ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— И еще — срочно вчеграмму в УББ Азербайджана, взять под наблюдение Валиеву Зульфию Валиевну, Баку, Параллельная улица, дом тринадцать.

— Основание?

— Подозрение в убийстве гражданина Судина.

— Все?

— Теперь все.

Игорь вернулся в знакомую комнату. Литовская сидела в той же позе, зажав ладони рук коленками.

— Вы меня извините, но вы говорили громко, и я все слышала. Это правда?

— Правда.

— Она у меня оставила мужские вещи. Пальто кожаное и два костюма.

— Как она объяснила это?

— Вещи, мол, купила для своего брата. Но чемодан был большой, а у нее еще один. А летчик этот, Батыр, сказал: «Ты их оставь, я через неделю опять прилечу и заберу».

— Что еще было в чемодане?

— В котором?

— Том, что она принесла вчера.

— Бумаги и какой-то сверток.

— Где они?

— Она их уложила в сумку.

— Принесите эти вещи. Нет, вам помогут. Ковалев, — позвал Игорь, — помогите гражданке Литовской.

Через несколько минут Ковалев принес большой кожаный чемодан, перетянутый ремнями.

— Зоя Геннадьевна, — тихо сказал Муравьев, — закон требует, чтобы мы изъяли эти вещи. Вот постановление, подписанное прокурором.

— Берите их, ради бога, берите, — всплеснула руками хозяйка, — эта гадость…

— Мы представляем закон, Зоя Геннадьевна, — продолжал Игорь, — и поэтому не можем нарушать его. Есть процессуальные нормы… прежде чем открыть чемодан, мы обязаны пригласить понятых.

— А иначе никак нельзя? Это же позор, как я тогда людям в глаза глядеть буду? — голос Литовской дрогнул.

— Иначе… — Муравьев задумался.

— А чего тут думать-то, — сказал вошедший в комнату Никитин, — оформим как добровольную выдачу, без всяких понятых.

— Точно! — обрадовался Игорь. — Ковалев, пиши акт. А вас, Зоя Геннадьевна, я попрошу все, о чем мы говорили, изложить письменно.

— Хорошо. Я сделаю, только как?

— Возьмите бумагу, ручку… Так… Прекрасно… В правом углу пишите: «Начальнику ОББ, подполковнику милиции Данилову И.А.». Написали?.. Прекрасно… Далее — от кого… Так… Теперь посредине листа: «Объяснение»… Отлично… «По существу заданных мне вопросов могу сообщить следующее. С гражданкой Валиевой З.В., проживающей…» Так… Дальше все, как было.

Игорь прочитал объяснение Литовской, попросил уточнить некоторые детали. Ковалев закончил акт добровольной выдачи. Надевая полушубок, Муравьев вдруг почувствовал страшную усталость. Он посмотрел на часы. Двадцать два. Ровно двенадцать часов он мотался по городу, рылся в чужих вещах, напряженно выстраивал разговоры с самыми разными людьми. Все это время он ничего не ел и почти не курил. Произошла обычная реакция: нервы взвинчены до предела, потом спад. И сразу усталость тяжелой волной захлестнула его, он почувствовал, как горит обожженное морозом лицо, как гудят ноги, как погоны, словно свинцовые плиты, давят на плечи.

— Надеюсь, излишне предупреждать вас, Зоя Геннадьевна, что о нашем визите и разговоре никто не должен ничего знать? — устало произнес Муравьев стандартную, обязательную фразу.

— Да. Конечно. Я понимаю.

Она посмотрела на него и поразилась, как изменился этот молодой, красивый, энергичный человек: внезапно появились черные круги под глазами и резкие складки у рта, заострился нос. И только сейчас она заметила, что он почти совсем седой.

— Простите, — робко спросила она, — сколько вам лет?

— Это очень важно?

— Нет, просто интересно.

— Ну, если очень, то двадцать шесть. Кстати, больше у вас ничего не осталось?

Литовская открыла ящик шкафа и вынула четыре аптечные облатки.

— «Сульфидин», — прочитал Игорь. — Это тоже она?

— Да, для тети. Я отдала за них очень дорогую для меня вещь. Но это ничего не значит. Берите, берите, пожалуйста.

Игорь снова вспомнил часы, которыми отца наградили за борьбу с басмачами. Подумал о том, кто их носит сейчас. И ему захотелось выругаться. Но он сдержался. Он просто отодвинул облатки и сказал:

— Мы этого не видели.

Первым, кого Муравьев встретил в управлении, был заместитель начальника отдела кадров полковник Кулагин.

— Капитан! — окликнул он Муравьева.

Игорь подошел, козырнул.

— С тебя.

— Что?

— Будто не знаешь?

— Нет, я с утра на операции.

— Ну, тогда иди к Осетрову, там приказ лежит. Ты теперь у Данилова зам, да еще и майор. Тебе лет-то двадцать шесть?

