ЛитМир - Электронная Библиотека

— И у меня есть брат, — прошептала Джулия. — Его зовут Майлс, и он…

— О Майлсе мне известно все, — перебил капитан, наблюдая, как глаза Джулии широко раскрылись от удивления. Он объяснил, что в бреду Джулия сама рассказала ему о брате. — Я посочувствовал вам, узнав, что ему пришлось спасаться бегством. А еще вы рассказали о своем отце и о том, как он погиб.

Джулия ошеломленно молчала, открывая и вновь закрывая рот, но, не издавая ни звука. Как она могла выдать эти страшные тайны? Должно быть, от жара у нее помутился рассудок и на поверхность всплыло то, что таилось в глубине ее души.

— А если вы хотите знать, сказали ли вы мне правду о своем вынужденном браке с Вирджилом Оутсом, — продолжал капитан так, словно ему нравилось шокировать ее, — смею вас заверить, вы ничего не утаили.

— О Господи… — еле слышно простонала Джулия. Уходя, Арнхардт остановился у двери, чтобы еще раз окинуть Джулию пристальным взглядом горящих глаз.

— Я заботился о вас, как только мог, Джулия. Кстати, мое предположение подтвердилось: вы действительно чудесно сложены.

В ту же секунду он выскользнул за дверь, лишив Джулию возможности излить гнев. Ее нервы были на пределе, она пылала яростью. Как он посмел отпустить столь бесстыдное замечание, как осмелился напомнить ей о лихорадочном бреде!

Когда же они, наконец, доберутся до Бермудских островов? Неужели ей никогда не удастся отделаться от этого человека? Кроме всего прочего, Джулию бесило предательство собственного тела, его ощущения, вихрь чувств, которые вызывал в ней капитан и которых она не понимала.

Он был мужчиной в полном смысле этого слова, одной его близости хватало, чтобы напомнить ей: она — женщина. Джулии это совсем не нравилось.

Немного погодя в каюту вошла мать с тарелкой тушеных бобов с картофелем. Джулия жадно набросилась на еду, запивая ее горячим чаем, пока мать озабоченно хлопотала вокруг, желая убедиться, что она и вправду поправилась.

— Мы все ужасно боялись за тебя! Ты нас очень перепугала! — то и дело повторяла она. — А капитан был так добр к тебе, дорогая! Конечно, я не сразу согласилась на его предложение перенести тебя сюда, но, в конце концов, сдалась — ведь я не могла ухаживать за тобой сама. Мистер Гаррис говорил, что капитан заботился о тебе, как о родной дочери. Поверишь ли, он не отходил от тебя ни на шаг!

«Наверное, боялся пропустить хоть одно слово из моего бреда», — в безмолвном бешенстве съязвила Джулия и удивилась силе своих чувств.

Она заметила, что лицо матери стало совсем бескровным.

— А ты уверена, что уже выздоровела? — озабоченно спросила она. — Ты неважно выглядишь, мама.

В ответ мать слабо улыбнулась: ^

— Не волнуйся, со мной все хорошо. Просто плавание утомило меня. Но тут уж ничего не поделаешь, верно? После краткого отдыха на Бермудах нам придется возобновить путешествие.

— Может, напрасно мы отправились в Англию? Мы могли бы остаться в Саванне. Там мы с Вирджилом и поженились бы…

— Нет, о нашем отъезде я не жалею. Надеюсь, к весне война кончится и мы сможем возвратиться домой — и Майлс снова будет с нами.

Джулия увидела, как на глазах матери выступили слезы.

— Будем молиться, чтобы Вирджил смог разыскать Майлса и вернуть его домой, — задумчиво проговорила она. — Ты же понимаешь, что в военное время с ним могут расправиться безо всякого суда и следствия.

Мать согласно кивнула:

— Да, я помню: негр из таверны рассказал Лайонелу о том, что противники первыми бросились на Майлса. Но разве могло быть иначе? Майлс — отнюдь не хладнокровный убийца. Его ненавидят только за то, что он не сочувствует южанам.

— Он считает войну бессмысленной, — подтвердила Джупия, ласково поглаживая мать по плечу. — Давай забудем об этом, мама. Наверняка после войны все изменится к лучшему.

Правда, Джулия не верила своим словам. Она уповала лишь на то, что Вирджил сдержит обещание и сделает все возможное, чтобы спасти Майлса. Однако до конца войны на благополучный исход дела нечего было и надеяться.

