ЛитМир - Электронная Библиотека

Харт подтвердил:

— Помню, я где-то читал об этом. Итак…

— Итак, — голос Бишопа был лишен всяких эмоций, — если теория верна, из этого следует, что особенно частые или особенно мощные вспышки могут вместо прокладывания новых путей заняться разрушением старых, начать разрушать сам мозг.

Харт снова взял слово и заговорил медленно, придавая тем самым своей речи необходимую, как он считал, значительность:

— Миранду Найт я бы определенно причислил к особо мощным телепатам. Так как она — обладатель четырех разных видов телепатической энергии и способна мобилизировать их одновременно и собрать воедино, то, должно быть, в мозгу ее бушуют ужасающие энергетические бури. Страшно вообразить, какую активность проявляет ее мозг, сколько энергии она тратит, создавая защитные щиты для себя и блокируя нас.

— Да, слишком много, — негромко произнес Бишоп.

Доктор Эдвардс, отложив нож и вилку, вступила в разговор:

— Если дело обстоит так, то на ранней стадии первыми симптомами будут как раз головные боли, расширенные зрачки, болезненная реакция на свет и шум. Затем с каждым событием и последующим за ним приступом ее самочувствие будет ухудшаться, а распад личности прогрессировать.

— До какой степени? — осторожно поинтересовался Харт.

Эдвардс постаралась уклониться от его вопрошающего взгляда.

— Исследования в этой области почти не проводились, и теорию экспериментально не проверяли. Она осталась лишь теорией. Но даже если бы практика предоставила нам реальные факты, в каких единицах мы бы измеряли степень ущерба, уровень разрушения и прочее?

Харт перевел взгляд на Бишопа, и ему не понравилось то, что он увидел, или, вернее, то, что ему от Бишопа передалось.

— Все же, до каких пор процесс будет продолжаться? — настаивал Харт.

— Пока она не превратится в растение. — С каменным выражением лица Бишоп отвернулся к окну, за которым не было ничего, кроме черноты. — Впрочем, это же… только теория.

Глава 7

Сет Дэниэлс включил вторую передачу, получая удовольствие от того, как подчиняется ему машина, и добиваясь идеально гладкой, бесшумной смены скоростей, но, казалось бы, тщательно отлаженный механизм подвел его. Сет нахмурился, ощутив неожиданный толчок. Он знал, что Бонни наблюдает за ним с сочувственным пониманием, но избегал встречаться с ней взглядом. Любому парню на его месте тоже было бы нелегко иметь в подружках сестру шерифа, и уж совсем неловко получается, что та же самая подружка еще вдобавок учит тебя, как орудовать рычагом коробки передач.

— Здесь просто нужна практика, — ее заботливый, выдержанный тон не помогал делу, а лишь подчеркивал тот факт, что она всеми силами пытается не затронуть его ранимое мужское самолюбие.

— Я это знаю, — буркнул он.

— И координация.

— И это я знаю, Бонни.

— Прости, но я еще хотела сказать, что ты наверняка скоро освоишься. Ты же играешь в футбол, а там тоже нужна координация.

Сет дернулся, когда переходу рычага в третье положение сопутствовал новый толчок и неприятный скрежет.

— Что за упрямая штука! Так и тянет выломать ее из гнезда!

Мельком бросив взгляд на Бонни, он увидел, как она кусает губы, чтобы не рассмеяться. Пару секунд он еще злился на себя и на коробку скоростей, но в конце концов расхохотался:

— О'кей! Я освою ее, черт побери! Но ты-то хороша. Признайся, Миранда еще не научила тебя водить самолет и охотиться на медведей?

— Ты хочешь обучиться охоте на медведей? — невинно спросила Бонни. — Если так…

«Бонни!» — услышала она предостережение.

— Нет-нет, все гораздо скучнее и обыденнее. Я брала у нее уроки вождения, кулинарии, шитья и… снайперской стрельбы.

— О боже!

Бонни улыбнулась:

— Миранда ведь выступает в двух ролях — и матери, и отца, ты же знаешь.

— Я все понимаю, но иногда мне кажется, не вздумала ли она зачислить тебя в коммандос.

— Рэнди считает, что раз в доме есть оружие, то почему бы мне не научиться им пользоваться.

