ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кто не спрятался. История одной компании
45 татуировок менеджера. Правила российского руководителя
Небо в алмазах
Гортензия
Создавая бестселлер. Шаг за шагом к захватывающему сюжету, сильной сцене и цельной композиции
Любовь яд
Буквограмма. В школу с радостью. Коррекция и развитие письменной и устной речи. От 5 до 14 лет
Загадки современной химии. Правда и домыслы
Криптвоюматика. Как потерять всех друзей и заставить всех себя ненавидеть
A
A

– Что ж, я могу только развести руками в ответ на твою проницательность, – улыбнулась Лариса, – и еще раз повторить, как я тебе благодарна.

– И каково реальное выражение твоей благодарности? – тут же спросил Карташов.

– Я всегда знала, что ты корыстен, – засмеялась Лариса. – Могу пригласить тебя на обед в «Чайку», только угощаться тебе придется, извини, без меня – времени, как понимаешь, совсем нет.

– Что ж мне там без тебя делать? – вздохнул подполковник.

– Ну, тебе может составить компанию, скажем, Степаныч, – стараясь не расхохотаться, предложила Лариса. – Правда, он в последнее время в дурном настроении. Ну, вот заодно и развеется. Если, конечно, захочет потратиться.

– Насколько я знаю твоего администратора, он всегда в плохом настроении, – заметил Карташов. – А уж чтобы он решил потратиться ради моей компании – это вообще нонсенс. Так что хватит шутить, давай лучше данные записывай на этих аварийщиков.

– Давай, – перестала смеяться Лариса.

– Итак, первый. Вернее, первая. Некто Галина Анатольевна Королева. Второй – Жакин Александр Владимирович, проживает по улице Некрасова, дом двадцать пять, квартира сто сорок. И телефончик запиши… 52-48-48. Больше ничего о нем сообщить не могу. Ты, как я полагаю, именно им и займешься вначале?

– Да, начать разумнее с него, – согласилась Лариса.

– Ну, желаю удачи. Если надумаешь пригласить в гости и составить мне компанию, рад буду слышать, – сказал Олег Валерьянович и повесил трубку.

Лариса закурила сигарету и подумала, что Карташов на этот раз вел себя просто сверхкорректно – мало того, что выполнил больше, чем она просила, но даже не стал наседать на нее и настаивать на совместном ужине при свечах в «Чайке». Видимо, подполковник уже и сам понимал, что время таких ужинов для них безвозвратно ушло…

Но сейчас времени на лирические размышления у Ларисы не оставалось. Сейчас нужно заниматься Жакиным, потому что пока он единственный, чья машина, описание которой полностью совпадает с той, которой испугалась Леля Величкина. Не считая, конечно, таинственного «Шевроле», на которой был Котов. А может быть, это как раз и есть жакинская машина? Хотя Лариса не помнила, чтобы у мужа был знакомый с такой фамилией. Да еще настолько знакомый, чтобы давать ему свою машину напрокат. Одним словом, все равно нужно было ехать к этому Жакину и все выяснять непосредственно у него.

Однако, позвонив предварительно ему домой, Лариса услышала детский голос, сообщивший, что папы нет дома. Ухватившись за то обстоятельство, что телефонную трубку снял ребенок, а не жена, Лариса попробовала выяснить, где работает папа, понимая, что от жены такой информации вряд ли добьешься.

– Папа работает в поликлинике, – простодушно ответил голосок. – Он врач главный…

– А в какой поликлинике? – с надеждой спросила Лариса.

– В девятой, это далеко, он на машине ездит, – поведало дитя.

В городе была только одна девятая поликлиника, без всякого уточнения, поэтому Лариса не стала выпытывать у ребенка дополнительных сведений, решив, что ей вполне хватит знания имени-отчества-фамилии интересующего ее человека, а также его должности.

Взяв свою сумочку, Лариса вышла из кабинета, заперла его и отправилась в девятую поликлинику. Находилась та и впрямь далековато, к тому же в довольно высоком горном районе, тем не менее Лариса была там уже через двадцать минут. Оставив машину во дворе, она прошла внутрь здания и сразу же направилась в регистратуру.

– Простите, а где я могу увидеть Александра Владимировича Жакина? – обратилась она к сидящей за стеклом девушке.

– Он должен быть в своем кабинете, на втором этаже, – пояснила та. – Сразу увидите табличку – главный врач.

