ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда все встали и по предложению Эмили, больше напоминавшему приказ направились в гостиную, Дэниел сказал, что у него в библиотеке дела.

Эмили с величественным видом кивнула и заговорила с Кэрри, шедшей рядом с ней. Алекс и Джози задержались в музыкальном салоне, они беседовали, понизив голос. Лаура в этот момент выходила из комнаты, и Дэниел, воспользовавшись случаем, прошептал:

— Приходи ко мне сегодня, я буду ждать.

Дэниел увидел, как вспыхнули ее зеленые глаза, но не попытался прочесть в них ответ. Быстро повернувшись, он направился в сторону библиотеки, потому что чувствовал: если задержится еще хотя бы на секунду, его отношение к Лауре перестанет быть тайной.

Глава 11

Лаура, стоя у окна, смотрела в сад. Было десять вечера, и свет фонариков расплывался в тумане. Временами ветер усиливался, и слышались его тихие стоны — это давала о себе знать приближающаяся гроза.

Неприятная ночь.

Лаура четверть часа назад покинула гостиную, сказав, что собирается поработать над эскизами. Поскольку Энн в этот момент тоже решила уйти к себе, девушка не могла бы заглянуть по дороге в библиотеку к Дэниелу, даже если бы хотела.

Только не думать о том, как ей этого хотелось. Стараясь отвлечься, Лаура решила позвонить Дане. Удобно устроившись на мягком диване, набрала номер. Она ожидала услышать автоответчик. Разве студентка может сидеть дома в пятницу вечером? Но Дана сняла трубку.

— Привет, Лаура. Я звонила тебе, но…

— Я не дома. Поэтому решила сама позвонить и узнать, есть ли новости.

— Сколько угодно. Подожди минутку, сейчас возьму свои записи.

Вернувшись, Дана заговорила:

— Значит, так… нам снова повезло. Мне просто не верится, что бывает такое везение. Но это я, кажется, уже говорила.

— Да, ты уже удивлялась по этому поводу. Продолжай.

— Так. Я говорила тебе, что у Фэйс Кенли была сестра, состоятельная вдова, имеющая определенное положение в обществе. Она получила это зеркало в наследство после смерти Фэйс. Эта женщина умерла в 1897 году, и ее имущество было продано на аукционе в Нью-Йорке в 1898 году. На этом аукционе присутствовала замужняя женщина тридцати одного года, которую звали Шелби Хадден. Она, если тебе это интересно, коллекционировала зеркала.

— Как ты узнала об этом? — спросила Лаура.

— В заметках аукционера она отмечена как коллекционер, и об этом упоминалось в нескольких письмах, относящихся к этому периоду ее жизни. Похоже, ее коллекция пользовалась известностью в то время. Но потом о ней забыли. Эта женщина была настоящей фанатичкой. В одном из своих писем, за год до аукциона, ее муж пишет, что его очень огорчает столь нелепая страсть.

Лаура спросила:

— Как же ты добыла эти письма?

— С помощью подруги из Нью-Йорка. Она имеет доступ к архивам. У меня для тебя куча факсов. Письма самой Шелби, ее мужа и письма еще одного человека, о котором я тебе сейчас расскажу, плюс вырезки из газет. Это был большой скандал, Лаура.

— Она встретила на аукционе мужчину? — догадалась девушка.

Дана искренне удивилась:

— Как ты догадалась? Она встретила мужчину чуть старше ее, его звали Брет Галвин. Не знаю, как им удалось познакомиться. Ведь Шелби была на аукционе с мужем. Но имеется письмо, написанное несколькими днями позже, из которого следует, что они тайно встречались.

— Понимаю. — Лаура затаила дыхание. — Кто купил зеркало? Шелби?

— Да. Она пишет в первом письме к Брету, что это, наверное, судьба, что они оба искали в этот день зеркало, но именно она его купила. В общем, они стали любовниками, и эта связь была такой страстной, что ее не удалось сохранить в тайне. Ни одно из писем Брета этого периода не сохранилось, наверное, их уничтожил муж Шелби.

— Он все узнал?

