ЛитМир - Электронная Библиотека

– Скажи-ка честно, Китти Райт, – начал Колтрейн, обдавая ее горячим дыханием, – ты отвешиваешь пощечины всем мужчинам, которые отважатся прикоснуться к тебе? И даже сможешь ударить меня, несчастного раненого?

Сильные руки сжали ее лицо и привлекли ближе. Он прикоснулся к ее губам – сначала легко, мимолетно, а потом все сильнее и настойчивее. Как ни странно, но у нее вдруг пропала всякая охота сопротивляться, и она обмякла в его руках, чувствуя, как огонь желания растекается по всему телу.

Тревис ослабил хватку, однако на сей раз на его лице не сверкала несносная двусмысленная ухмылка. Похоже, ему также стало не до шуток.

– Видно, тебе удалось все-таки расшевелить меня, маленькая злючка. Зима будет долгой, и так или иначе нам придется делиться друг с другом теплом по ночам. Почему бы тебе не расслабиться и не насладиться любовью в полной мере?

– И у тебя поворачивается язык назвать любовью то, как ты по-скотски совокуплялся со мной? – Она отшатнулась, и зажегшееся было в ней пламя страсти мигом сменилось яростным пламенем гнева. – Короче говоря, ты предлагаешь мне стать твоей подстилкой? Этого ты добиваешься? Ради этого таскал за собой все время?

На этот раз лицо Тревиса исказилось злобой, и он встряхнул Китти что было сил, прежде чем оттолкнуть:

– Будь ты проклята, девчонка! Каждый раз, когда во мне пробуждается к тебе любовь – причем любовь настоящая, – ты начинаешь кривляться подобно многочисленным представительницам своего племени, лживого, бессердечного, пригодного только для одного-единственного дела! Ну что ж, подожди, пока я встану на ноги, тогда мы с тобой обязательно займемся этим! И уж тогда ты получишь все сполна – пусть даже придется привязать тебя к койке!

– Сяду-ка я на лошадь и поеду впереди фургона, рядом с Сэмом, – выпалила она. – У меня больше нет сил тебя слушать!

…Китти ехала верхом рядом с сидевшим на облучке Сэмом, а в мыслях ее по-прежнему царила полная сумятица. Почему он так измывается над ней? И в то же время так упрямо удерживает возле себя? И почему у нее захватывает дух от его поцелуев?

Не может быть, чтобы догадки Сэма оказались верны. Не может быть, чтобы она, Китти, влюбилась в такого… в такое чудовище! Неужели это правда? Неужели они постоянно враждуют лишь оттого, что их характеры оказались на удивление схожими?

Китти не знала, что и подумать. Впрочем, ведь он пообещал, что впереди у них долгая зима. А уж к весне она наверняка сумеет разобраться, какие же чувства внушает ей Тревис Колтрейн.

Глава 22

Прошла примерно неделя с того дня, как отряд выступил на поиски зимних квартир. И за это время деревья успели пожелтеть и обронить почти половину своих листьев. Накануне вечером отряд устроил стоянку на берегу мелкого неспешного ручейка, и пленница присутствовала при разговоре Тревиса и Сэма за ужином. Тревис, которому не терпелось вернуться в строй, загорелся желанием попробовать впервые после ранения прокатиться верхом. Сэм пытался спорить, но, как всегда, верх одержал капитан. В конце концов, Сэм уступил, пробормотав, что, пожалуй, вечер для верховой прогулки выдался весьма подходящий. Тревис ухмыльнулся и предложил Китти составить им компанию. Девушка только что разложила одеяло в стороне от остальных членов отряда. Ей хотелось спать, и она отказалась. А про себя подумала, что ни одной лишней минуты не проведет по доброй воле в обществе этого зазнайки Колтрейна.

Разбудили ее какие-то странные звуки. Китти насторожилась, всматриваясь в ночную тьму. До нее донеслись приглушенные голоса. И вдруг она ясно услышала голос Энди.

– Проваливайте ко всем чертям! – кричал в отчаянии юноша. – Я ни за что не приму вашу присягу!

– Нет, это ты провалишься к чертям, – шумели янки. – Или принимай присягу, или мы снесем тебе башку!

– А ну распните его вон на том дереве, – послышался голос. – Да приколотите ему повыше ладони, раз он сам не желает поднять руку и принять присягу!

Китти стремительно поднялась и поспешила к прогалине, на которой накануне развели костер. В неярком свете она увидела Энди и толпу его мучителей.