Лариса поблагодарила и стала подниматься на второй этаж, радуясь тому, что в медицинских учреждениях практически не задают вопросов, по какому поводу нужен тот или иной врач – почти все принимают за само собой разумеющееся, что перед ними потенциальный пациент. Только вот как объяснять свой интерес к Жакину ему самому, она пока еще не знала и надеялась определить это в ходе беседы.

На втором этаже ее, однако, ждало разочарование – дверь с табличкой «Главный врач» оказалась заперта. Ларисе ничего не оставалось делать, как присесть на один из стульев у стены и ждать.

Она просидела минут двадцать; мимо нее туда-сюда проходили люди в белых халатах, однако мужчин среди них не было и никто не отпирал нужную дверь. Наконец она увидела приближавшуюся из другого конца коридора пару. Высокий, очень полный мужчина в очках, в белой шапочке на голове, идущий вперевалочку, что-то говорил идущей рядом с ним молодой девушке в голубом халате. Когда они приблизились, Ларису неприятно удивила сюсюкающая манера разговора мужчины:

– Людочка, приготовьте мне, пожалуйста, кофе. Только покрепче, хорошо?

– Хорошо, Александр Владимирович, – с готовностью ответила девушка и простучала каблуками в конец коридора.

Александр Владимирович принялся отпирать дверь кабинета, Лариса встала и подошла к нему.

– Вы ко мне? – отдуваясь, спросил он, пришлепывая пухлыми губами.

– Да, к вам, – кивнула Лариса.

– Через минуточку заходите, хорошо? – раздувая и без того пышные щеки, попросил главный врач и, неуклюже пятясь и поворачиваясь, чтобы протиснуться в дверь, скрылся в кабинете. Однако через минуточку в кабинет прошагала Людочка с чашкой горячего кофе. Александр Владимирович, конфузливо улыбаясь и шутливо разводя полными руками, попросил заглянувшую следом в кабинет Ларису подождать еще пяток минуточек. Когда они истекли, он наконец соблаговолил ее принять.

– Садитесь, пожалуйста, – сложив пухлые губки бантиком и сглатывая слюну, предложил он, показывая на стул напротив своего стола.

Стол у Александра Владимировича был очень массивным; кроме того, сам он сидел не на стуле, а в кресле, тоже довольно большом, но и оно, кажется, с трудом выдерживало крупные габариты доктора. У Жакина были маленькие, заплывшие жиром серые глазки, казавшиеся еще меньше из-за круглых очков, колпак свой он снял, обнажив редеющие каштановые волосы, давно не стриженные и в беспорядке торчавшие на голове. Присмотревшись, Лариса обнаружила, что лицо у него довольно молодое, седых волос абсолютно нет и что ему никак не больше тридцати восьми, хотя на первый взгляд можно дать и все пятьдесят. Такое впечатление возникало в первую очередь из-за его избыточного веса, в результате чего он страдал одышкой и обладал тяжелой переваливающейся походкой, что здорово его старило. Он выглядел образцом добродетели и нравственности. Мысль о том, что этот внешне добродушный и безобидный с виду гора-человек мог изнасиловать несовершеннолетнюю девочку, показалась Ларисе абсолютно нереальной, и она уже подумала, что зря сюда пришла. Но раз уж пришла, то нужно задать соответствующие вопросы хотя бы для очистки совести.

– Слушаю, слушаю, – говорил Александр Владимирович как-то печально, возясь в кресле и пытаясь усесться поудобнее.

– Александр Владимирович, какая у вас машина? – в лоб спросила Лариса.

Жакин удивленно захлопал ресничками, зашлепал губами и поднял на Ларису растерянный взгляд. Вид у него был как у ребенка, которому неожиданно, безо всякой на то причины сказали, что сейчас он пойдет в угол вместо того, чтобы смотреть телевизор.

– То есть как… То есть что значит какая… – закудахтал он.

– Ну, марка какая? И цвет? – продолжала уверенно спрашивать Лариса.

– Ну… «Шевроле», – пожав плечами, как-то обиженно ответил Жакин. – А что? Что-то случилось с моей машиной? Или вы по поводу той аварии? Так там же все… так сказать… улажено. И претензий никто не предъявляет, я, так сказать, конфликт этот сразу замял, так что…

Жакин говорил очень быстро, шепелявя и отдуваясь при этом, что очень плохо отражалось на его дикции. Кроме того, его присюсюкивающая манера, а также в изобилии выделяющаяся слюна делали речь совсем невнятной, и Ларисе приходилось очень напрягать слух, чтобы понять, что хочет сказать этот губошлеп.

8
{"b":"1227","o":1}