права? Растрезвонил о наших отношениях?

– Да. Потому что так оно и есть.

– На этот счет можно поспорить.

– Мы живем вместе. Спим вместе. Так неужели после всего этого в наших отношениях остается какая-то неясность?

– Да. Потому что мы даже ни разу не назначили друг другу свидание, а все, что между нами происходит, временно. Итак, с кем ты встречался и ради кого так резко меня бросил?

Несколько секунд Бладсуорт мрачно, тяжело молчал. И даже скрипел зубами. Правда, я слышала звук. Потом наконец поинтересовался:

– Из чего ты заключила, что я с кем-то встречался? – Я закатила глаза.

– О, ради Бога! Ты сам прекрасно знаешь, что за тебя и умереть не жалко. Женщины, наверное, записываются в очередь.

– Нету меня никаких женщин... А что, ты действительно считаешь, что за меня не жалко умереть? Хм...

Он казался откровенно польщенным. Зато я уже была готова биться головой о приборную панель, если бы это не было так больно. Но на данный момент мне и без того вполне хватало синяков и ссадин.

– Уайатт! – заорала я. – С кем ты встречался?

– Так, чтобы постоянно, – ни с кем.

– Вовсе не обязательно «постоянно», вполне достаточно просто встречаться. Дело в том, что женщинам свойственно формировать далекие от реальности представления и ожидания. Иногда одного свидания достаточно, чтобы отправиться выбирать свадебное платье. Так какая же из твоих подруг оказалась последней в списке? Возможно, она считала, что происходит нечто серьезное, и, когда ты помчался за мной на море, обезумела от ревности? Может быть, как раз в тот четверг, когда убили Николь, у тебя было свидание с ней?

55
{"b":"12236","o":1}