ЛитМир - Электронная Библиотека

Алекс решил не развивать далее в разговоре эту интересную, но скользкую тему. Он резко сменил курс:

— Раз пицце пришел конец, а кофе выпито уже под за-вязку и расходиться нам не хочется, не заняться ли нам на пару кое-какой работой?

Тони вздохнул и, откинувшись на стуле и вновь водрузив ноги на стол заседаний, бросил взгляд на доску с фотографиями и графиком, выдавив из себя наконец:

— Я готов. Ты что, хочешь подбить кое-какие итоги? Не рановато? Только в понедельник в лучшем случае мы получим какие-то вразумительные сведения из штаб-квартиры о продавцах покрышек в обследуемом районе. И трое твоих бедняг-сотрудников сейчас усердно изучают в архиве газетные вырезки насчет пропавших подростков за прошлые годы. Я им не завидую.

— Я тоже. Подвал полицейского участка не самое уютное местечко в здании.

— Значит, нам остается только ломать себе голову и пораскинуть мозгами, какие у нас имеются в наличии. Давай еще раз подумаем о том — в который раз! — чего наш убийца добивался, расправляясь с Адамом Рамсеем, — предложил Тони.

— А ты согласен с версией Бишопа?

— Думаю, что Бишоп в своей области большой профессионал, и я привык никаких его выводов не оспаривать.

Алекс в задумчивости уставился на доску. Жуткие снимки останков Рамсея за прошедшие дни запечатлелись в его памяти накрепко, и взглянуть на них как-то иначе у него никак не получалось.

— Не имея больше никаких улик, кроме этих косточек, как мы можем определить что-нибудь заслуживающее внимания?

Тони небрежным жестом толкнул разбухшую папку протоколов, справок и медицинских освидетельствований, касающихся Адама Рамсея, отправив ее по полированной поверхности стола в сторону Алекса.

— И сколько раз ты перечитывал эту глыбу? — осведомился Алекс.

— Бессчетное число раз. И каждый раз надеялся отыскать нечто упущенное прежде.

Алекс с осторожностью и даже с опаской раскрыл папку.

— А что, если в результате выяснится, что мой город прятал чудовище уже много-много лет? Что он его выкормил, вырастил… Что потом будут говорить о нас?

Тони посмотрел на своего ночного компаньона с сочувствием.

— Ведь у него нет отличительных примет — ни рогов, ни хвоста. Он должен быть похож на обыкновенных людей — иначе его бы тотчас выловили. Одно я могу тебе сказать с определенностью — когда мы вытащим эту дрянь на свет божий, ваш город станет другим. Нет, прости, не город, а люди… они несколько поменяются.

Они сидели на кухне, закончив ужин, пили кофе и слушали, как за окном свирепствует буря.

— Что со мной было, когда ты меня нашел? — спросила Миранда.

— Ты была жутко холодная, и пульса не прощупывалось. Скажи, ты что-нибудь помнишь?

Миранда наморщила лоб, вспоминая, но результаты были плачевны.

— Я вошла в дом, включила и прослушала автоответчик в холле, а потом… твой голос откуда-то издалека твердил мне, что я умираю.

— Я нашел тебя лежащей на полу в гостиной. Никаких следов удара и вообще какого-то физического воздействия. Я не врач, но вдоволь насмотрелся на умирающих и уже мертвых. Ты, Миранда, была совсем близко от критической точки. Не было ни пульса, ни дыхания. Твое тело уже перестало жить. В мозгу сохранился какой-то проблеск… И я вцепился в него. Пришлось взломать твою оборону.

— Тебе это обошлось дорого. Я в долгу перед тобой.

— Не время иронизировать, — осадил ее Бишоп.

— Я знаю, но не могу же я сразу признаться, что все последующее было мне ох как приятно.

— Ирония — хорошее дело, но нам сейчас не до шуток. Надо выяснить причину того, что произошло.

— Извини, но я не могу понять… Какой-то отрезок времени потерялся. Я была жива, занималась своими делами, потом вдруг почти умерла, и счет времени возобновился с момента, когда ты принялся меня оживлять.

— Возможно, все дело в твоем защитном панцире. Если что-то смогло проникнуть сквозь щель, похозяйничать в твоем сознании и заставить тебя смириться с мыслью о смерти…

Вот теперь Миранде действительно стало страшно.

— Хорошо, давай хоть примерно восстановим ход событий. Ты нашел меня в гостиной?