— Да. Хотя и не сразу. Из писем Шелби к Брету ясно, что он хотел, чтобы она развелась с мужем и вышла за него замуж. Она хотела того же, но у нее была маленькая дочь, которую она обожала. А она прекрасно знала: муж не отдаст ей девочку. Она могла бы просто убежать с Бретом, захватив дочку, но боялась, что муж их выследит. Кроме того, Брет хотел жениться на ней, а для этого требовался развод.

— Бедняжка, — прошептала Лаура. — Она разрывалась на части.

Дана вздохнула.

— Все это следует из ее писем. Если бы не дочь, Шелби не колебалась бы, но она не хотела потерять девочку. В конце концов выбор был сделан за нее. Муж узнал о ее связи — неизвестно как — и выставил жену из дома. Он отдал ей только одежду и личные вещи, среди которых было и зеркало. Кстати, он швырнул его на тротуар перед домом.

Так вот как оно было разбито.

— И она пошла к Брету?

— Ей больше некуда было идти. Родные — за сотни миль, друзья же не торопились протянуть ей руку помощи. Это было в конце прошлого века, не забывай. Тогда посторонние не вмешивались в такие дела. Брет пытался защитить ее, как мог. Он принял ее в дом, но для соблюдения приличий пригласил также и свою сестру. Но это никак не повлияло на общественное мнение. Возможно, они не спали в одной постели, но подобные слухи ходили. В глазах общества Шелби была виновна, и ее заставили заплатить за свои грехи. Муж отсудил себе ребенка, смешал репутацию Шелби с грязью и, получив развод, уехал из Нью-Йорка, не сказав, куда увозит девочку. Больше Шелби не видела свою дочь.

— Господи, как ужасно! Кто из нас сказал, что это зеркало проклято? — спросила Лаура, бросив взгляд на зеркало, лежащее на журнальном столике около мольберта.

— Не помню. Хочешь узнать, что было дальше?

— Только если ты скажешь, что у этой истории счастливый конец.

— И да, и нет. Шелби и Брет переехали в Сан-Франциско скорее всего из-за скандала и поженились там в 1900 году. Несколько лет они жили счастливо. Правда, Шелби очень тосковала по дочери, но она обожала своего нового мужа, и вскоре у них появились два сына.

— Несколько лет? — Лаура нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Подожди минуту. Не в это ли время случилось землетрясение, которое почти разрушило Сан-Фран-циско?..

— Вот именно. В 1906 году. Их дом был разрушен, а младший сын погиб. Шелби получила травму: у нее что-то случилось с рукой, точно выяснить не удалось. В нескольких письмах она жалуется, что не может заснуть от боли, но нет никаких сведений о том, что она потеряла руку или перестала ею владеть. Во всяком случае, они с Бретом продолжали жить вместе и растить старшего сына. Было много хорошего и плохого, но их любовь не угасала. Ему приходилось часто уезжать по делам, поэтому они писали друг другу. И несколько писем я скопировала для тебя. Они настолько страстные, что я чувствовала себя неловко, когда их читала. Это со мной в первый раз в моих исследованиях.

Лаура немного помолчала, затем спросила:

— И что же случилось потом?

— Они прожили вместе почти тридцать лет и умерли почти в один день во время эпидемии гриппа. Шелби было шестьдесят, Брету — шестьдесят один.

Дана замолчала. Потом продолжала:

— Знаешь, я никогда не задумывалась о романтической любви. Ходила на свидания, радовалась, разочаровывалась. Но никогда не любила. Может быть, я даже не верила в любовь. Но жизни людей, которые отражаются сейчас в этом зеркале… Мне кажется, что они любили друг друга так, как я даже представить себе не могу.

— Я тебя понимаю, — тихо сказала Лаура, чувствуя боль в груди.

Они помолчали, Дана неожиданно рассмеялась:

— А ты никого не встретила, когда покупала зеркало на распродаже? Руки, протянувшиеся к одной вещи, встретились, глаза сказали друг другу, что это судьба…

Лаура заставила себя рассмеяться в ответ и порадовалась, что не поделилась с Даной всеми обстоятельствами. Она не рассказывала ни о приходе к ней Питера Килбурна, который в тот же вечер был убит, ни о встрече с Дэниелом. Как хорошо, что Дана не интересуется современностью и читает лишь старые газеты.

— Никого не случилось рядом, когда я нашла зеркало, — проговорила Лаура беззаботным тоном.

44
{"b":"12265","o":1}