Пообедав, Джулия почувствовала прилив сил и с радостью согласилась на предложение матери принять горячую ванну.

В каюту внесли деревянную ванну, двое матросов наполнили ее, нося ведра с горячей водой с камбуза. Спустя некоторое время Джулия наконец-то смогла сбросить перепачканную рубашку и погрузиться в воду.

— Я чувствую себя гораздо лучше, — заверила она мать, — как будто и не болела.

— Именно так я почувствовала себя, когда кризис миновал. Мне казалось, будто все силы сразу вернулись ко мне. И подумай только: еще несколько дней, и мы прибудем в порт! — Мать улыбнулась Джулии, и от радости ее щеки слегка порозовели. — Мне так отрадно при мысли, что совсем скоро моя маленькая девочка удачно выйдет замуж и ей будет не о чем тревожиться.

Джулия опустила губку в воду. С задумчивым выражением лица она произнесла:

— Я понимаю твои чувства, мама. Я должна быть благодарна Вирджилу за то, что он сделал мне предложение.

— Нет, это он должен благодарить тебя за то, что ты согласилась! — возразила мать. — Ты обворожительна, Джулия. Любой мужчина мог бы гордиться такой женой. — Окинув дочь еще одним ласковым взглядом, она сказала, что сходит за чистой одеждой. — А ты не спеши, вода остынет еще не скоро.

После ухода матери Джулией вдруг овладела меланхолия Возможно, причиной тому была слабость, но втайне Джулия призналась себе, что уныние вызвали у нее мысли о предстоящем браке. Впрочем, все, что ни делается, — к лучшему. Она давно примирилась со своей участью. Вирджил будет хорошим мужем. По правде говоря, Джулии хотелось бы стать женой любимого человека, но рассчитывать на это не стоило.

Майлс, мама… Два самых дорогих для нее человека. Оба они так много выстрадали! Иногда, когда мать не подозревала, что за ней наблюдают, Джулия вглядывалась в ее лицо, видела тень боли в глазах, и ей казалось, что мать догадывается об измене мужа. В такие минуты Джулия страстно молилась Богу, чтобы мать ни о чем не узнала.

Майлс. Преданный, любящий брат. После того как Вирджил поможет ему благополучно вернуться домой, ее брак сделает счастливой всю семью. Вирджил поможет им сохранить поместье. Роуз-Хилл — это их дом, это безопасность и твердая почва под ногами. Его никак нельзя потерять: ради него они слишком многим пожертвовали, долго и упорно трудились.

Привычная качка корабля усилилась, вода стала переливаться через край ванны. Джулия услышала отдаленный раскат грома и, выглянув в иллюминатор, заметила вспышку молнии на помрачневшем небе.

Гроза в море! Джулия не раз слышала, что это опасное явление.

Торопясь, она смыла с себя мыло, решив, что разумнее будет поскорее выйти из ванны и одеться. Схватив толстое грубое полотенце, она принялась старательно вытираться и не услышала, как за спиной открылась дверь.

Вошедший в каюту Дерек Арнхардт застыл на пороге, с интересом разглядывая девушку.

Не замечая его, Джулия уронила полотенце на пол и потянулась, вскинув руки над головой и удивляясь, почему мать до сих пор не вернулась.

То, что в каюте онане одна, Джулия почувствовала внезапно, в приливе паники. Обернувшись к Дереку, она воскликнула:

— Как вы смеете подглядывать за мной? Почему врываетесь без стука? — Стремительно нагнувшись за полотенцем, она попыталась прикрыть наготу.

Он дерзко усмехнулся:

— Полагаю, в силу привычки. Ведь это моя каюта. Обычно я вхожу в нее без стука. — Он бросил на кровать принесенное платье Джулии.

— Вы не имели права… — начала Джулия и осеклась. — Выйдите, мне надо одеться.

Арнхардт окинул ее холодным взглядом:

— Похоже, вы забыли, что во время болезни я обтирал вас мокрым полотенцем, стараясь унять жар. Я видел вас в чем мать родила, мне знаком каждый дюйм вашего тела. Жаль, что вы прячете его под одеждой. Вам следовало бы жить на южных островах, где туземцы разгуливают голышом…

— Вы несносны! — выкрикнула Джулия, потрясенная его словами. — Неужели вы и вправду глазели на меня, словно какой-нибудь… развратник, пока я лежала беспомощная?

14
{"b":"12281","o":1}