ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Шпага императора
Падчерица (не) для меня
Проклятый отбор
AC/DC. В аду мне нравится больше. Биография группы от Мика Уолла
Троица. Будь больше самого себя
Плацдарм для одиночки
Королевская кровь. Горький пепел
Цусимские хроники. Чужие берега
В объятиях Снежного Короля

— Забирай, — сказали четверо мужчин хором, побросав карты на скатерть.

Тина глянула на небольшую кучку монет, лежавшую в центре, а затем снова обернулась и внимательно посмотрела на Лео.

— Ладно, я дам тебе новый ошейник. Как ты будешь чувствовать себя в петле палача?

— Ву-у-у-у? — очень печально произнес Лео и понурил голову.

Гедеон встряхнулся, чтобы выйти из оцепенения, и пошел дальше, найдя Мэгги, терпеливо ожидающую его у дверей большого фургона, стоящего на небольшом удалении от прочих. Едва глянув на фургон, он резким движением выбросил назад руку и недоверчиво спросил:

— Они не дурачат меня?

Она поглядела в направлении, куда указывал Гедеон, затем перевела озадаченный взгляд на его лицо.

— Что вы имеете в виду?

Он вгляделся в совершенно ясные зеленые глаза. Женщина была очень красива. Ему лучше уехать отсюда немедленно. Ее глаза были, как два бездонных колодца, так глубоки, что можно было видеть лишь безмятежную поверхность, отражавшую свет и лишь намекавшую на то, что могло скрываться в неимоверной глубине. Возможно, в этих колодцах скрыты сокровища, но так же возможно, что кому-то весьма легко в них безвозвратно утонуть, напомнил он себе.

— Не обращайте внимания, — промурлыкала она. — Я не думаю, что все это имеет какое-то значение.

На какое-то мгновение, столь короткое, что Гедеон подумал — ему это показалось, в ее глазах сверкнули озорные искорки проницательного, остро отточенного ума. Затем ее взгляд снова приобрел спокойное выражение, как будто что-то, только показавшись на поверхности, ушло в глубину. От ее улыбки, теплой, как солнечный луч, внезапно пробившийся сквозь пелену облаков, у него перехватило дыхание.

— Вот мой фургон, — она повернулась и поднялась по ступенькам к открытой двери.

Гедеон внезапно почувствовал себя обездоленным и совершенно выбитым из колеи. Это было не слишком-то комфортное ощущение для мужчины тридцати пяти лет. Особенно, если принять во внимание тот факт, что этот мужчина до сих пор не совершил ни одного необдуманного поступка в жизни. Но тоненький голосок внутри него, искушая, нашептывал, что сокровища не могут быть найдены на тщательно и аккуратно вымощенной дороге, где за день проходят тысячи ног. Он попытался проигнорировать этот голос, ведь никогда не прислушивался к таким вещам прежде, ибо это грозило потерей контроля над собой и было совершенно для него неприемлемо.

— Гедеон? — она обернулась к нему, вопросительно приподняв брови. — Вы не хотите зайти внутрь?

Через мгновение он уже взбирался по ступенькам и входил внутрь фургона.

— Присаживайтесь, — жестом пригласила она, указывая на небольшой, очень удобный на вид зеленый бархатный диванчик, в то время как сама поставила сложенный шезлонг, прислонив его к стене, положила охапку одежды на кровать и открыла дверь обширного гардероба, чтобы что-то найти в нем.

Гедеон с радостью принял предложение и уселся на диванчик. Интерьер фургона поразил его воображение. Он медленно обвел помещение взглядом, задержавшись на ярко-алом бархатном покрывале, расстеленном на кровати, и подушках с золотыми кисточками, лежавшими там же и занимавшими большую часть свободного пространства. Он прикрыл глаза и открыл их, когда она села рядом с ним. На ее коленях лежала открытая коробка из набора для оказания первой помощи.

Гедеон внимательно наблюдал за тем, как она извлекла тюбик с антисептиком и небольшой кусочек марли, поставила коробку на пол, потом взяла его за руку, чуть повыше запястья, и положила ее поперек своих бедер. Он мог ощущать тепло ее тела и ее аромат, чем-то схожий с ароматом луговых цветов. Этот запах заставил затрепетать его ноздри. На ее длинных ловких пальцах не было ни одного кольца.

— Вы замужем?

