ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты же знаешь, что нет у меня никакого магического кристалла, — с грустью сказала Лиз. — Но я убеждена, что кто-то вот-вот появится в Гладстоуне. Все приметы твердят об этом в один голос. У меня уже в ушах звенит от их хора. Темный человек с отметиной на лице. Чужак. Он придет к нам на помощь, но по какой-то причине это обернется нам во зло. И мы долго не сможем раскрыть его тайну. И я думаю… Нет, я уверена, он пожертвует жизнью ради кого-то из нас.

Глава 2

Миранда отперла дверь маленького уютного домика, расположенного недалеко от деловой части Гладстоуна, но все-таки достаточно уединенного, и прямиком прошла на кухню. Здесь обычно было солнечно и все сверкало, но в этот день после ночного ливня небо застилали тучи, и даже безупречной белизны стены и мебель, поблескивающая металлическая кухонная утварь и желтенькие занавески на окнах не оживляли вид комнаты.

И на душе у Миранды было так же пасмурно.

Она включила кофеварку, чтобы разогреть остатки вчерашнего кофе, потому что на рассвете не успела приготовить свежий, а миссис Таск с утра записалась на прием к врачу и заранее предупредила, что задержится. Подогретый кофе наверняка покажется слишком горьким, но это вполне соответствовало ее настроению.

Свежезаваренный кофе ожидал ее в офисе, но Миранде хотелось заглянуть сперва домой, провести здесь в одиночестве несколько драгоценных минут, вдали от беспрерывно звонящих телефонов, громогласных помощников и прорывающихся в кабинет напуганных посетителей. Она не сомневалась, что Алекс сделал подобный крюк по пути в контору, только, скорее всего, завернул к Лиз, а не к себе домой.

Каждый выбирает то место, какое ему больше подходит, где можно отдышаться и успокоить нервы.

— Рэнди?

Девушка лет шестнадцати, поразительно похожая на Миранду, робко заглянула в дверь. На ней была ночная рубашка, а сверху накинут халат, что выглядело странным в десять утра, когда в школе давно шли занятия, но все объяснилось после реплики Миранды:

— Тебе не следовало вставать, Бонни. Доктор сказал, что сон для тебя полезней всех лекарств.

— Я чувствую себя гораздо лучше, честное слово. Это только простуда, ничего серьезного. — Бонни наблюдала, как Миранда наливает в чашку густой черный кофе. — Так это он?

Миранда сделала жадный глоток, поморщилась, потом молча кивнула.

— Адам Рамсей? Все так, как тебе виделось?

— Именно как мне виделось, — подтвердила Миранда печально.

Бонни поежилась, словно от озноба, потом решительно прошагала к столу и уселась.

— Я почти не знала его. Все же…

— Все же тяжело, — согласилась Миранда.

— И все теперь завертится?

— Боюсь, что да.

Губа у Бонни дрогнула, и она прикусила ее.

— Тогда мы уедем. И дело с концом. Мы просто…

— Бессмысленно, Бонни. Это ничего не изменит. То, что должно произойти, — произойдет, независимо от нас.

— Ты не можешь это остановить. — Голубые глаза девочки подернулись печалью, и свет в них угас.

— Нет, я не могу остановить это. — Миранда вздохнула. — Одна не могу.

— Может быть, Алекс…

— Нет. Не Алекс.

Они встретились взглядами, выдержали паузу, и Бонни сказала:

— Ты могла бы попросить их прислать кого-нибудь.

— Мне нужен он. — Горечь звучала в голосе Миранды. Произнесено это было с явной неохотой и даже, казалось, с отвращением.

— Ты уверена?

— Да, уверена.

— Прошло много времени, Рэнди. Восемь лет.

— Восемь лет и четыре месяца. — Миранда невесело усмехнулась. — Я отлично помню, когда это было, поверь мне.

— Я хотела сказать, что все меняется, Рэнди. Люди меняются, тебе это известно лучше, чем кому-либо другому. Даже он должен был измениться. Сейчас все будет по-другому.

— Будет ли?

Бонни заколебалась.

— Тебе привиделось что-то еще? Правда? Что? Что ты видела?

Миранда посмотрела на кофейную гущу в чашке, и губы ее скривились.

— Неизбежность, — сказала она.