— Так точно.

— Быстро вырос. Так и до комиссара недалеко.

Полковник козырнул и пошел к выходу, рассуждая про себя о нынешней молодежи. Вон ему в такие-то годы майора дали, а радости нет. Он сам в двадцать семь лет, когда первый кубик на петлицы получил, всю ночь не спал, все в командирской гимнастерке у зеркала крутился. Да, странная нынче молодежь. Избаловала ее война.

А Муравьев поднимался по знакомой лестнице к себе в отдел. От усталости он даже не мог радоваться.

"МУР ОББ ГУББ НКВД.

СРОЧНО!

ВЧЕГРАММА

ОББ МУР просит уточнить, когда и каким рейсом отбыл из Москвы в Баку самолет «Дуглас», командир экипажа узбек по имени Батыр. При установке немедленно сообщить дежурному ОББ МУР.

Нач. ОББ МУР Данилов".

"МУР ОББ УББ НКВД ЛзССР.

СРОЧНО!

СПЕЦСООБЩБНИЕ

По делу об убийстве гражданина Судина И.И. нами разыскивается гр. Валиева Зульфия Валиевна. По нашим данным, она проживает в г.Баку, Параллельная улица, 13. Гр. Валиева З.В. сегодня должна прибыть из Москвы в Баку грузовым «Дугласом» Бакинского УГВФ. Просим провести оперативные мероприятия по установке связей Валиевой З.В., а также установить наблюдение. Вплоть до прибытия нашего сотрудника не задерживать.

ОББ МУР Данилов".

"МУР ОББ БССР ПИНСКИЙ ОУНКВД.

СРОЧНО!

СПЕЦСООБЩЕНИЕ

ОББ МУР задержан за убийство сотрудника милиции гр. Кузыма Степан Казимирович. При задержании у преступника отобраны пистолеты системы «Маузер-6,35» № 40010 МР и «Фроммен-7,62» № 10241 Е. Паспорт, отобранный у Кузымы С.К., прописан: Пинск, Станиславская, 5. Просим незамедлительно установить подлинность документа и личность задержанного. Фотографию, дактилоскопическую карту и акты баллистической экспертизы из отстрелянных пистолетов маузер № 40010 МР и «Фроммен» № 10241 Е направляем фельдсвязью.

ОББ МУР Данилов".

Данилов

Он поглядел на Игоря, стоявшего на пороге.

— Ну, что смотришь как монашка на мужика? Не узнал?

— Вы же в отпуске.

— Отдых, как тебе известно, состояние прекрасное, но временное.

— Отозвали?

— Угу. Садись, докладывай.

Игорь расстегнул планшет, вынул объяснение Литовской. Данилов направил лампу, чтобы свет падал лучше, и начал читать. Читал он медленно, по нескольку раз акцентируя внимание на каких-то фразах и подчеркивая их карандашом.

— Так, — он положил объяснение на стол, — поработали неплохо. Какое у тебя впечатление?

— Пока никакого, — честно сознался Игорь, — Баку, Белоруссия. Золото, деньги, морфий. Полковник-летчик. Пока туман.

— Так, что ли, и докладывать будем — «туман»?

— Устал я что-то. Хочу передохнуть часок.

— Ладно, майор, иди в свой новый кабинет. Да не забудь документы заменить согласно новому званию и должности. И подумай, кого послать в Баку.

— А чего думать, Сережу.

— А если Никитина?

— Я думаю, лучше Белова. Работать-то придется с женщиной. К ней, наверное, подходец нужен.

— Ладно. Согласен. Иди готовь приказ.

Муравьев вышел, а Данилов вновь раскрыл папку с делом. Жаль, что его не вызвали сразу утром. Он, конечно, доверял ребятам, но свой глаз, он вернее. Так что же мы имеем, уважаемый Иван Александрович, деньги 570 тысяч, забандероленные в стандартную банковскую упаковку… Дальше… Пластины желтого металла… Вот акт экспертов… Золото. Червонное. Госклеймо. Номер… Так… Далее… Ага… Вот что интересно, в обращении настоящие пластины не бывают… Читайте — нигде не продаются… «…Хранятся в отделении Госбанка и спецхранах…» Понятно… Это уже зацепка… Видно, где-то ограблен банк или напали на инкассаторов… Правда, может, это от немцев осталось… Выясним. Немедленно выясним. Морфий. Он — лекарство, снимающее боль, он же и наркотик… Где же акт медосмотра Кузымы… Вот он… «На руках и левом бедре следы уколов…» Понятно… «Состояние наркотической эйфории…» Наркоман… Знал, что у Судина морфий, и шел к нему… Откуда знал?.. Полковник-летчик… Стоял с ним у дома… Шел с ним по переулку… Его видели с покойным… Ох, не нравится мне этот полковник… Ниточка к нему одна — от Кузымы… Полковник… Это уже горячее.

9
{"b":"12240","o":1}