ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Хм-м-м. Я должна ответить вам сейчас?

— Нет, конечно, — с облегчением проговорила Пруденс. — Вы можете ответить вместе с королем Илорка.

Дверь открылась, и вошел Грунтор в сопровождении солдата, который нес поднос с кувшином, стаканами, медовыми пышками и фруктами. Он быстро поставил еду на стол и ушел, прикрыв за собой дверь.

Рапсодия улыбнулась Грунтору, затем снова повернулась к Пруденс и громко вскрикнула. Посланница Тристана скорчилась на стуле, а ее пустые глазницы уставились в потолок. Лицо превратилось в кровавое месиво, нос исчез; казалось, за те несколько мгновений, что Рапсодия на нее не смотрела, на женщину напали дикие собаки или какие-то другие хищные звери.

Рапсодия снова закрыла глаза, стараясь прогнать видение, но оно не уходило. Мрак окутал изуродованное тело Пруденс, лежащее на заросшем зеленой травой склоне холма. Ее можно было узнать только по остаткам спутанных волос, перепачканных кровью.

Взяв себя в руки, Рапсодия сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить свое рвущееся наружу сердце. Тут границы картины начали раздвигаться, и наконец Рапсодия рассмотрела место, где лежало тело Пруденс.

Амфитеатр, где проходила Великая Встреча Гвиллиама.

Огромная рука мягко легла ей на плечо, и видение исчезло. Рапсодия открыла глаза. Пруденс снова со страхом смотрела на нее, не в силах отвести взгляд.

— Пруденс, — прошептала она. — Вы должны остаться у нас на ночь. Пожалуйста. Я боюсь за вашу безопасность.

Пруденс знала, что ей угрожает серьезная опасность, если она задержится.

— Большое вам спасибо, — сказала она, — но вам не о чем беспокоиться. Меня хорошо охраняют, а на полпути до Бетани мы встретим почтовый караван.

Рапсодия сглотнула слезы, навернувшиеся на глаза.

— Вам придется провести в пути три дня без надежной охраны. Следующий караван прибудет сюда как раз через три дня. Вы можете присоединиться к нему — Бетани вторая остановка после Бет-Корбэра. А пока оставайтесь здесь, где вам ничто не угрожает, будьте нашей гостьей. Прошу вас, Пруденс. Маленький экипаж, практически без охраны, подвергается серьезной опасности в наши сложные времена.

Отчаяние в голосе Рапсодии еще сильнее испугало Пруденс, и она торопливо встала из-за стола.

— Нет. Прошу меня простить, но мне необходимо немедленно вернуться в Бетани. Я передала сообщение, которое должна была вам доставить. А теперь прошу простить, меня ждут мои люди.

Она заморгала, стараясь не обращать внимания на слезы Рапсодии. Тристан прав. Ей казалось, будто она заблудилась в стране вечных снегов и только Рапсодия могла ее согреть. В глубине души у нее возникла мысль, что в этой золотоволосой красавице есть что-то демоническое.

Она быстро отодвинула стул, метнулась к двери и, распахнув ее, выскочила наружу.

Грунтор несколько мгновений смотрел на дверь, а затем повернулся к Рапсодии, которая по-прежнему сидела за столом, глядя на стену.

— Ты в порядке, мисси?

Она продолжала о чем-то думать. Когда она подняла голову, в глазах у нее появилось решительное выражение.

— Грунтор, ты сделаешь кое-что для меня?

— Все что угодно, милая. Пора бы уже знать.

— Пойди за ней, пожалуйста. Возьми с собой столько солдат, сколько посчитаешь нужным, чтобы защитить ее от очень сильного врага, следуйте за ней до тех пор, пока она не минует Место Великой Встречи и не пересечет границу Роланда. Убедись в том, что они покинули Илорк и выбрались на Кревенсфилдскую равнину. Возвращайся, когда увидишь, что наши земли остались далеко позади. Сделаешь для меня?

— Ясное дело, мисси, — серьезно посмотрев на нее, ответил Грунтор. — Мы будем следовать за ней по туннелям в полях, и она ничего не узнает.

Рапсодия кивнула. Туннели представляли собой лабиринт хорошо замаскированных переходов, построенных у подножия Зубов много веков назад мастерами наинами, служившими Гвиллиаму. Когда Грунтор их обнаружил, ими давно никто не пользовался, и они во многих местах разрушились. Акмед приказал восстановить их в первую очередь, и болги получили возможность незаметно передвигаться по полям перед горами. Пруденс и так достаточно напугана. Вряд ли она станет чувствовать себя лучше, когда обнаружит, что за ней следует великан фирболг с солидной армией.