— Но стрельба с оптическим прицелом! К чему? Знать, как не прострелить себе ногу, — это одно, а вот учиться за сто ярдов попадать в муху — совсем другое.

— Желтый свет, Сет, — предупредила Бонни. — Выжми сцепление и переведи рычаг.

Сет повиновался, и неожиданно у него получилось так, что машина плавно снизила скорость и вовремя затормозила перед уличным светофором. Этого ему было достаточно, чтобы расправить дотоле поникшие перышки.

— Ты увиливаешь от ответа, — обвинил он ее.

— А мне нечего больше сказать. Рэнди учила меня тому, что, на ее взгляд, могло пригодиться мне впоследствии. В результате я умею теперь печь пироги, пришивать пуговицы, могу поменять колесо и использовать огнестрельное оружие в случае необходимости.

— Удивительно, что она тебя отпустила со мной сегодня.

— Мы должны быть дома до комендантского часа, — напомнила Бонни.

— Знаю, — кивнул он.

Ему исполнилось лишь семнадцать, и это обязывало его не появляться на улице и находиться под присмотром родителей или других взрослых с пяти часов пополудни.

— Она всегда так тряслась над тобой, а тут еще этот маньяк разгуливает на свободе.

— Я обещала, что никуда не выйду одна, даже до комендантского часа, только с тобой. Ты ей нравишься, и она тебе доверяет.

— Неужели?

— Почему ты так удивился? Если уж кого и снять для журнала как образцового юношу, так это именно тебя.

— Премного благодарен, — усмехнулся Сет и почти идеально тронул машину с места после смены сигнала светофора.

— Это правда, и ты сам это знаешь. Твои успехи в учебе настолько впечатляют, что другие ученики рвутся попасть под твою опеку. Всем известно, что ты собрался поступать в медицинский колледж. Ты подрабатываешь в гараже у Кобба, а также практикуешься в клинике своего папочки. Ты даже успеваешь помогать вести занятия в воскресной школе, сочиняешь прозу и вирши для нашей газеты и имеешь собственный счет в банке.

— Этот счет на меня заведен с десяти лет, — словно оправдываясь, сказал Сет и, случайно посмотрев в ее сторону, заметил, что она, глядя на него, улыбается. Это была та самая улыбка, которая каждый раз непременно повышала его кровяное давление до опасного предела и пробуждала в голове, причем во множестве, дико абсурдные мысли, которые высказать вслух он никогда бы не осмелился. Даже если бы в такие моменты был способен произнести что-нибудь внятное.

Бонни, казалось, не подозревала, какой эффект производит на него ее улыбка.

— Так или иначе, Рэнди доверяет тебе. Она знает, что с тобой я в безопасности.

Сет увидел, как по ее лицу проползла зловещая черная тень и тут же исчезла. Это заставило его на время забыть о бушующих в нем гормонах.

— Каждый раз, когда ты говоришь такое, у меня появляется чувство, что…

— Что? — встрепенувшись, переспросила Бонни, но как-то отвлеченно, рассеянно, без особого интереса.

Ее нежелание продолжать разговор на эту тему передалось и Сету.

— Ничего, — сказал он и сделал вид, что сконцентрировал свое внимание на дорожных знаках и встречном движении. Ему хватило честности задать себе вопрос: почему он согласился поставить на этом месте точку в разговоре? Из-за того, что почувствовал, как ей не хочется делиться с ним каким-то своим секретом, или он сам побоялся узнать этот секрет?

Ответа он так и не нашел.

Впрочем, из возникшей странной ситуации отыскался выход.

— Эй, смотри-ка! Стив собственной персоной. Не хочешь остановиться и поздороваться с ним?

— Он, по-моему, очень торопится. Не на работу ли?

— Что-то рановато. Ему начинать с шести… — Сет переключил скорость и услышал скрежет. — Черт, мне нельзя отвлекаться!

— Да, пожалуй. — Бонни вроде бы чуть повеселела, но тотчас вновь заговорила серьезно: — Стив собирается порвать с Эми, это правда?

— Я не знаю его планов.

— Вот как? Неужто?

— Честно, Бонни, не знаю. — Сет слегка заколебался. — Стив порядочный малый, только вот любит…

21
{"b":"12262","o":1}