ЛитМир - Электронная Библиотека

Вдобавок ко всем неприятностям она уронила корзинку, и бутылка шампанского, которую она надеялась выпить с Дрейком, разбилась вдребезги.

Расстроившись, она убрала осколки. Такого же хорошего шампанского у нее не было, но что поделаешь.

А тем временем, спрятавшись в тени переулка, расположенного напротив магазина, за происходившим беспокойно наблюдал Сирил. Как всегда, когда он нервничал, он хрустел суставами пальцев. Итак, все улажено. Курьер отнесет ложную телеграмму из России Драгомиру ровно в три часа утра. Дани уже покинет его апартаменты.

Что касалось магазина, то пробраться в него не составляло труда. Когда Сирил приходил к Дани в последний раз, то, воспользовавшись моментом, когда девушка отвлеклась, снял щеколду с окна. Ему оставалось подождать, пока соседи заснут, взять картину и исчезнуть. Сирил устроил так, чтобы за гостиницей Драгомира постоянно наблюдали и помешали любой его попытке сообщить Дани, что его срочно вызвали в Россию, даже если русский сам решит отправиться к ней домой с этой вестью. Все будет обставлено как обычная кража; сообщник Сирила должен лишить Драгомира сознания, вытащить его бумажник, отвезти на вокзал и там оставить. Если все получится, Сирил убедит Дани срочно уехать из города, чтобы она не смогла узнать о случившемся с ее возлюбленным позже, когда Драгомир снова попытается встретиться с ней.

Сирил нахмурился, подумав о том, что пройдет около недели, прежде чем ему удастся покинуть Париж, однако сейчас корабли отплывали из Шербура не так часто, как летом. Ну что ж, значит, он спрячет картину и будет вести себя как обычно.

Он самодовольно улыбнулся. Пока все шло согласно его плану. Уже недолго осталось ждать того момента, когда картина наконец окажется у него в руках… А кто предскажет, как отреагирует Дани на неожиданное исчезновение Драгомира, поверив, что вор именно он?

Колт сердито бродил по дому. Почти девять часов, черт побери. Куда же все подевались? Родителей нет, слуги ушли на ночь. Даже Лили нигде не было, а ему сейчас особенно хотелось увидеть ее.

Проведя два дня в беспробудном пьянстве, он наконец пришел в себя, проснувшись утром с ужасной головной болью и твердым решением жениться на ней. Не важно, что у Дани совершенно иной взгляд на подобные вещи. Лили, очевидно, не разделяет столь либеральных взглядов. Она поклялась, что любит его, и он верил ей. Колт чувствовал, что должен поступить по-мужски и сохранить ее уважение. Он постарается устроить хорошую свадьбу. Он не любил Лили, никогда не притворялся, что испытывал это чувство, но, пережив два неудачных романа, воспоминания о которых приносили боль и отвращение к самому себе, он хотел покоя.

Итак, где же Лили? Он хотел сказать ей о своем окончательном решении и назначить дату свадьбы. Когда они пойдут к его родителям, он проявит твердость и даст им понять, что ожидает получить их благословение. В конце концов он взрослый человек, и они не имеют права относиться к нему как к маленькому мальчику. Он не намерен далее мириться с этим.

В поисках Лили Колт вошел на кухню. Свет маленькой лампы освещал пустую комнату. Неожиданно Колт почувствовал, что зверски проголодался и подошел к столу, где стояли несколько накрытых блюд.

Его внимание привлекли разорванные клочки бумаги.

Он поднял самый большой из обрывков и разобрал несколько слов… но этого было довольно.

Мерзавец Драгомир!

Колт выскочил из кухни, стремглав вылетел из дома. Дождь хлестал ему в лицо, раскаты грома, сотрясавшие землю, раздавались в унисон с его бешено бьющимся сердцем.

Итак, ясно, что произошло. Бедная Лили, полагая, что ее отвергли, безрассудно бросилась в объятия этого негодяя, Драгомира. Кто еще мог прислать послание в особняк? Дани больше не жила здесь и, как считал Колт, не находилась более под воздействием чар русского.

Он нанял экипаж, запрыгнул внутрь и скомандовал:

– В «Палас», живо!

