ЛитМир - Электронная Библиотека

— ДЕМОН?

— Впрочем, демон — это еще слишком мягко сказано… Чудовище, которое снабдило меня ключом, не имеет туда доступа. Дерево обладает могущественным волшебством; оно связано с тканью мира. Это метафизический коридор. Нам нужно идти туда, куда приведут нас корни Дерева.

Рапсодия бросила на него сердитый взгляд:

— Ну так ступайте!

— Пойдем вместе.

— Не могу и не хочу, — ответила девушка, и у нее дрогнул голос. — Зачем мне идти с вами?

— А разве тебе не хочется взглянуть на начало Времени? Ты сможешь увидеть сердце Дерева, сердце всего мира. Разве лирин в силах отказаться ощутить биение сердца Дерева?

— Нет.

Грунтор, успевший оттащить в сторону кусок корня, так что получилось нечто вроде двери, посмотрел на нее и улыбнулся:

— Вот что я скажу тебе, мисси. Пойдем с нами, и ты сможешь помешать нам попортить корни. Сами мы… ну, ты понимаешь.

Рапсодия не сумела сдержать стон ужаса:

— Вы не осмелитесь! Это священный дуб, средоточие мудрости всех лиринов — всех, а не только тех, что живут в лесу. Если вы причините ему вред…

— Плевое дело, мисси!

Рапсодия с ужасом посмотрела на Грунтора, который скрылся в тесной дыре.

Акмед подошел к Дереву и стал смотреть, как великан спускается вниз, загородив проход своей широченной спиной.

— Неужели ты не хочешь посмотреть, как оно выглядит изнутри?

Рапсодия жаждала этого всем своим существом, но сама мысль о вторжении вызывала у нее отвращение, казалась осквернением — двое убийц входят в святая святых Сагии. Рапсодия видела, как они сражаются, и понимала, что не в силах им помешать, но она без колебаний отдала бы за Сагию жизнь.

— Остановитесь, — потребовала она, вытаскивая кинжал. — Уходите отсюда.

— У тебя остается последний шанс, — проговорил скрипучим голосом Акмед, исчезая в темноте. — Впрочем, можешь остаться. Попробуй объяснить стражам-лириндаркам — которые, вне всякого сомнения, скоро будут здесь, — зачем ты сюда явилась. На твоем месте я бы не стал ТАК рисковать… Грунтор, ты взял с собой топор, не так ли? — Последние слова предназначались для Рапсодии, чтобы заставить ее повиноваться.

Рапсодия огляделась. Ей показалось, что она различает приближающиеся шаги. Но что гораздо хуже, она слышала, как изменилась песнь Сагии, словно священный дуб испытывал боль.

Она подбежала к тому месту, где исчезли ее спутники, пытаясь оценить, какой вред они причинили Дереву, и с беспокойством провела рукой по серебристой коре. Ее пальцы ощутили знакомую вибрацию, такую же, что звучала в сердце. Пока она гладила дерево, из темной дыры метнулась рука, схватила Рапсодию и затащила внутрь.

Рапсодия закричала, взывая о помощи, но Акмед передал ее Грунтору, а сам выдернул ключ из земли. Стена из коры тут же бесшумно закрылась; затем, вспыхнув в последний раз, ключ исчез. И все вокруг окутал мрак.

7

КОГДА ТЕМНОТА поглотила их, Рапсодия замолчала. Она начала вырываться из рук Грунтора. Бесполезные усилия: великан негромко рассмеялся, и она почувствовала, как он слегка усилил хватку. В тот же миг Рапсодия поняла, что стоит по пояс в какой-то тепловатой жидкости, более вязкой и плотной, чем вода.

Через несколько секунд возникло крошечное пламя, и из темноты появилось кошмарное лицо Акмеда. Рапсодия невольно вскрикнула. Грунтор, продолжая одной рукой придерживать девушку, другой потянулся за спину, вытащил небольшой факел и передал его Акмеду. Тот зажег факел и поднял над головой, чтобы можно было оглядеться.

Вверх уходил и терялся в темноте конусообразный проход, по которому они сюда попали. В слабом свете факела Рапсодия разглядела волокнистые стены, с прожилками всех оттенков зеленого, светло-желтого и грязно-белого. По ним струилась та же густая жидкость. Тут и там с липких стен свисали вязкие нити.

Не вызывало сомнений, что много лет назад здесь проходил туннель, который шел вдоль бесконечного корня. Время и природа наполнили его новой жизнью. Со всех сторон ниспадали запутанные бесчисленные нити, невообразимым лабиринтом скрещиваясь над головами, а также образуя похожий на сеть пол, на котором сейчас стояли путники. Уровень густой жидкости слегка опустился, когда открылся проход, но теперь она медленно прибывала.

