ЛитМир - Электронная Библиотека

На лице его было такое выражение, что Лиз не требовалось ее обладание видением, чтобы понять, что в нем борются самые противоречивые чувства.

— Лиз… — начал он нерешительно.

— Все в порядке, Алекс. — Больше всего ей не хотелось, чтобы он чувствовал себя неуютно в ее доме и ощущал неловкость, покидая его. — Мы могли бы поговорить еще кое о чем, но, впрочем…

— Лиз! То, что случилось на Рождество, было ошибкой, ты сама понимаешь. Мне было одиноко, и я слишком много выпил… Проклятие! Я по-прежнему одинок и привык к этому. И спать в одиночестве тоже.

— Не извиняйся, Алекс. Мы с тобой в равном положении. Я уже большая девочка. Мне не надо объяснять многих вещей. Иди домой. Увидимся завтра.

Он было приподнял руку, чтобы обнять Лиз, но тут же безвольно ее опустил, потом, не оборачиваясь, удалился в темноту.

Лиз после его ухода допила все оставшееся в бутылке вино, но это не помогло ей уснуть.

И, как оказалось впоследствии, ничему не помогло и никого не спасло.

Глава 10

Когда Миранда, несколько припоздав, появилась в конференц-зале, Тони Харт уже трудился у доски, выписывая мелом столбик имен, а Бишоп, заняв свое привычное место на конце стола, листал старые протоколы.

— Ты ищешь сведения о пропавших подростках? — осведомилась Миранда.

В ответ он даже не взглянул на нее, а только, нахмурившись, кивнул. Однако после продолжительной паузы заговорил:

— Твои помощники подобрали мне документы. Среди заявлений об исчезновении людей, пропавших бесследно или найденных впоследствии мертвыми, я отобрал те, где речь идет о подростках. Таким образом, мы имеем дело с тремя пропавшими подростками в девяносто восьмом, пятью в девяносто седьмом и двумя в девяносто шестом.

Даже не осознавая, что делает, Миранда опустилась на стул рядом с Бишопом, почти соприкасаясь с ним.

— Неужели? Десять ребят? Десять ребят за три года?

— И всех их видели в последний раз или слышали о них в районе радиусом в пятьдесят миль с центром в Гладстоуне, — подтвердил Бишоп. — Самой юной было четырнадцать, когда она сбежала из дому в компании с девятнадцатилетним бойфрендом, который рассчитывал в Нэшвилле пробиться на эстраду и на телевидение. Никто о его пропаже не заявлял, но так как они оба исчезли бесследно, мы его тоже занесли в наш список.

Тони отвлекся от своей работы у доски и пояснил:

— Конечно, у нас нет никаких свидетельств, что эта будущая звезда стала жертвой убийцы и не скитается где-нибудь по стране или уже давно не находится в Нэшвилле. Влюбленную парочку мог подобрать кто угодно и увезти в другой штат.

— Все, что мы знаем, — подытожил Бишоп, — это то, что ни один из этих подростков не выплыл на поверхность под прежним именем. Мы проштудировали файлы ФБР и всех социальных служб. Никаких следов.

Миранда решилась наконец вставить слово.

— До того, как мимо проложили новое скоростное шоссе, в Гладстоун заглядывало множество приезжих. Кроме вам известной «Синей птички» на главной улице, существовало еще два мотеля на окраине, которые теперь закрылись, а тогда были переполнены.

Тони тут же вмешался, положив на стол перед Бишопом и Мирандой папку с бумагами.

— Нам это уже известно. Вот, посмотрите — «Звездный свет» и «Красные дубы». Правильно? Вот их документация.

— «Звездный свет» сгорел дотла полгода назад, а «Красные дубы» приказали долго жить, как только открылось новое шоссе. Город приобрел недвижимость в свою собственность и использует ее для тренировки пожарной команды.

— Кто-то из этих ребят, возможно, имел при себе кое-какие деньги и мог уплатить за номер, — заметил Тони. — Есть ли у нас шанс заглянуть в регистрационные книги мотелей?

— Вряд ли. Я даже не знаю, сохранились ли они. — Миранда задумалась. — Насчет «Синей птички» проблем нет. Он продолжает функционировать, но владельцы двух других заведений уехали, как только прекратили заниматься своим бизнесом. Я предполагаю, что все записи и счета они прихватили с собой.