Она тщательно размазывала мазь вдоль его царапины на руке и не подняла глаз.

— Нет.

— Увлечены кем-нибудь?

— Нет, а вы?

Он всмотрелся в ее профиль и услышал собственный тяжелый вздох.

— Не был до тех пор, пока не приехал сюда.

Закончив свое занятие, она швырнула использованную марлю в небольшую мусорную корзинку, стоящую рядом с дверью.

— Ранка заживет лучше, если не будет закрыта, — она завинтила крышку тюбика с мазью.

— Вы слышали, что я вам сейчас сказал? — осведомился Гедеон.

— Да, — она положила тюбик обратно в коробку и снова присела, глядя на него. Легкая улыбка тронула уголки ее губ, но выражение загадочных глаз осталось совершенно нераспознаваемым.

— Я просто попытался забросить крючок, — пояснил он.

— Нет. Вы показали свой интерес. Попытка забросить крючок — это что-то вроде: «Почему бы нам не позавтракать вместе в постели?»

— Почему бы нам не позавтракать вместе в постели?

— Вы без обиняков идете к намеченной цели, да?

Он посмотрел прямо ей в глаза, они оба немного смутились, его собственная последняя фраза прозвучала для него самого довольно неожиданно. Это было совершенно не похоже на него — так форсировать события. И особенно ему было не свойственно говорить так грубо. Но, однажды начав, он уже не мог остановиться.

— Я думаю, что нам обоим больше двадцати одного. Я надеюсь, наконец…

— Мне двадцать восемь, — сдержанно произнесла она.

— Ну, тогда вы, наверное, слышали кое-что подобное?

— Кое-что.

Он хотел спросить, как она воспринимала ухаживания других мужчин, но сдержался. Она может сказать, что это не его дело, так же, как не ее дело его собственные отношения с женщинами. И будет права. Ее прошлое совершенно не имело для него никакого значения, и он никогда не задавался подобными вопросами в отношениях с женщинами. Как правило, он никогда не удосуживался их об этом спросить.

— Вы собираетесь проигнорировать мои ухаживания?

Она взглянула на него, и что-то в ее живых глазах заставило его почувствовать себя несколько неуютно. Он подумал, что это поднялось из самых глубин, как нечно фантастическое, как легендарные сирены.

— Сейчас и до тех пор, пока ваши мотивы не изменятся, — да, я думаю, что буду игнорировать.

— Мои мотивы?

Она мягко пояснила:

— Вы не хотите, чтобы над вами кто-либо получил контроль, а до тех пор, пока не станете понимать меня, вы чувствуете, что не в силах меня контролировать. И не хотите быть зависимым из-за возможных отношений. Вы зависимы только от собственного рассудка и знаний. И верите в то, что секс — один из путей приобретения знаний, а из своего опыта знаете — женщины отдают своему возлюбленному все, что имеют, независимо от того, получают что-либо взамен или нет. Ну, а что же делать мне?

Гедеон прокашлялся и откинулся назад на удобную спинку, отдернув руку от ее теплого бедра. Он искренне верил, что не выглядит таким взволнованным, каким чувствовал себя на самом деле. Она аккуратно, с исчерпывающей точностью обнажила его мотивы, в то время как сама стала для него еще более загадочной.

— Если принимать во внимание ваше описание, то я выгляжу эгоистичным ублюдком, верно? — спросил он, не подтверждая, но и не отрицая того, что она сказала.

— Большая часть людей эгоистичны — это заложено в их природе. У вас логическое мышление, и совершенно логично было бы заключить, что кратчайший путь между двумя точками — прямая линия.

— А вы хотите сказать, что это не так?

Очень вежливо она ответила:

— Нет, если это касается людей. В отношениях между людьми прямота обычно причиняет боль.

Она была права, и он еще больше удивился самому себе. Неужели он в самом деле до такой степени утратил над собой контроль? Неужели его так потрясло внезапное влечение к ней, что он уже был готов к немедленной поверхностной близости? Такой внезапный скачок, учитывая, как она к этому отнеслась, фактически гарантировал, что между ними может быть нечто гораздо большее, чем просто сиюминутные интимные отношения. Потому что она была права еще в одном: интимная близость между малознакомыми людьми редко приносит что-то, кроме разочарования.

И ему было известно это.

5
{"b":"12269","o":1}