ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, живущий в нем дракон сразу поймет, что они не имеют с ним ничего общего, — успокоила ее Элендра. — Кстати, а где сейчас Эши?

— Понятия не имею, — ответила Рапсодия, продолжая гладить детей. — Когда мы расстались, он направлялся на Кревенсфилдскую равнину, кажется, там произошла стычка между солдатами Сорболда и местным патрулем. Мы собирались встретиться в Бетани на свадьбе лорда Роланда, может быть, я его там увижу, кто знает?

— Странно, — заметила Элендра.

— Ну да, пожалуй. Надеюсь, скоро все закончится.

— Я имела в виду выражение твоего лица, когда ты сказала, что не знаешь, где находится Эши. Ты по нему скучаешь, правда?

— Да. А почему ты спрашиваешь?

— На твоем лице не отразилось никаких чувств.

Рапсодия вздохнула.

— Элендра, я с самого начала знала, что он никогда не будет мне принадлежать. Помнишь, ты рассказала мне о Пендарисе? Именно ты подарила мне способность любить Эши. Мне кажется, за то короткое время, которое мы провели вместе, мы любили друг друга так, что этого должно хватить на целую жизнь.

Элендра улыбнулась.

— Все дело в том, что вы оба все еще живы. Никто не говорит о целой жизни, пока она не закончилась. — Пламя согласно затрещало в камине, и две женщины еще долго сидели рядом, разделяя дружеское молчание, пока в камине не догорели дрова.

24

Круг, Гвинвуд

Ллаурон подбросил еще одно полено в огонь и некоторое время стоял, глядя, как его охватывает пламя. Это занимало совсем немного времени, но ему всегда было интересно наблюдать за тем, как меняется танец огня, следуя за колебаниями ее настроения, когда она рядом. Ллаурон и сам бы не отказался от такой способности, правда на более высоком уровне.

В сумраке своего кабинета Ллаурон ощутил, как на него снисходит умиротворение, редко его посещавшее в последние дни. Он прислонился к двери. Назначенный час приближался, скоро его ожидания и все неприятности, сопряженные с неуверенностью, закончатся.

Рапсодия появилась на верхней площадке лестницы. Она успела снять запыленную одежду и надеть тонкую белую блузку из кандеррского льна с кружевами и длинную шерстяную юбку бордового цвета. Волосы она собрала на затылке в пышный пучок.

Она подошла с ним поздороваться, и Ллаурон ласково посмотрел на нее. Он взял ее за руки и поцеловал в щеку, а потом повел в свой кабинет.

— Ты очаровательно выглядишь, моя дорогая, — галантно заметил он, открывая дверь.

— Благодарю вас, — с улыбкой ответила Рапсодия. — Просто удивительно, как ванна и перемена одежды помогает вновь почувствовать себя цивилизованным человеком.

— Да, кстати, Вера принесла поднос с ужином, а у меня где-то пылится бутылка отличного бренди. Можем отпраздновать нашу встречу.

Рапсодия уселась на мягкий диванчик неподалеку от камина, откинулась на спинку и бросила жадный взгляд на поднос с ужином.

— Отпраздновать? А какой у нас повод?

— Ну, у меня всегда возникает желание устроить праздник, когда ты рядом, моя дорогая, даже если у тебя ко мне дело, в особенности если оно связано с твоими соотечественниками. — Он вытащил бутылку из шкафчика и после коротких поисков достал пару бокалов. — Интересно, как твое отсутствие отражается на Гвидионе? Как он обходится без тебя?

Рапсодию удивил столь бесцеремонно заданный вопрос.

— Уверена, что с ним все в порядке, — проговорила она, и на ее лице отразилось некоторое неудовольствие. — Честно говоря, я уже довольно давно его не видела.

— Хорошо, рад слышать, — кивнул Ллаурон, вытаскивая пробку и выставляя бокалы на каминную полку. — Возможно, теперь он займется наконец делом и вспомнит о своем доме. — Он налил щедрую порцию золотистой жидкости в каждый бокал.

Рапсодия почувствовала, что краснеет.

— Надеюсь, вы не считаете, что я отвлекала Эши от выполнения его обязанностей? — недовольно спросила она, пожалев, что вообще вступила в разговор на эту тему. — В любом случае, шаги, сделанные Акмедом, Грунтором и мной, помогут ему выполнить свою задачу.