— Да.

Она взяла Бишопа за руку и проводила его в гостиную.

Комната выглядела мирной и уж никак не тронутой посторонней злой силой.

Миранда присела на диван и взглянула на спиритическую доску.

— А почему она здесь? Бонни сказала, что они забавлялись с этой игрушкой наверху, в спальне.

— Девочки не могли по какой-нибудь причине принести ее сюда?

— Не думаю. Да и миссис Таск не стала бы этого делать.

Бишоп протянул руку, потрогал планшетку и установил ее, чуть поправив, на центр доски.

— Если девочки использовали ее для контакта, все равно с кем, не важно, то они открыли таким образом проход. Эта штуковина и есть вход.

Миранда встревоженно посмотрела на Бишопа.

— И, возможно, Бонни забыла запереть дверь?

— Или опоздала с этим, — предположил он. — Я в этой области не специалист. Здесь все еще так зыбко, многое основано лишь на непроверенных, не подтвержденных экспериментами гипотезах… Но я помню, как однажды ты говорила мне, что медиум не контролирует того, что может войти в дверь, им открытую.

— Насколько я знаю, это так, — кивнула Миранда. — И главная опасность в том, что самый разгневанный, самый озлобленный дух первым врывается в любую дверь, которую обнаружит, даже не для него предназначенную.

— Дух того, кто был недавно убит, лишился жизни в результате насилия, зверского, жестокого, и теперь заполнен эмоциями, взятыми у своего убийцы?

Миранда молча кивнула.

— В таком случае нам прежде всего следует сосредоточить внимание на Стиве Пенмане и, может быть, Линет Грейнджер. Обоих умертвили недавно, и быстрее, чем первых двух жертв. У них не было даже времени осознать свою обреченность.

— Правильно, — после минутного раздумья согласилась Миранда с умозаключением Бишопа. — Бонни призналась мне, что они с Эми один раз уже пытались связаться с кем-либо, кто мог помочь им найти Стива. Попытка эта не дала никаких результатов и была резко прервана, но планшетка показала, хотя и немного искаженно, имя Линет.

— Мне ее психическая сущность не показалась такой уж злобной и мстительной, — сказал Бишоп.

— Да, она была… очень спокойной, ласковой, отзывчивой девочкой. — Миранде трудно было говорить о Линет в прошедшем времени и упоминать ее имя в таком жутком контексте. — Но она умерла в расцвете юности, и запас ее неистраченной энергии мог преобразиться в отрицательный заряд. Она могла дойти до того отчаянного предела в своем желании вернуться обратно в жизнь, что ничто, никакая мораль ее не остановит. Любой ценой — только бы обратно.

Бишоп, казалось бы бездумно, слегка постучал кончиками пальцев по планшетке.

— Если это и есть дверца, которую открыла Бонни, а окружающее нас пространство свободно для входа озлобленных духов, то, значит, разум Бонни имеет иммунитет против них. Он как-то защищен? Или я не прав?

— Прав, если она успела защитить себя сразу же после контакта. Мы с Карой учили ее, еще совсем маленькую, так поступать, и теперь это вошло у нее в привычку.

— Означает ли это, — продолжал Бишоп, — что дверь достаточно долго была открытой, чтобы дух успел проникнуть сюда, но ему не хватило времени для проникновения в мозг Бонни? Обратно он, конечно, не захотел возвратиться.

Повинуясь естественному импульсу, Миранда с опаской огляделась.

— Тогда дух должен быть… Ты считаешь, что он здесь, в доме?

— Законсервирован здесь, как в банке, — кивнул Бишоп.

— Мне не до шуток! Мне действительно страшно. Некоторые духи способны преследовать живых людей, куда бы те ни переселились, в любом доме, в любом штате. Духи путешествуют вместе с вещами, с мебелью и другими пожитками семьи. Они хотят быть постоянно с теми, кого они знали при жизни.

Бишоп довольно скептически отнесся к подобной перспективе.

50
{"b":"12262","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Ответ. Проверенная методика достижения недостижимого
Горизонт в огне
Ведьмак. Последнее желание
Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений
Друг государства. Гении и бездарности, изменившие ход истории. Предисловие Дмитрий GOBLIN Пучков
Код предназначения. Коррекция судьбы по дате рождения
Свекла лечит. Укрепляем и очищаем организм
Встретимся на Кассандре!
Дело родовой чести