Тони что-то отметил в своем блокноте.

— Что ж, прощупаем хотя бы «Синюю птичку». Если мы сможем связать кого-то из этих ребят с Гладстоуном, у нас появится дополнительный повод задавать вопросы. Возможно, кто-нибудь что-либо вспомнит.

Бишоп обратился к Миранде:

— Утром я проглядывал специальный выпуск вашего «Сентинела». Некоторые письма в редакцию я бы назвал…

— Кровожадными? — Миранда поморщилась — Да, кое-кто перегибает палку. Нам следует разоружить нескольких наших сограждан, особенно после исчезновения Стива Пенмана. Я удвоила патрули на улицах как раз для того, чтобы предотвратить какие-либо эксцессы, но, если подозрение падет на кого-то конкретно, мне придется вмешаться лично.

— Джастин Марш усугубляет ситуацию, — сказал Бишоп.

— Своими уличными разглагольствованиями? Знаю. Я дважды предупреждала его, говорила ему, что он уже переходит все границы, но Марш глух к моим словам. Если я еще раз застану его призывающим своими руками очищать город от зла, ночь, проведенная за решеткой, прочистит ему мозги.

— С такими, как он, это бесполезно, — сказал Тони. — У него язык неуправляем.

— Значит, ты с ним беседовал? — Миранда вздохнула.

Тони криво усмехнулся:

— О, да! Я прослушал десятиминутную лекцию о коррупции в правительственных учреждениях.

— В нормальной обстановке очень немногие готовы слушать его, и он-то, в общем, безвреден. Но сейчас я опасаюсь, что Марш способен подтолкнуть некоторых горожан, у кого с головой тоже не в порядке, на разные глупости.

Бишоп нашел нужным вмешаться:

— Нам не о чем на самом деле тревожиться, пока у толпы нет определенного объекта, на который можно излить ярость. Мы действительно не имеем подозреваемого, чтобы предъявить его толпе. И насколько я могу судить, даже городские сплетники не выдвинули ни одной кандидатуры на роль убийцы.

— Это правда. На сегодняшний день, по крайней мере, — согласилась Миранда.

Она заметила, что пальцы Тони отбивают нервную дробь на странице раскрытого перед ним блокнота.

— Тебя что-то беспокоит, Тони?

Он посмотрел с удивлением на свои руки и, словно очнувшись, нахмурился и переплел пальцы.

— Я ощущаю какую-то напряженность, — ответил он сухо, обращаясь к Миранде и к Бишопу одновременно. — И не понимаю почему.

Миранда посмотрела на Бишопа, но, как обычно, никаких эмоций не отразилось на его лице. Ей не захотелось проникать глубже. Она ограничилась репликой, обращенной к Тони:

— Сейчас вообще напряженное время.

— Ну да, — неопределенно высказался Тони.

Бишоп как будто не заметил этого короткого обмена репликами. Он сообщил:

— Звонила Шарон. Она вылетает сегодня в полдень. Сказала, что припасла для нас кое-что интересное. Может быть, забрезжит наконец хоть какой-то просвет.

— Хотелось бы надеяться, — без особой уверенности сказала Миранда. — Нам очень нужна хорошая новость. А тем временем, между прочим, городской совет собирается на экстренное совещание, и я обязана там присутствовать.

— А Джастин Марш в курсе дела? — спросил Бишоп. — Его известили?

— Нет, и он не узнает, если нам повезет, — ответила Миранда, уже направляясь к выходу. — А так как я пообещала арестовать любого, кто посмеет ему сообщить, то мы вправе рассчитывать на везение.

Едва за ней затворилась дверь, как Тони с облегчением рассмеялся.

— Что тут смешного? — мрачно осведомился Бишоп.

— Мы ее недооценивали, шеф. Она — сильный игрок и при желании пробьется через любую защиту.

— У меня с самого начала не было по этому поводу сомнений.

— Ах так! — Тони внимательнее присмотрелся к шефу. — Просвети-ка меня, пожалуйста, босс. Я всегда был чувствителен к эмоциям окружающих, но здесь напряжение достигло такой концентрации, что его как будто можно резать ножом. Я действительно ощущаю себя как-то неловко.

— И каждый день добавляет неудобства с каждым новым фактом, — продолжил за коллегу Бишоп.

32
{"b":"12262","o":1}