Пусть он не любит Лили, но она все-таки его невеста, гостья его дома и, следовательно, находится под его опекой и защитой. Он не позволит Драгомиру воспользоваться ее слабостью.

Вскружив голову его сестре, Драгомир теперь возомнил, что может добавить к своей коллекции и Лили.

Колт заскрежетал зубами. Каков подонок! Он дрожал от гнева.

Господи, молился он, пусть это будет ошибкой, пусть он найдет Драгомира одного. А обрывкам записки найдется самое простое объяснение, так же как и таинственному исчезновению Лили из дома в столь поздний час.

Колт резко и так глубоко вздохнул, что в груди у него заболело.

Да, он надеялся, что ошибался, ибо, если это не так, он убьет этого сукина сына!

Антуан задумчиво смотрел вслед прелестной молодой леди. Какие чудесные у нее глаза! Не много таких красавиц ласкали его взор.

Он вытащил сигару из кармана пальто, встал в тень и закурил. Месье Драгомир сказал, что, пока его не видят гости, ничего страшного, если он позволит себе затянуться разок-другой. Он считал, что вполне может позволить себе небольшой перерыв. Вечернее время обычно не отличалось богатством событий.

Примерно час назад вернулась та неприятная особа, которая устроила отвратительную сцену днем раньше. Она ни слова не сказала ему и даже не удостоила его взглядом.

А всего несколько мгновений назад прибыл возбужденный молодой человек. Он выглядел весьма расстроенным и спросил, как пройти в апартаменты месье Драгомира.

А теперь пришла эта красивая леди…

Антуан курил сигару и сердито думал, что, если месье решил устроить вечеринку, надо было предупредить консьержа о ней.

Глава 24

Дрейк притворился, что выпил слишком много, полагая, что так сможет объяснить свое сопротивление попыткам Лили затащить его в постель, не обидев ее.

С тех пор как она пришла – около восьми часов, она уже не раз делала ему прозрачные намеки, что предпочитает забыть об ужине, который он заказал, и заняться вместо этого любовью.

Однако у Дрейка были другие планы. Он намеревался в девять пятнадцать расположиться с ней на диване, так, чтобы их было сразу видно из Серебряной гостиной. К девяти тридцати, когда он ожидал появления Колта, Дрейк постарается, чтобы объятия их выглядели как нельзя более страстными. Колт все увидит и сразу поймет.

Но, черт побери, не было еще и девяти, и ему становилось все сложнее удерживать Лили в рамках составленного им расписания.

– Я не хочу есть, – шептала она, прижимаясь к нему грудью. – Я хочу другого…

– Мы и не едим, – пьяным голосом возразил Дрейк, размахивая бокалом вина, – мы пьем! Вкушаем нектар богов!

Он притворился, будто хочет встать, намеренно наклонившись вперед и невнятно бормоча:

– Где же официант? Я сказал ему, чтобы он принес водку! Я хочу пить настоящий мужской напиток!

Он неуклюже повалился в кресло, раздраженно ударив бокалом по столу.

Лили улыбалась, но глаза ее были холодны. Как же убедить его в том, что она единственная женщина, которая может доставить ему удовольствие в постели, если не затащить его туда? Длинный ужин был простой тратой времени. Она подошла к Драгомиру, нежно сжала его руку и прошептала на ухо:

– Мы уже довольно выпили, любовь моя. У нас в меню сегодня другие, сладостные блюда… – Она положила руку ему на бедро и стала подбираться нетерпеливыми пальцами к заветной выпуклости.

Дрейк чуть не застонал. Ситуация выходила из-под контроля. Колт должен был увидеть, как они целуются, – не больше. Колт наверняка придет в ярость, Лили будет сокрушаться… возможно, скажет, что он заманил ее сюда, напоил, заставил уступить. Значит, необходимо быть в форме, чтобы объяснить Колту, что весь этот спектакль специально подстроен. Если же Колт застанет их с Лили в самом разгаре занятий любовью, он ни за что на свете не поверит, что это подстроено…

Он отпихнул Лили и вскочил на ноги. Грозя пальцем, он укоризненно отчитал ее:

– Нет, нет, молодая леди. Не лишайте меня сегодня истинно мужского напитка. Как же без него я доставлю удовольствие моей маленькой шалунье? Я должен быть во всеоружии!

54
{"b":"12278","o":1}