Главный жрец взял в руки оба бокала.

— Интересно, о каких шагах ты говоришь? Ты имеешь в виду лето, которое он провел в чудесном любовном гнездышке, позабыв о данных мною поручениях? Не сомневаюсь, что он получил огромное удовольствие, выполняя твои капризы.

— Боюсь, вы не понимаете, чем я занималась с Эши, Ллаурон. — Рапсодия изо всех сил старалась не обращать внимания на оскорбления. — Кроме того, никто его не держал. Я сделала все, что в моих силах, чтобы ему помочь.

Ллаурон посмотрел на бокалы с бренди, а потом пересек комнату.

— Я прекрасно понимаю, моя дорогая, что мой сын тебя любит. И я этому рад, у него превосходный вкус. Мне известно, что у человека есть физические потребности, которые ему необходимо удовлетворять.

Рапсодия почувствовала, как у нее перехватило горло под его оценивающим взглядом. Однако она постаралась ответить так, чтобы он не услышал обиды в ее голосе:

— Тогда вам должно быть известно, Ллаурон, что у вашего сына имелась одна очень серьезная физическая потребность: ему было необходимо залечить рану в груди. Все остальное рядом с этой нуждой не имело никакого значения.

— Да, да, конечно, — улыбнулся старик, протянул ей бокал и уселся в кресло, — И я буду вечно благодарен тебе за исцеление моего сына. Когда он взойдет на трон намерьенов, у него останется серьезный долг перед тобой.

— Ни о каком долге не может быть и речи, и я ничего от него не хочу. Акмед и Грунтор помогли ему добровольно. Эши ничего нам не должен, поскольку мы сделали то, что должны были.

— Очень великодушно с твоей стороны, моя дорогая. Впрочем, меня это не удивляет, ты прелестная девушка, и я с самого первого мгновения знал, что у тебя благородное сердце. Но как ты можешь ручаться за своих друзей фирболгов? Откуда ты знаешь их мнение по данному вопросу?

Рапсодия довольно долго молчала, глядя на свой бокал с бренди и вдыхая букет прекрасного напитка.

— Мы заключили соглашение. Я с самого начала об этом позаботилась.

— И каковы гарантии?

Она начала терять терпение.

— Моя дружба с ними. Акмед никогда не поставит ее под сомнение, нарушив слово. Кроме того, я не сомневаюсь, что Эши вполне способен позаботиться о себе, даже если Акмед захочет получить по старым счетам. Наша помощь оказана без всяких условий, Ллаурон. Я понимаю, что для вас это удивительно, но в данном случае вам ничего не остается, кроме как верить мне.

Она прошла мимо камина к окну и выглянула в темноту леса. Пламя сердито взревело, но тут же успокоилось.

Лицо Ллаурона стало сосредоточенным.

— Я понимаю больше, дитя мое, чем ты в силах себе представить. Быть может, ты ответишь еще на один вопрос, прежде чем обратишься ко мне с делом, которое привело тебя сюда.

Она продолжала смотреть в окно.

— И что же вас интересует?

— Я бы хотел узнать, какую роль в жизни моего сына ты намерена играть после того, как все будет закончено. Я знаю, что твой ответ будет честным, но мне бы хотелось, чтобы ты была откровенна и не пыталась увильнуть от вопроса.

Рапсодия посмотрела на стекло, в котором отражался пылавший в камине огонь. Потом ее взгляд вновь устремился в темноту.

— Эши всегда может рассчитывать на меня как на друга и союзника.

— И ничего больше?

Рапсодия повернулась к нему и посмотрела в глаза.

— Разве этого недостаточно?

— Для меня — вполне, — серьезно ответил Ллаурон. — А для тебя?

Кровь застучала в ушах Рапсодии, на щеках выступил румянец.

— Чего вы хотите, Ллаурон? В чем смысл ваших вопросов?

Ллаурон встал и медленно пересек комнату. Остановившись в двух шагах от Рапсодии, он бросил на нее оценивающий взгляд.

— Я хочу быть уверен, что ты не встанешь между моим сыном и той женщиной, которую он выберет в жены. Ты знаешь, какая ему уготована судьба. Мне нужно знать, сможет ли Гвидион стать правителем объединенных намерьенов и не помешает ли ему зов сердца.

54
{"b":"12286","o":1}