Грунтор поцеловал Рапсодию в щеку и вышел из комнаты. Она посидела в одиночестве несколько минут, затем забралась на одну из башен поста Гриввен и глянула на закатное небо. Внизу ее друг уже шагал со своим отрядом вслед за удаляющимся экипажем Пруденс.

32

Акмед проверил свое снаряжение, а затем выглянул из туннеля.

— Грунтор идет, — доложил он.

Рапсодия кивнула. Она в последний раз протерла Звездный Горн и убрала его в новые ножны, сделанные болгами в ее отсутствие и украшенные великолепным рисунком из переплетающихся листьев. Над скалами звенела песня, рокочущий бас Грунтора эхом отражался от стен туннеля.

И в любви, и на войне
(Обожаю все такое)
Ни минуточки покоя.
Мы ребята боевые — р-раз! —
И врежем тебе в глаз,
А потом намнем бока
И полакомимся всласть.
Твои детки и жена Ножичка испробуют
Вот и будет нам обед, Ох, наделаем мы бед!
Мы ребята хоть куда, Нам усталость не страшна.

Рапсодия рассмеялась.

— Миленькая песенка, — сказала она Акмеду. — Новая?

Король фирболгов пожал плечами.

— За все годы, что я его знаю, у него ни разу не возникло проблем со строевой песней, — ответил он. — Уверен, что у него в запасе имеется пара тысяч, которых я еще не слышал.

Через несколько минут из-за поворота появился сержант и шагнул к ним.

— Она уехала, Грунтор?Они без происшествий покинули наши земли?

— Ага, — ответил великан, вытирая пот со лба. — Мы следили за ними до конца туннелей, до провинции Бет-Корбэр и Кревенсфилдской равнины, а потом повернули назад. Она уже в Роланде, мисси, а Место Великой Встречи осталось далеко позади.

— Спасибо тебе, — вздохнув с облегчением, сказала Рапсодия. — Ты не можешь себе представить, какое отвратительное видение ее сопровождало. Теперь она в безопасности и скоро встретится с этим болваном Тристаном Стюардом. Не могу поверить, что он отправил ее сюда без охраны.

— Очевидно, она не представляет для него особой ценности или его поручение настолько для него важно, что он не захотел дожидаться почтового каравана, — проговорил Акмед, натягивая капюшон.

— Последнее, — улыбнувшись, сказала Рапсодия, — хотя я так и не поняла, в чем тут дело. Отвратительно! Она его очень любит.

Грунтор удивленно заморгал.

— Ой ничего такого не слышал.

— Она этого не сказала, но все и так ясно, без слов.

Акмед встал и сердито поправил плащ.

— Ну, может, он ее отблагодарит, когда она вернется, — проворчал он. — Пошли? Лично мне совершенно все равно, трахает Тристан Стюард какую-то девку или нет.

Рапсодия тоже встала.

— Да. Покажите мне Лориториум. Я думаю о нем с тех пор, как рассталась с Элинсинос.

Король фирболгов встал у входа в Лориториум так, что бы видеть лицо Рапсодии, когда она войдет в святая святых Гвиллиама в первый раз. Несмотря на то что он был готов к самой неожиданной реакции, он был слегка раздосадован, когда восхищение осветило ее прекрасные черты сиянием, которое могло бы поспорить с ярким солнцем, заливающим землю.

— Боги, — пробормотала она, медленно оглядывая мраморный потолок и стены. — Какая красота! И как жаль, что строительство не завершено. Это было бы произведение искусства, которому нет равных.

— Я рад, что тебе нравится, — нетерпеливо проворчал Акмед, сердясь на свою собственную реакцию. Невероятная красота Рапсодии представляла собой источник могущества, который он с радостью использовал для достижения своих целей. Но ему не доставляло никакого удовольствия напоминание о том, что он и сам порой подвержен ее влиянию. — А теперь не поможешь ли ты нам определить, что это такое. — Он показал на серебристую жидкость, блестевшую в трещинах между двумя мраморными плитами. С тех пор как он видел его в последний раз, озерцо заметно уменьшилось.

87
{"b":"12283","o":1}