ЛитМир - Электронная Библиотека

— Нет! — вырвалось у Джулии. Пытаясь вырваться из рук матросов, она кричала: — Проклятые янки! Не смейте!

С удвоенной силой она била ногами по коленям человека, державшего ее. Гатри придвинулся к Дереку, нацелив острие сабли ему в живот. Толпа на палубе зашевелилась, Джулия похолодела. Перестав вырываться, она уставилась на Дерека, который медленно шел к концу доски, не поворачиваясь спиной к янки, чтобы они не заметили зажатый в руках нож.

В последний раз он взглянул на Джулию, и свет фонарей, бьющий ему в лицо, образовал вокруг головы подобие нимба, который придал Дереку внушительный вид. Но что это? Неужели он улыбнулся? Джулия напрягла зрение и ахнула, осознав, что в эту страшную минуту на лице Дерека и впрямь играла улыбка! Она пошатнулась, скользя взглядом по его сильному мускулистому телу. Если он сумеет разрезать веревки, тогда у него появится шанс спастись. Дерек — опытный пловец, он вполне способен добраться до берега. Но пока он не перережет веревки, ему придется пробыть под водой в неудобной позе, с руками за спиной, среди акул…

Дерек встречал смерть с такой надменной и дерзкой улыбкой, что Джулия невольно прониклась уважением к этому человеку, которого ей следовало бы презирать.

Он сошел с доски. На палубе все затаили дыхание, над кораблем повисло безмолвие.

Тишину разорвал гулкий всплеск, эхо разнесло его над ночным морем. Отталкивая друг друга, матросы бросились к борту. Они возбужденно перекрикивались.

На миг оказавшись забытой, Джулия упала на колени и разрыдалась.

— Черт! Его нигде не видно, — крикнул кто-то. Ему отозвался второй голос:

— Он не всплыл ни разу.

Они поднимали фонари повыше, перевешивались через поручни.

— Света слишком мало. Ни черта не видно.

Джулия не выдержала. В этот миг смерть стала бы для нее желанным избавлением. Что ждало ее в руках капитана Гатри? Слезы хлынули из ее глаз неудержимым потоком, да она и не пыталась их сдерживать.

Густой туман окутал ее. Джулия смутно сознавала, что поблизости кто-то говорит о ней.

— Вы думаете, она… малость того, капитан? Так рыдают и вопят только сумасшедшие.

— Возможно, — послышался холодный и презрительный голос капитана Гатри. — Бедняжка! Ее нельзя не пожалеть. Впрочем, ей нравилось быть корабельной шлюхой… А я-то собирался приударить за ней. — Он с отвращением фыркнул. — Вот пример того, как красавица может превратить мужчину в болвана!

— И что же теперь? Может, пусть себе лежит здесь и плачет? — спросил матрос.

— Нет. Перенесите ее на наш корабль. Надо как можно скорее покинуть эти воды. Как только «Ариан» взлетит на воздух, взрыв услышат с берега. Владельцы других судов из порта наверняка попытаются отомстить нам, так что придется удирать на всех парах.

Джулия почувствовала, как чьи-то руки бесцеремонно обняли ее за плечи. Она хотела было запротестовать, но очередные слова капитана удержали ее от этого шага — в них таился ключ к спасению.

— Мы увезем ее с собой на Север, а там отправим в больницу. Должно быть, она все-таки сошла с ума. Наверное, она с самого начала была неуравновешенной натурой, иначе не позволила бы себе поступиться правилами приличия.

Больница! Оттуда ее сразу отпустят, и она вернется домой. Господи, вот оно, спасение, с радостью поняла Джулия. Продолжать судорожно всхлипывать было нелегко — в этот миг ей хотелось залиться ликующим смехом. Но притворяться, что она действительно лишилась рассудка, было необходимо, иначе неизвестно, какая участь ее ждет.

Она не сопротивлялась, когда матросы-янки подняли ее на руки. Пока ее несли, Джулия стонала, вскрикивала и дико мотала головой из стороны в сторону.

— Что это с ней стряслось? — спросил один матрос другого.

— Капитан говорит, что она рехнулась, — деловито отозвался второй матрос. — Надо отнести ее на наш корабль и запереть в каюте. Пока она безобидна, но кто знает, что она способна натворить? Боюсь я этих помешанных.