– Хватай правую руку и прибивай к дереву! – крикнул заводила – патлатый, заросший бородой по самые глаза верзила, которого звали Вайли Барнс и о котором Сэм говорил, что он самый неуправляемый из всей банды. – Или примешь присягу на верность Северу, сопляк, или висеть тебе распятому, как Иисусу!

– А ну перестань! Ты в своем уме? Перестань, слышишь? – набросилась на мерзавца Китти. Остальные толпились вокруг Энди, но двое из них оставили мальчишку и мигом заломили пленнице руки за спину.

– Так-так, наша маленькая злючка открыла свои прелестные глазки! – смерил ее с головы до ног масленым взором Вайли. – Ну что ж, погоди, после Джонни Реба ты тоже дашь нам присягу. Ну а перед этим, конечно, мы отлично позабавимся с тобой. – Ответом ему был дружный хохот, и Китти стало не по себе от этого ужасного рева – только сейчас она поняла, что оказалась одна, совершенно одна против целой банды.

– Ну, Энди, валяй, давай клятву! – Держа наготове молоток и ужасных размеров гвоздь, Вайли обернулся к подростку, тщетно пытавшемуся вырвать правую руку, в которую крепко вцепились янки. – Можешь повторять за мной: «Клянусь быть верным…»

Но тут Энди изловчился и плюнул в лицо верзиле, который побагровел от ярости. Он схватил правую руку мальчишки и несколькими сильными ударами пригвоздил к дереву. Послышался нечеловеческий крик Энди.

– Будь ты проклят! – вскричала Китти, вырываясь, словно дикая кошка. Но двое громил только сильнее вывернули ей руки и прижали лицом к земле.

– Ну, валяй, принимай присягу, – пыхтел, радостно оскалившись, Вайли. До Китти внезапно дошло, что он буквально упивается страданиями подростка. Он ей живо напомнил Люка Тейта, с которым ее когда-то свела судьба! Глаза заволокло слезами бессильного гнева и какой-то алой пеленой, мешавшей ясно видеть.

– Энди, ради Бога, прими ты их проклятую присягу, – взмолилась она. – Она ничего не будет значить! Это же пустые слова, вырванные силой! Прими присягу, пока они не пристрелили тебя! Это же настоящие скоты… они не…

Ее прервал безжалостный удар по голове. Превозмогая боль, Китти подняла глаза на того, кто ударил. Над ней возвышался Вайли.

– Вон ты как запела – «проклятая присяга, которая ничего не значит»?! Похоже, пришло время принять эту присягу и тебе, мятежная шлюха! Похоже, пора и тебе поклясться в верности Северу! Самое время поставить тебя на место и показать, как мы поступаем с мятежниками вроде тебя!

Обдавая ее сивушным перегаром от дешевого виски, Вайли грубо рванул Китти, вынуждая подняться на ноги, а двое его дружков отступили назад. Боже милостивый, ну где же застряли Тревис с Сэмом?! Сколько они еще будут кататься, почему до сих пор не вернулись на стоянку?

– А ну давай! – твердил Вайли. – Повторяй за мной…

Энди, оторвав изуродованную руку от дерева, рухнул наземь, а из раны хлынула кровь.

– Я скажу все, что ты захочешь, – выпалила Китти. Разве может иметь значение вырванная силой клятва? Ясно, что ей не справиться с этой бандой головорезов. У нее нет иного выхода, и она вынуждена подчиняться. Сделать вид, что готова играть в их дурацкие игры. Свора полупьяных мерзавцев. Ну ничего, вот вернется Тревис, и уж тогда-то она отыграется за все!

Вайли, спотыкаясь, забубнил нечто похожее на присягу, и Китти терпеливо повторяла за ним, с ненавистью глядя в его сторону. Не на шутку распалившийся Вайли осмелел настолько, что рванул ворот ее платья, обнажив нежные упругие груди. Китти и не подумала скрыть наготу от загоревшихся похотью взоров солдат. Напротив, она закинула руки за голову и вызывающе повернулась к ним, приговаривая:

– Любуйтесь, любуйтесь сколько влезет… делайте со мной что хотите… и чем больше вы натворите со мной, тем больше вы заплатите Бачеру с Колтрейном, когда они вернутся! А уж я непременно полюбуюсь на то, как вас настругают мелкими ломтиками!

57
{"b":"12279","o":1}