Пятница, 7 января

— Это необъяснимо, — заявил доктор Шеппард. Добродушная улыбка, обычно словно приклеенная к его лицу, сменилась выражением хмурой озабоченности. — Зубная карта совпадает, тут не возникает никаких вопросов. То, что мы нашли, несомненно, останки Адама Рамсея.

— Но… — произнесла Миранда.

— Да, есть и «но». Кости по всем признакам принадлежат мужчине не моложе сорока лет. Содержание кальция и другие изменения в костной структуре указывают на возраст примерно от сорока до пятидесяти. — Доктор сделал паузу. — Это выше моего понимания, Рэнди. Очевидно, более опытный и более компетентный судебный медик, патолог или антрополог должен заняться останками. Я мог что-то упустить, недоглядеть, неправильно истолковать результаты проб или вообще неверно провести тестирование. Все возможно.

Их разделял рабочий стол шерифа весьма внушительных размеров, не очень подходящий для такого маленького кабинета. Сидя за этим столом, Миранда ощущала себя хозяйкой, а док Шеппард — гостем, случайно забредшим сюда и страстно желающим поскорее смыться.

Она уперлась локтями в столешницу, прижала ладони к вискам, где пульсировала изматывающая боль, и вонзила пристальный взгляд в растерянное лицо Шеппарда.

— Давайте отбросим на время все сомнения и мысли о том, что мы кое-что упустили. Примем версию, что мы нашли останки семнадцатилетнего юнца, сбежавшего из дома. Знаете ли вы, от чего он умер?

— На том, что осталось от черепа, обнаружены следы двух ударов. Не думаю, что эти травмы были нанесены уже после смерти.

— То есть вы исключаете случайность?

— Если вас интересует мое мнение, то — да, исключаю. Могу заявить для протокола, что, возможно, он погиб от удара по голове. Был ли этот удар преднамеренным или нанесен кем-то по неосторожности, с медицинской точки зрения определить невозможно. Я не берусь ответить на такой вопрос.

Миранда сделала пометку в лежащем перед ней блокноте.

— Я благодарна вам за ваш визит и обстоятельный доклад, мистер Шеппард.

— Нет проблем. Я знаю, что у вас дел невпроворот. Есть какие-нибудь сведения о Линет Грейнджер?

— Пока никаких. Я бросила на ее поиски всех своих людей, ишеек Симона и добровольцев, которых мне удалось собрать, но результат мизерный. Она ушла из библиотеки в среду вечером и растворилась в воздухе. — При этих словах скулы Миранды напряглись, она словно бы сдерживала не то гнев, не то слезы. — Если бы ее мать не была мертвецки пьяна в тот вечер и не скрывала бы до полудня четверга исчезновение дочери, у нас было бы больше шансов найти Линет. Я провела все утро в спорах с мэром и отвечая на вопросы перепуганных родителей. Кто-то в моем милом, маленьком городке, очевидно, всерьез принялся пытать, калечить и убивать местных подростков. А со мной здесь живет шестнадцатилетняя сестренка. Что вы скажете по этому поводу?

— Скажу, что вы не ложились спать в эту ночь.

Миранда выпрямилась, словно собираясь что-то возразить, потом принялась растирать ладонью затылок.

— Все равно я не сомкнула бы глаз, — устало произнесла она и призналась: — Я боюсь, что отыщется еще один убитый подросток, Питер.

— Вы так думаете?

— А вы?

Какое-то мгновение Шеппард колебался.

— Хотите честно? Тогда — да. Я не знаю, что происходит, Рэнди, и кто за этим стоит, но считаю, что вы правы в одном. Кто-то охотится за нашими подростками. И у этого «кого-то» весьма странные… пристрастия.

Тут же, будто отрекаясь от прежних своих слов, Миранда резко возразила:

— Нет. Нет. Мы не можем этого утверждать. Мы действительно не знаем, что происходит.

— Так уж и не знаем?

— Да, не знаем.

— Понятно. — Док украдкой вздохнул. — Тогда, я надеюсь, у вас есть объяснение, почему из тела Керри Ингрэм была выкачана вся кровь, чуть ли не до последней капли.

— Не говорите мне, что убийца высосал ее, — поморщилась Миранда. — Неужели вы так считаете?

4
{"b":"12262","o":1}