Капельки воды конденсировались в сыром воздухе и оседали на коже, отчего она стала влажной и холодной. Рапсодия оглянулась в ту сторону, откуда они пришли. Однако даже в свете факела не сумела разглядеть проход. Стены ствола были такими гладкими, словно никогда не открывались наружу.

Девушка выбралась из объятий Грунтора — тот отпустил ее по кивку Акмеда, — подошла к стене и провела ладонью по гладкой поверхности, пытаясь найти хотя бы трещину. Ничего.

Однако она заметила уплотнение на стене, на которое можно было встать. С большим трудом ей удалось вытащить ногу из студенистой жидкости и поставить ее на выступ. Затем Рапсодия нашла удобный упор для руки и вылезла из чавкающей трясины.

Ее голова и плечи оказались внутри прохода, но она по-прежнему не видела в коре Дерева ни малейших просветов. Руки Рапсодии задрожали, она принялась шарить по гладкой коре. Ничего — ни трещины, ни отверстия. Поверхность оставалась монолитной.

— Где же дверь? — спросила девушка, пытаясь побороть отчаяние. — Что ты с ней сделал?

— Закрыл, — спокойно ответил Акмед.

Рапсодия зашаталась и едва не свалилась вниз. Рука Грунтора поддержала ее за плечи. Теперь лицо девушки находилось на одном уровне с лицом Грунтора, и в его янтарных глазах — удивительно, как они могли оказаться на таком чудовищном лице! — промелькнуло сочувствие.

— Двери больше нет, мисси. Ой жалеет. Нужно шагать вперед, обратной дороги нет.

Рапсодия резко повернулась к Акмеду. Ее зеленые глаза сверкали от гнева.

— Что это значит? Мы не можем повернуть назад? Мы должны вернуться! Вы обязаны меня отпустить!

— Мы не можем. Ты здесь застряла. Смирись с неизбежным — тебе ничего больше не остается.

С каждым вдохом Рапсодии становилось все труднее дышать.

— Идти с вами? Вы оба спятили! Здесь некуда идти — только обратно. — И она показала пальцем наверх.

— Ты склонна делать совершенно неправильные выводы, — заявил человек, которому она дала имя Акмед, Змей.

Он отвел в сторону свисающие сверху нити и с трудом двинулся к противоположной стене, где трясина была не такой густой. Там он снял кожаные перчатки и медленно провел руками по поверхности дерева, выбирая самое слабое место. Затем обернулся к Грунтору. Тот кивнул и вытащил из ножен диковинное оружие, напоминающее трезубец, отобранный у Карволта.

Великан напрягся, словно собрался метнуть копье. Мышцы на могучей спине вздулись, и он мощным движением вогнал трезубец глубоко в мягкую стену. Потом всей массой налег на рукоять и вытащил его вместе с куском вязкого волокна. Музыкальные вибрации Дерева, приглушенные с того момента, как путешественники оказались внутри, мгновенно усилились.

— О боги… Перестань, — прошептала Рапсодия, решительно шагнув с выступа в трясину. — Сагия. Вы делаете больно Сагии. — Она побрела к Грунтору, но ее остановила железная рука Акмеда.

— Чепуха. Это стволовой корень; у Дерева тысячи таких корней.

Грунтор между тем вырвал еще один здоровенный кусок слипшихся волокон, заставив Рапсодию содрогнуться.

— Дыра на стенке затянется, как только мы в нее пройдем… Коридор, в котором мы находимся, продолжает наполняться жидкостью. Неужели ты сама не замечаешь?

Если в первый момент вязкая жидкость, в которой они стояли, доходила Рапсодии до пояса, то сейчас добралась уже почти до груди.

Великан вновь взмахнул трезубцем. Звук рвущихся тканей отразился от жидкости. Грунтор оглянулся:

— Готово, сэр.

Акмед кивнул и повернулся к Рапсодии:

— Слушай внимательно. Я не собираюсь повторять дважды. Нам необходимо отсюда выбраться. Потом мы попытаемся выйти из корня наружу. Он находится внутри туннеля, который охватывает его, словно ножны, — корню необходимо сокращаться и расширяться в зависимости от количества воды, которое в данный момент в нем находится. Мы пойдем вдоль туннеля как по коридору; там есть вода и воздух. И если нам повезет, туннель выведет нас в другое место, где не будет тех, кто нас преследует. И где Майклу тебя не найти. Впрочем, дело твое. Ты можешь пойти с нами или остаться здесь и утонуть, когда корень полностью наполнится жидкостью. Тебе выбирать.

27
{"b":"12284","o":1}