Джулия отвернулась, чтобы скрыть невольную улыбку. Да, с радостью думала она, вот и спасение — пусть ее считают сумасшедшей!

Глава 12

Джулия сидела на корточках в углу палаты. Глинобитный пол был холодным, но у Джулии не возникало ни малейшего желания пересесть на деревянную скамью рядом с одной из мрачных, растрепанных женщин.

Все они были пациентками лечебницы, куда привез Джулию капитан Гатри. Это строение в предместье Вашингтона, столицы северян, было ветхим и мрачным, с пациентками здесь обращались точно со стадом безмозглых овец. В ярости Джулия попробовала было возмутиться, но персонал лечебницы не обратил внимания на эту вспышку, всерьез считая Джулию полоумной.

Когда Джулия отказалась снять платье и облачиться в предложенное ей серое мешковатое одеяние, грузная, коренастая сестра-хозяйка шагнула вперед и разорвала на Джулии одежду.

— Выбирай: либо ты будешь ходить голышом, либо наденешь вот это, — бесстрастно предложила она. — Мне все равно.

Вот Джулии и пришлось надеть бесформенную рубаху. Она доходила до щиколоток, длинные рукава почти полностью закрывали руки, а на спине имелись короткие тесемки. В качестве обуви ей выдали суконные туфли.

У нее отобрали все гребни и шпильки. Джулия понятия не имела, что стало с ее гардеробом.

— Я не сумасшедшая, — уверяла она надзирательницу, пристально наблюдающую за тем, как она переодевалась. — Я только притворилась помешанной, чтобы отделаться от этих людей. Если вы отведете меня к врачу, он подтвердит, что я совершенно здорова.

Грубо встряхнув ее, надзирательница гаркнула:

— Еще чего! По мне, так ты ничем не лучше остальных здешних полоумных. Знаю я ваши штучки! Если ты не сумасшедшая, значит, я рехнулась. И я, и весь мир. — Запрокинув голову, она расхохоталась.

— Вы не поняли меня, — в отчаянии возразила Джулия, пытаясь говорить как можно спокойнее, чтобы надзирательница убедилась: она способна держать себя в руках. — Я думала, меня отвезут в обычную больницу, потому и согласилась поехать с ними. Мне и в голову не приходило, что меня поместят в лечебницу для умалишенных. Я совершенно здорова, поверьте, мне Прошу вас, отведите меня к врачу…

Ее бесцеремонно вытолкнули в узкий, тускло освещенный коридор. Подойдя к массивной железной двери с маленьким окном вверху, надзирательница вынула из кармана передника связку ключей. Выбрав среди них нужный, она вставила его в замочную скважину, повернула, и дверь со скрипом отворилась.

Шагнув через порог, Джулия ахнула: в палате было не меньше дюжины женщин, одетых в такие же балахоны из серой мешковины, как у нее, только грязные и потрепанные. Некоторые из женщин сидели молча, склонив голову, другие бродили по комнате из угла в угол, невнятно бормоча себе под нос. Волосы у всех пациенток были сальными и спутанными.

— О нет! — Она попыталась выскочить за дверь. — Я не хочу туда! Я отказываюсь…

Надзирательница крепко взяла ее за плечо мясистой ручищей, толкнула, и Джулия рухнула ничком на грязный пол.

Дверь с лязгом захлопнулась.

Джулия на четвереньках отползла в угол и замерла в ужасе. Но пациентки лечебницы не обратили на нее никакого внимания. Каждая из них пребывала в собственном мире, забыв об окружающем.

«Еще немного — и я действительно сойду с ума, — в панике подумала Джулия. — Если я не выберусь отсюда, я стану такой, как эти несчастные!»

Но вскоре она поняла: шансов сбежать из лечебницы у нее не больше, чем вырваться из рук капитана Гатри.

На крейсере янки ее держали взаперти в крошечной каюте, еду туда приносили на подносе. Никто не перемолвился с Джулией ни единым словом. Капитан Гатри ни разу не навестил ее, но Джулия была этому только рада: она ненавидела этого человека за то, что он обрек Дерека на смерть и уничтожил «Ариан». Стоило Джулии закрыть глаза, и перед ней вставало кошмарное зрелище: разлетающийся на куски корабль, который еще секунду назад казался таким величавым и гордым на фоне предрассветного неба.

40
{"b":"12281","o":1}