ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Игры тестостерона и другие вопросы биологии поведения
Тайная жизнь писателей
В постели с Райаном
И снова Оливия
Безграничный разум
Ленивое похудение в ритме авокадо. Похудела сама, научила других, похудею тебя!
Плод чужого воображения
Встретимся на Кассандре!
Перспективы отбора

— Он ведь шутит, да, ваше величество?

— Наверное, — пожал плечами Акмед. — Грунтор не любит сухое мясо, а в Яриме так давно не было воды, что вы все стали какими-то слишком жилистыми на вид.

— Совершенно верно, — со вздохом согласился Грунтор. — Дайте мне симпатичного, свежего лирина! Вот это лакомство, сочное и вкусное. Впрочем, что-то здесь не видно лириков. Остается надеяться, что местная кухня не так уж плоха.

Стражники эскорта переглянулись, остановили лошадей и спешились.

Пошлите передовой отряд по Рыночной улице на городскую площадь, соединитесь со вторым отрядом и создайте для нас коридор, — приказал своим солдатам Тариз. — Оттесните любопытных и постарайтесь не слишком топтать этих болванов.

Акмед недовольно прищурился. Если отбросить в сторону рассуждения Рапсодии о его благородстве, он прибыл в Ярим, чтобы заручиться ее помощью в переводе древнего манускрипта и найти мастера, специалиста по витражам. В городе, прославившемся производством изразцов, рассудил он, наверняка можно нанять подходящего человека. Омет заверил Акмеда, что здесь осталось немало мастеров старой школы, вынужденных зарабатывать себе на жизнь более прозаическим способом и мечтающих возродить те дни, когда Ярим поставлял керамику, изразцы и стекло для огромных храмов и государственных учреждений. Так было до Намерьенской войны, положившей всему этому конец. Впрочем, пока на улицах царит такой хаос, отыскать нужного человека не представлялось возможным.

Он оглянулся через плечо на своих солдат. Болги стояли по стойке «смирно» в простых одеяниях, казавшихся невзрачными тряпками по сравнению с красными туниками, кожаными доспехами и рогатыми шлемами солдат армии Ярима. Фирболги смотрели прямо перед собой, на лицах застыла маска терпения, они не обращали ни малейшего внимания на шум, но Акмед чувствовал, что эта огромная многоголосая волнующаяся толпа изрядно действует им на нервы. Казалось, все жители Ярим-Паара собрались в центре города и теперь оглашали воздух смехом и криками в предвкушении небывалого зрелища.

Возле огромных шатров, окружавших Энтаденин, стояла Рапсодия. Она уже начала беспокоиться.

— Жители города сошли с ума, — с тревогой сказала она Эши. Я не уверена, что охрана сумеет уберечь мастеров Акмеда от толпы. Сейчас их обуревает любопытство, но что будет, если их настроение изменится? Если все пересилит страх или ненависть, последствия могут быть непредсказуемыми. Я боюсь, что горожане окажутся слишком навязчивыми, болги могут запаниковать, и…

Эши кивнул, повернулся и вошел в шатер. Он почти сразу же вернулся с мотком веревки в руках.

— Ирман, — обратился Эши к герцогу, в чьих глазах плескалась тревога, а на лице выступил пот, — в шатре достаточно веревок. Свяжите их вместе — хватит на четыре улицы — и отдайте солдатам, чтобы они создали коридор для прохода болгов. Пусть это будет сделано прямо в толпе, причем проход должен быть достаточно широким. Солдат следует расставить внутри веревок, ближайшие к ним горожане будут помогать. Попросите короля фирболгов проявить терпение, обещайте, что вы организуете проход максимально быстро.

Герцог подозвал к себе капитана гвардии, который передал приказ короля намерьенов остальным солдатам. Эши повернулся к Рапсодии:

— Вернись в шатер, Ариа. Они немного покричат и потолкаются, но потом успокоятся.

Он откинул в сторону полог шатра.

— Что ты делаешь?

— Невозможно победить любопытство горожан, спрятав болгов. Из-за неумелых действий Ирмана они привлекают к себе всеобщее внимание. Но мы можем использовать это к своей выгоде. — Он повернулся к капитану гвардии, начавшему натягивать веревки между помостом, на котором они находились, и толпой. — Капитан, позовите своих лучших трубачей.

Последовала серия команд, и вскоре на помосте собрались трубачи.

— Милорд.

