ЛитМир - Электронная Библиотека

— Они скорее согласятся умереть на поле боя, чем позволить такому случиться.

Рапсодия изо всех сил старалась сохранять спокойствие.

— Они ведь твои будущие подданные! Именно ты постоянно повторяешь, что они не чудовища, а человеческие существа, которые возродят славу Канрифа. Так нельзя, Акмед! Либо фирболги — чудовища, и если тебя устраивает такая постановка вопроса, будь по-твоему, но я тогда тебе ничем помочь не смогу. Я уже много раз говорила, что мне подобные рассуждения непонятны… Или они — человеческие существа. Примитивные, грубые — но все равно дети Единого Бога! И потому имеют те же права, что и все остальные люди. Раненым должна быть оказана помощь, умирающих нельзя бросать. Внутри горы необходимо оборудовать для этого помещения. Мы должны заботиться о них не только во время военных действий, а всегда. Даже в самых обычных обстоятельствах люди болеют и получают ранения, а старики нуждаются в уходе. Ну, выбирай: люди или чудовища?

Акмед фыркнул. В том, как Рапсодия защищала фирболгов, которых когда-то и сама считала чудовищами, было нечто трогательное и до определенной степени забавное.

— И сколько места мне придется выделить, если я приму определение «Люди»?

— Много. Два больших зала для больницы и один для приюта. И это до того, как ты покоришь Пустошь и Скрытое Королевство. — Она показала на плане два самых больших помещения, расположенных в районе бараков.

Акмед поморщился.

— Но есть и хорошие новости, — продолжала Рапсодия. — Как только королевство будет создано, сможешь забрать один из больничных залов под бараки, а приют будет принимать не только стариков, но и сирот.

— По-моему, ты переоцениваешь количество сирот.

— Нет, я все продумала. Если ты лично благословишь каждого из них, ребенок будет считаться особенным, и мы сможем предложить их кланам на усыновление. Те с удовольствием будут брать малышей, в особенности если мы пообещаем им за это долгосрочные привилегии.

Акмед кивнул, и Рапсодия улыбнулась:

— Вот видишь, я стараюсь быть практичной и разумной.

— Конечно. Хорошо. Прежде чем я решу, людьми или чудовищами являются болги, я хочу задать тебе один вопрос.

— Давай.

— Могу я рассчитывать на твой меч и искусство Певицы в вопросах подчинения болгов, если я соглашусь выполнить твои требования?

Рапсодия вздохнула. Они уже множество раз спорили на эту тему. Она не хотела иметь ничего общего с войной, и хотя была готова сражаться, чтобы защитить себя и друзей, все ее существо протестовало против кровопролития с целью захвата власти. Даже несмотря на то, что речь шла о диких болгах.

— Ладно, — неохотно согласилась она. — Можешь на меня рассчитывать. Итак, каково твое решение?

Тень улыбки промелькнула на лице нового полководца фирболгов.

— Люди, — сказал он. — С манерами и привычками чудовищ.

49

МНЕ НУЖНО срочно с тобой поговорить.

Вокруг большого круглого стола в комнате для совещаний сидело около полудюжины женщин-фирболгов. Рапсодия удивленно оглянулась и поднялась из-за стола.

— Извините, — сказала она своим собеседницам и быстро подошла к двери, где стоял ухмыляющийся Акмед. — В чем дело? — спросила она с беспокойством.

— Мне нужен медный ключ, который мы нашли в Доме Памяти. Мне кажется, он остался у тебя.

— А почему такая срочность? Что-то случилось?

— Мы только что обнаружили тайное хранилище с библиотекой. — Глаза Акмеда сияли. — Думаю, ключ от него.

— Ты ворвался ко мне в самый разгар моей беседы с повитухами ради того, чтобы получить ключ? И все? — изумилась Рапсодия.

Акмед перевел взгляд на женщин, сидевших за столом. Они были тощими и жилистыми, с широкими сильными плечами. Они смотрели на него совершенно спокойно, без благоговения, с которым взирали на своего нового короля остальные болги.

Совсем недавно Рапсодия с удивлением и радостью обнаружила, что у болгов существует такое понятие, как «повитуха», и это заметно подняло их в ее глазах.

На раненых воинов никто особого внимания не обращал, даже если это были прославленные бойцы и им грозила смерть от ран и кровопотери. Однако дети и матери получали самый лучший уход, которым, в меру своего разумения, могли обеспечить их местные целительницы. Повитухи имели огромное влияние. Их уважали даже больше, чем вождей кланов.