— Трубачи, будьте наготове, — обратился к ним Эши. — По моей команде вы сыграете приветствие главе государства.

Затем Эши вновь повернулся к герцогу Яримскому:

— Когда болги войдут в рабочий шатер, прикажите солдатам окружить его плотным кольцом. В результате болги получат надежную защиту, и никто из зрителей не пострадает. Затем сообщите, в котором часу бригады болгов сменяют друг друга.

Карскрик разинул рот.

— Но разумно ли такое решение, милорд? Горожане узнают, когда болги будут приходить и уходить, и начнут собираться именно в эти часы.

— Верно, — согласился Эши, — однако на остальное время они разойдутся по своим делам. Поначалу многие так и будут толпиться на площади, надеясь хоть краешком глаза увидеть болгов, но, поскольку ничего не будет происходить, они сообразят, что лучше вернуться к началу смены. Очень скоро возле шатра останется лишь горстка самых любопытных. — Он успокаивающе похлопал Карскрика по плечу. — Приободритесь, Ирман, это временные трудности, Рапсодия была права, когда сказала вам, что следует относиться к фирболгам как к гостям, а не как к чудовищам, за которыми нужен глаз да глаз. Тогда у вас не возникло бы лишних проблем, а жители Ярим-Паара не проявили бы к ним такого любопытства.

— Да, милорд, — пробормотал Карскрик.

— Ну, трубачи, начинайте, — приказал Эши. — Сыграйте приветственную мелодию, чтобы болги поняли, что их здесь ждут.

Рапсодия выглянула из шатра и рассмеялась.

— Советую сыграть веселый марш «Переломайте им все конечности», — предложила она. — Насколько мне известно, это их любимая песня.

Солдаты довольно быстро справились со своим заданием: они проложили в толпе коридор натянутыми веревками, горожане сами вызвались поддерживать его границы, и в конечном итоге болги сумели без каких-либо происшествий добраться до рабочего шатра.

Когда пологи огромного шатра закрылись за ними, приглушив шум толпы, а солдаты вновь встали в оцепление, Акмед с негодованием обратился к королевской чете и герцогу:

— Возможно, я изначально неправильно вас понял. У меня сложилось впечатление, что нас наняли для работ на пересохшем гейзере, дабы использовать наше мастерство для спасения умирающей от жажды провинции. Если бы я знал, что вам нужен бродячий зверинец или цирк, я бы остался в Илорке, предоставив вам засыхать в своей гадкой пустыне. Среди ваших подданных, Карскрик, я уверен, найдется немало редкостных извращенцев, вы могли бы устроить отличное представление и без нас.

— Приношу самые искренние извинения, ваше величество, — ответил герцог, низко кланяясь, — он явно хотел успокоить короля фирболгов. — Мы не предвидели, с каким интересом отнесутся жители Ярим-Паара к своим соседям с юго-востока. Пожалуйста, простите нашу грубость, она не была намеренной. Скажите, что я могу сделать, чтобы загладить нашу вину?

В свете мерцающих факелов выражение лица короля фирболгов слегка смягчилось. Однако ответил он далеко не сразу.

— Вы можете найти мне мастера по изготовлению витражей, готового за высокую плату отправиться в Илорк. — Теперь голос Акмеда звучал почти спокойно. Он сделал несколько шагов в сторону болгов, но потом остановился и обернулся через плечо. — Только не присылайте безмозглых идиотов, я сыт ими по горло.

Герцог Ярима с сомнением посмотрел на Акмеда:

— Я отправлю своих людей на поиски, но не уверен, что такой мастер найдется.

Акмед подошел к Грунтору.

— С чего начнешь? — спросил он у сержанта. Великан фирболг задумался.

— Нужно очистить шатер от всего лишнего, чтобы я мог осмотреть пересохший источник.

Акмед вернулся к королевской чете и герцогу.

— Пусть все, кроме вас, покинут шатер.

Эши кивнул, заставив герцога замолчать. Затем повернулся к яримским солдатам, оставшимся в шатре:

— Вам следует выйти наружу, господа.

Когда Грунтор подошел к обелиску, все вокруг него, в том числе и огромная толпа, собравшаяся на площади, как будто окуталось серой пеленой. В целой вселенной остались только он и Энтаденин.

Даже в спящем состоянии гейзер, как и сам Грунтор, оставался ребенком Земли: один — рожденный от огня, другой — от воды, удивительные творения, познавшие магию живительного прикосновения своей великой Матери.

37
{"b":"12285","o":1}