— Мне нужен ключ, — нетерпеливо повторил Акмед. Рапсодия вцепилась в воротник его плаща и, потянув на себя, прошептала ему на ухо таким тоном, что у любого другого застыла бы кровь в жилах:

— Послушай меня внимательно. НИКОГДА больше не говори со мной таким тоном. В особенности в присутствии других. Проявляя ко мне уважение, ты ничего не теряешь. Ты все равно занимаешь самую верхнюю ступеньку на лестнице. Но твоя грубость ставит меня в очень тяжелое положение. Кстати, и тебя тоже. Возможно, я не потеряю лица перед этими женщинами, а вот ты можешь уйти отсюда С ОЧЕНЬ СИЛЬНО РАСЦАРАПАННОЙ МОРДОЙ. А теперь попробуй еще раз или убирайся. — Она оттолкнула его. Ее зеленые глаза метали молнии.

Акмед улыбнулся: Рапсодия оказалась способной ученицей. После прибытия первых болгов она до мельчайших деталей сумела усвоить их правила поведения.

Король низко поклонился.

— Не могла бы ты оказать мне любезность, если тебе, конечно, не очень сложно, — громко проговорил он.

— Ключ у меня в комнате, — уже спокойнее ответила Рапсодия.

— Его там нет.

— А ты откуда знаешь? — удивленно спросила она.

— Я посмотрел.

В зеленых глазах снова вспыхнула ярость:

— Что ты сказал? Ты обыскивал мою комнату?

— Я не хотел мешать твоему разговору с повитухами, — поспешно пояснил Акмед.

— А мысль о том, чтобы ПОДОЖДАТЬ немного, тебе в голову не приходила? Хранилище простояло нетронутым несколько веков. А ты не мог потерпеть полчаса? — Она раздраженно вздохнула. — Ключ в ночном горшке у меня под кроватью.

На лице Акмеда появилось отвращение, забавно исказившее черты его уродливого лица.

— Да, похоже, ты тут слишком задержалась. ТАКОЕ могли бы придумать только мы с Грунтором.

— Я им не пользуюсь, идиот. Рядом с моей комнатой есть туалет. В следующий раз спроси разрешения, прежде чем рыться в моем белье.

— И лишить Грунтора удовольствия? У него и так не много радостей в жизни. Эгоистка! — Акмед повернулся к повитухам: — Прошу прощения за то, что прервал ваш разговор, но у меня очень важное дело. Спасибо, что позволили мне переговорить с моей мудрой советницей. — Он повернулся, закатил глаза и поспешно вышел.

— От Грунтора есть какие-нибудь известия? — спросила Рапсодия во время ужина.

Акмед покачал головой и разломил пополам черствый кусок булки.

— Он отправился на маневры в район за Пустошью. Мы думаем, там раньше были виноградники. Я рассчитываю получить от него весточку дня через четыре.

— И кому посчастливилось стать его учениками на сей раз?

— Головорезам. Они из Когтей. Утверждают, будто Гвиллиам не умер и находится среди них.

— Может, и так. А в библиотеке он оказался совершенно случайно. Хотел взять книжку почитать, когда мы его нашли, — заявила Джо, ковыряя в зубах кинжалом. — Мне скучно. Грунтор обещал взять меня с собой в следующий раз, если ты не будешь возражать, Рапс. Ты ведь не будешь?

— Не буду, — рассмеявшись, ответила Рапсодия. — Грунтора твоя безопасность беспокоит больше, чем меня. Если он считает, что тебя можно взять, я не стану вам мешать.

— Ну а твоя встреча с повитухами дала какие-нибудь результаты? — спросил Акмед, взял кувшин, наполнил кружку Рапсодии и свою, а затем передал его Джо.

— Кое-какие. — Глаза Певицы загорелись, и она поднялась из-за стола. — Подожди, я возьму записи.

Она подошла к буфету и принялась перебирать кучу пергаментов, а затем вернулась к столу.

— Знаешь, Акмед, — наморщив нос, проговорила она и показала на буфет и старый гобелен, висящий за ним на стене, — теперь, когда ты стал королем, может, пора наконец выбросить мусор и привести помещения в порядок? От этих допотопных гобеленов воняет просто омерзительно.

124
{"b":"12284","o":1}